Пользовательский поиск

Книга Пятое сердце. Содержание - 5

Кол-во голосов: 0

5

Литерный экспресс Генри Кэбота Лоджа прибыл в Чикаго утром двадцать девятого апреля. Все пассажиры прекрасно отдохнули и развлеклись, за вычетом, быть может, Шерлока Холмса, который еще глубже ушел в свои неведомые раздумья.

Лодж предупредил гостей, что поезд остановится у частной платформы менее чем в пятидесяти ярдах от западных ворот Колумбовой выставки, через которые будут входить прибывающие по железной дороге. Все гости вольны гулять сколько пожелают и возвращаться в свои купе в любое время дня и ночи. Слуги и повара будут к их услугам круглосуточно.

Однако первую остановку поезд сделал в центре Чикаго. Оттуда пассажиров перевезли на яхту Дона Камерона «Альбатрос», где каждому была отведена каюта (чуть поменьше купе, но не менее роскошная). Сюда они тоже могли возвращаться, когда пожелают. На яхте имелся полный набор слуг, готовых по первому требованию подать прохладительные напитки или обед из нескольких блюд. Перед выходом Камерон собрал всех и сказал, что между поездом и «Альбатросом» будут постоянно курсировать посыльные и те, кто предпочтет остаться в своих комфортабельных купе, смогут в любую минуту отправить записку на борт, а на пирсе будет круглосуточно дежурить по меньшей мере один паровой катер (чаще – два) для доставки гостей на берег и обратно.

После этого все отправились на первую вылазку. Джон Хэй и Кэбот Лодж заранее раздобыли для каждого (даже для юной Хелен) особый пропуск, позволявший в любое время посещать Белый город и Мидуэй-Плезанс. Лодж со слов директора Выставки Дэниела Бернема предупредил, что рабочие еще заканчивают последние приготовления: убирают мусор, снимают временные железнодорожные пути, высаживают цветы и даже деревья, наносят последний слой белой краски на некоторые павильоны, – однако экскурсанты, если будут в меру внимательны, никому не помешают.

Особенно внимательными, добавил Лодж, надо быть на Мидуэй-Плезанс. Бернем сказал Генри Кэботу, что всё и вся на променаде длиною в милю уже закончено, кроме чертова (этого слова Лодж при дамах не повторил) Колеса, которое достроят к июню. Сейчас же на Мидуэй-Плезанс действуют алжирская и тунисская деревни, где можно попробовать экзотическую еду и полюбоваться на еще более экзотических жонглеров и танцовщиц, скользящая железная дорога Барра – восхитительная поездка вдоль всей Мидуэй-Плезанс в открытой кабинке, приводимой в движение водой, Электрический театр Бернских Альп, диорама на сто мест, в которой зрителей ждет леденящее (благодаря электрическим холодильникам) путешествие по тридцати милям воссозданных альпийских пиков.

Еще на выставке имелись привязные аэростаты (их Лодж дамам не рекомендовал), китайская деревня, дагомейская деревня, турецкая деревня и немецкая деревня с сотнями настоящих китайцев, дагомейцев, турок и немцев в национальных костюмах. Для тех, кто ищет культурных развлечений, на Мидуэй-Плезанс открыты зоологическая арена Хагенбека, венгерский концертный павильон с цыганскими оркестрами, венские концертный зал и кафе.

На тщательно воссозданной каирской улочке гости смогут увидеть толпу настоящих египтян с их собаками, змеями, обезьянами. Для любителей пощекотать себе нервы в отдельном павильоне разместился вулкан Килауэа. На случай если станет слишком жарко, к услугам посетителей закрытый бассейн Нататориум. В сегодняшнюю, субботнюю ночь и в завтрашнюю воскресную Белый город будут освещать лишь полная луна и газовые фонари, но в понедельник, первого мая, президент Кливленд повернет магический рубильник, и Белый город вместе с прилегающей Мидуэй-Плезанс засияет огнями, каких еще не видела планета.

Гости в темных костюмах и платьях (которые в понедельник предстояло сменить на более светлые летние) уселись в катера и отправились на берег. Здесь Шерлок Холмс отделился от общества – у него была назначена встреча с полковником Райсом, агентом Драммондом и главой чикагской полиции Робертом Макклафри.

Генри Джеймс решил остаться на «Альбатросе» – озеро Мичиган было таким спокойным, что качка почти не ощущалась, – и вздремнуть в обшитой красным деревом каюте средь шелка и бархата.

Он проснулся уже в темноте. На яхте не было никого, кроме команды. Очевидно, гости еще развлекались на берегу.

Для него оставили катер. Когда Джеймс спустился по трапу в лодку, рулевой спросил:

– Отвезти вас в Белый город, сэр?

– Нет, – ответил Джеймс. Сердце стучало так, что ему трудно было дышать. – На главную пристань Чикаго.

6

У него сложилось решение, что он – Генри Джеймс – разыщет неуловимого профессора Мориарти. За часы бессонного «дневного сна» на яхте Дона Камерона Джеймс внушил себе, что Мориарти с приспешниками высматривали не его. Холмса или кого-то другого, но не его. Что он Мориарти и что ему Мориарти?

Нет, убеждал себя писатель, вокзальная встреча с гением преступного мира была чистой случайностью. Теперь Джеймс вновь полагался на свою анонимность – по крайней мере в том, что касается мальчишки Адлера или темного повелителя Мориарти.

Велев рулевому ждать у городской пристани, сколько бы времени ни прошло, Джеймс на конке добрался до черного сердца Чикаго и там пересел на надземный трамвай.

Разумеется, у него не было никакого определенного плана, как не было и оружия. Мысль о поисках Мориарти в ночном Чикаго странно будоражила кровь. Успокаивало Джеймса одно: шансы вновь столкнуться с Мориарти настолько малы, что такая встреча возможна лишь в дурно написанном бульварном романе.

Чикагская надземная трамвайная система, которая уже в те времена называлась «L», заработала лишь год назад, в 1892-м. Первые вагоны были деревянные, открытые с обеих сторон ветру и дождю, но теперь Джеймс ехал над ночной Лейк-стрит в полностью закрытом вагоне. Писатель на первой же станции обзавелся схемой трамвайных маршрутов и выяснил, что, за исключением Саутсайдской линии, которая теперь протянулась на юг до Шестьдесят третьей улицы, Стони-Айленд-авеню и входа на Колумбову выставку со стороны Павильона транспорта, все ветки, к неудобству Джеймса, заканчиваются не доезжая до центра.

В их первый приезд Холмс объяснил ему, что причина – в законе штата, по которому для строительства надземной трамвайной линии нужны разрешения от всех владельцев жилых домов и предприятий на улице, над которой она пройдет.

Джеймс понимал, что по этой ветке едет на юг, но у него не было намерения возвращаться к станции «Джексон-парк» и Всемирной выставке, где сейчас, вероятно, находились Холмс и все гости Камеронов. Разумеется, там же мог находиться и Мориарти. Однако Джеймс решил сосредоточить ночные поиски в Чикаго, который называл про себя Черным городом.

Он сошел за несколько остановок до станции «Шестьдесят третья улица» и зашагал почти наугад.

Лишь пройдя пять или шесть кварталов по плохо освещенным улицам, он осознал три факта: во-первых, что в этой части города нет фонарей, но много людей на тротуарах, во-вторых, что тут на каждом шагу пивные и дансинги, оглашающие ночь разухабистой музыкой, и, в-третьих, что за всю дорогу от остановки он не видел ни одного белого лица.

С легкой дрожью беспокойства Джеймс понял, что нечаянно заехал в негритянскую часть города – Холмс как-то назвал ее «Эбонивиллем». Он быстро зашагал обратно к остановке и тут же сообразил, что не помнит, где поворачивал. Ни одной эстакады надземного трамвая не было видно на перекрестках, к которым он приближался походкой настолько стремительной, что ее вернее описывало бы слово «бег».

Внезапно перед ним вырос негр в дорогом костюме, удивительно ярком галстуке и очень приличном соломенном канотье.

– Заблудились, сэр? – спросил негр. – Могу я вам чем-либо помочь?

Джеймс попятился на три шага, но кое-как сумел выговорить:

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org