Пользовательский поиск

Книга Тайна сиамских близнецов. Содержание - Глава 15 КОЛЬЦО

Кол-во голосов: 0

Часть четвертая

Я чувствовал, что схожу с ума. Я сидел там, а они стояли надо мной. Никто не говорил ни слова, а проклятая окровавленная рубашка лежала в том месте, где на нее падал свет. Я мог видеть его лицо, хотя труп лежал в морге. Это было невозможно вынести — я ощущал, что меня охватывает безумие, и признался.

Заявление, которое сделал журналистам А. Ф. , ожидающий казни в тюрьме Синг-Синг
21 ноября 19... года

Глава 15

КОЛЬЦО

Эллери не знал, сколько времени он простоял на месте. Мозг его лихорадочно работал, но мышцы отказывались подчиняться, а сердце превратилось в кусок гранита.

Все это походило на продолжение кошмарного сна, который он только что видел. Возможно, он все еще спит... После беглого взгляда на лежащее в кровати тело Эллери повернулся к неподвижной фигуре отца. Мертв... От всей чудовищности этого факта закружилась голова. Его отец мертв! Проницательные серые глаза уже никогда не моргнут. Тонкие ноздри не будут сердито раздуваться. Из старческого горла не вырвется раздраженное ворчание или добродушная усмешка. Не знающие усталости короткие ноги... Его отец мертв!

Внезапно Эллери ощутил неуместное чувство удивления. Что-то влажное текло по его щекам. Он плакал! Гнев на самого себя заставил его сердито тряхнуть головой, и он сразу почувствовал, как сила и надежда вновь заструились в его крови. Мышцы расслабились, но лишь чтобы снова напрячься для прыжка вперед.

Эллери опустился на колени перед инспектором и рванул на нем воротничок. Лицо инспектора покрывала восковая бледность; он хрипло дышал. Дышит! Значит, жив!

Эллери стал трясти худощавую маленькую фигурку отца, крича: «Папа, очнись! Папа, это Эл!», плача и смеясь словно помешанный. Но серая, похожая на птичью голова инспектора лишь слегка качнулась, а глаза оставались закрытыми.

Вновь охваченный паникой, Эллери хлопал отца по щекам, щипал его за руки, молотил кулаками... Наконец он остановился, тяжело дыша и подняв голову. Шок притупил восприятие, но теперь Эллери четко осознавал то, что ощущал подсознательно, войдя в комнату. В помещении стоял удушливый запах. Склонившись над отцом, он почувствовал его еще сильнее... Инспектора усыпили хлороформом!

Застигнув старика врасплох, преступник вывел его из строя и... совершил новое убийство.

С этой мыслью к Эллери вернулись спокойствие и упорная решимость. Он видел со всей ясностью и горечью, как чудовищно был слеп и в чем заключалась его ошибка. Ранее ведомый самоуверенностью, Эллери теперь понимал, что след привел не к концу пути, а всего лишь к очередному повороту и что дальнейшая перспектива окутана туманом. Он стиснул зубы. На сей раз все будет по-другому. Убийца совершил второе преступление не по своему желанию или капризу, а потому, что был вынужден сделать это. И теперь скрывающая его завеса тайны начала приподниматься сама собой...

Наклонившись, Эллери поднял бесчувственное тело отца и отнес его в кресло. Усадив старика поудобнее, он расстегнул на нем рубашку и кивнул, ощутив под ладонью ровное биение сердца. С инспектором все будет в порядке — он должен просто проспаться.

Эллери поднялся, подошел к кровати и прищурился, стараясь рассмотреть все необходимое, прежде чем на сцене появится кто-либо еще.

Убитый являл собой непривлекательное зрелище. Подбородок и грудь были покрыты густой, дурно пахнущей, зеленовато-коричневой массой — очевидно, его сильно вырвало. Взгляд Эллери скользнул к пузырьку на полу — он осторожно поднял его. На дне оставалось несколько капель беловатой жидкости. Понюхав горлышко пузырька, Эллери с отчаянной решимостью вылил каплю на кончик пальца, вытер его, прикоснулся к нему языком и сразу же ощутил сильное жжение и неприятный едкий вкус. Палец начало щипать. Поморщившись, он сплюнул в платок. В пузырьке, несомненно, был яд.

Поставив пузырек на ночной столик, Эллери опустился на колени возле свесившейся головы мертвеца. Быстрый взгляд на выдвинутый ящик столика и на пол около правой руки убитого поведал ему невероятную историю. Ящик был заполнен тем же ассортиментом игр, что и в ночном столике самого Эллери, но колода карт в нем отсутствовала. Карты были разбросаны на полу у кровати.

Одна из них была тем предметом, который сжимала мертвая рука Марка Ксавье.

Эллери с трудом извлек клочок плотной бумаги из стиснутых пальцев и покачал головой. Это оказалась всего лишь половинка карты. Посмотрев на пол, он увидел другую половинку, лежащую на верху груды остальных карт.

То, что Марк Ксавье разорвал карту пополам, не было так уж примечательно, учитывая прецедент, связанный с его покойным братом. Также не казалось удивительным, что это была не шестерка пик, поскольку тот мыльный пузырь уже лопнул.

Эллери озадачило то, что разорванная карта была валетом бубен.

* * *

Почему, спрашивал он себя, именно валет бубен из всех пятидесяти двух карт?

Тот факт, что оторванная половинка находилась в правой руке Марка Ксавье, не имел существенного значения. Она была там, где ей следовало быть. Будучи левшой, отравленный адвокат в последние секунды сознания дотянулся до столика, выдвинул ящик, нащупал в нем колоду, вскрыл ее, нашел валета бубен, бросил остальные карты на пол, затем, держа валета обеими руками, оторвал левой половинку, выбросил ее и умер, зажав другую половинку в правой руке.

Эллери просмотрел лежащие на полу карты. Шестерка пик была на месте, в качестве невинного компонента колоды.

Нахмурившись, он встал и снова взял пузырек и подышал на него, вертя во все стороны. Отпечатки пальцев не проявились. Убийца, как и в первый раз, был осторожен.

Поставив пузырек на стол, Эллери вышел из комнаты.

* * *

Как и ранее, коридор был пуст и все двери закрыты.

Пройдя по всему коридору до последней двери справа, Эллери прислушался, приложив ухо к панели, и вошел. В темной комнате слышалось тихое дыхание спящего.

Ощупью добравшись до кровати, Эллери мягко подергал за руку лежащего в постели человека. Рука напряглась, а тело тревожно вздрогнуло.

— Не волнуйтесь, доктор Холмс, — тихо сказал Эллери. — Это Квин.

— О! — Молодой врач с облегчением зевнул. — Вы меня напугали. — Он включил настольную лампу рядом с кроватью, и его челюсть отвисла при виде выражения лица Эллери. — В чем дело? Ксавье...

— Пожалуйста, встаньте, доктор. Для вас есть работа.

— Но кто... — начал англичанин; в его голубых глазах мелькнула тревога. Вскочив с кровати, он накинул халат, сунул ноги в шлепанцы и без дальнейших слов последовал за Эллери.

Открыв дверь спальни Марка Ксавье, Эллери отошел, пропуская Холмса. Тот застыл на пороге как вкопанный.

— Боже милостивый!

— Не такой уж милостивый для Ксавье, — заметил Эллери. — Наш коварный противник со склонностью к человекоубийству снова взялся за дело. Удивляюсь, что папа... Давайте войдем, доктор, пока нас кто-нибудь не услышал. Я хочу выслушать ваше мнение.

Доктор Холмс шагнул через порог. Эллери последовал за ним, осторожно закрыв за собой дверь.

— Скажите, когда и отчего он умер.

И тут доктор Холмс увидел распростертую в кресле фигуру инспектора. Его глаза расширились от ужаса.

— Боже мой, ваш отец! Он... он...

— Хлороформ, — кратко объяснил Эллери. — Я хочу, чтобы вы как можно скорее привели его в чувство.

— Так чего же вы стоите?! — крикнул молодой врач, сердито сверкнув глазами. — Беритесь за дело! К черту Ксавье! Откройте окна пошире!

Эллери с ошеломленным видом заморгал и быстро повиновался. Доктор Холмс склонился над инспектором, прослушал сердце, приподнял веки, кивнул и прошел в туалет. Вскоре он вернулся с несколькими полотенцами, смоченными в холодной воде.

38

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org