Пользовательский поиск

Книга Запах соли, крики птиц. Страница 18

Кол-во голосов: 0

— Знаешь, если ты до свадьбы будешь воздерживаться от углеводов, то легко сбросишь лишние килограммы.

— Послушай, мне и раньше никогда не удавалось быстро сбросить вес, — мрачно сказала Эрика.

Одно дело, когда ты думаешь об этом сам, и совсем иное, когда на необходимость похудеть тебе указывает кто-то со стороны. Но в то же время Анна права. Если ей хочется хорошо выглядеть на свадьбе, надо что-то предпринимать.

— Ладно, попробую, — неохотно согласилась она. — Никаких булочек и пирожных, никаких конфет, хлеба и макарон, сделанных из белой муки, и так далее.

— Но платье все равно надо начинать искать сейчас. Если потребуется, его нам ушьют прямо перед свадьбой.

— Поживем — увидим, — глухо отозвалась Эрика. — Но ты права, мы можем завтра отправиться в Уддеваллу, как только завезем Эмму и Адриана в садик. И посмотрим. Иначе мне, пожалуй, придется выходить замуж в тренировочном костюме, — добавила она, осматривая себя с мрачным видом. — Что там еще? — со вздохом спросила она, кивнув в сторону списка.

Анна продолжала усердно писать и раздавать задания налево и направо. На Эрику вдруг навалилась страшная усталость. Из этого все равно ничего не получится.

Переходя улицу, они не спешили. Прошло четыре дня с тех пор, как Патрик с Мартином проделали тот же путь, и они не знали, что их ждет. Четыре дня Керстин прожила с известием о смерти своей сожительницы. Наверняка эти четыре дня показались ей бесконечно долгими.

Вопросительно взглянув на Мартина, Патрик нажал на кнопку звонка. Они оба, словно сговорившись, сделали глубокий вдох и затем выпустили часть накопившегося в теле напряжения. В каком-то смысле так терзаться, встречаясь с людьми в горе, казалось эгоистичным. Эгоистично испытывать даже малейшие мучения, когда тебе несравнимо легче, чем тому, кто переживает потерю близкого человека. Но мучиться заставляла боязнь употребить неправильное слово, совершить неверный шаг и навредить, хотя, по логике, что бы они ни сказали или ни сделали, — это не могло усугубить неотступную и неизбывную боль.

Они услышали приближающиеся шаги, и дверь открылась. За ней оказалась не Керстин, как они того ожидали, а Софи.

— Здравствуйте, — слабым голосом произнесла она, и они увидели явные следы многодневных слез. Девушка не двигалась с места, и Патрик кашлянул.

— Здравствуй, Софи. — Он умолк, но затем продолжил: — Ты, вероятно, помнишь нас, мы — Патрик Хедстрём и Мартин Мулин. — Он посмотрел на товарища, но затем вновь перевел взгляд на Софи. — А… Керстин дома? Нам бы хотелось с ней немного поговорить.

Софи отступила в сторону, потом, оставив гостей ждать в прихожей, зашла в глубь квартиры и прокричала:

— Керстин, тут полицейские! Они хотят с тобой поговорить!

Из комнаты появилась Керстин — тоже с красными от слез глазами. Она остановилась немного поодаль, в полном молчании, и ни Патрик, ни Мартин не знали, как им подступиться к тому разговору, с которым они пришли. Под конец Керстин спросила:

— Вы не хотите зайти?

Они кивнули, сняли обувь и прошли за ней на кухню. Софи, похоже, собиралась последовать за ними, но Керстин, вероятно, инстинктивно почувствовала, что разговор будет не предназначен для ее ушей, поскольку едва заметно помотала головой. На секунду показалось, что Софи хотела проигнорировать этот жест, но потом пожала плечами, пошла к себе в комнату и закрыла дверь. Со временем она узнает, о чем шла речь, но в данный момент Патрику с Мартином хотелось, чтобы их беседе с Керстин никто не мешал.

Как только они расселись, Патрик перешел прямо к делу:

— Мы обнаружили кое-какие… неясности относительно аварии Марит.

— Неясности? — произнесла Керстин, вопросительно глядя на обоих гостей по очереди.

— Да… — вступил в разговор Мартин. — Имеются отдельные… повреждения, которые, возможно, нельзя приписать аварии.

— Возможно? — переспросила Керстин. — Вы не знаете точно?

— Да, мы пока не уверены, — признался Патрик. — Мы будем знать больше, когда получим окончательное заключение судмедэксперта. Однако имеется достаточно вопросительных знаков, чтобы у нас возникло желание поговорить с вами немного подробнее. Узнать, есть ли основания полагать, что кто-то хотел причинить Марит вред.

Патрик увидел, что Керстин вздрогнула. Он скорее почувствовал, чем заметил, что в ее голове промелькнула мысль, которую она с той же быстротой отогнала. Но именно эту мысль ему предстояло вернуть обратно и вытащить наружу.

— Если вам известен кто-то, кто мог хотеть причинить Марит вред, вы обязаны нам сказать. Хотя бы для того, чтобы мы могли исключить данного человека.

Оба полицейских напряженно всматривались в лицо хозяйки. Она, казалось, вела какую-то внутреннюю борьбу, и они сидели молча, давая ей возможность собраться с мыслями.

— Мы получали кое-какие письма, — наконец медленно и неохотно выговорила она.

— Письма? — переспросил Мартин, желая услышать продолжение.

— Да-а… — Керстин покрутила золотое кольцо на безымянном пальце левой руки. — Мы получали письма в течение четырех лет.

— Что они содержали?

— Угрозы, грязь, разные вещи о наших с Марит отношениях.

— Кто-то угрожал из-за… — Патрик колебался, не зная, как лучше сформулировать, — из-за природы ваших отношений?

— Да, — неохотно ответила Керстин. — Кто-то, подозревавший, что мы больше чем подруги, и кого это… — теперь настала ее очередь подбирать слова, — задевало, — под конец решилась она.

— В чем заключались угрозы? Насколько они были серьезны? — Мартин начал записывать все, что говорилось. В любом случае это открытие не противоречило фактам, указывавшим на то, что смерть Марит явилась не результатом несчастного случая.

— Они были очень серьезными. Там было сказано, что такие, как мы, омерзительны, что мы извращенки. Что таких надо убивать.

— Как часто приходили подобные письма?

Керстин задумалась, продолжая нервно крутить кольцо.

— Пожалуй, мы получали по три-четыре штуки в год. Иногда больше, иногда меньше. Никакой системы вроде не было. Скорее, кто-то отправлял их, когда у него бывало соответствующее настроение, если вы понимаете, что я имею в виду.

— Почему вы ни разу не заявили в полицию? — Мартин оторвал взгляд от записей.

Керстин улыбнулась кривой улыбкой.

— Марит не хотела. Она боялась, что станет только хуже. Что из этого раздуют целое дело и наши… отношения выйдут наружу.

— А этого ей не хотелось? — спросил Патрик, но потом вспомнил рассказ Керстин о том, что именно по этому поводу они поссорились перед тем, как Марит ушла из дома в тот вечер — когда она так и не вернулась.

— Да, она не хотела, — тихо сказала Керстин и встала. — Но мы сохранили письма. На всякий случай.

Патрик с Мартином изумленно посмотрели друг на друга. Они и не думали об этом спрашивать, даже не смея надеяться на такую удачу. А теперь у них, возможно, появится вещественное доказательство, которое приведет их к человеку, угрожавшему Марит.

Керстин вернулась с толстой пачкой писем в пластиковом пакете и высыпала их на стол перед полицейскими. Боясь попортить улики больше, чем их уже испортили почта и руки получательниц, Патрик только осторожно пошевелил послания шариковой ручкой. Они по-прежнему находились в конвертах, и он почувствовал, как у него сильнее забилось сердце при мысли о том, что под приклеенными к ним марками, возможно, имеется прекрасный доказательный материал в форме ДНК.

— Можно нам взять их с собой? — спросил Мартин, тоже с надеждой глядя на кучу писем.

— Да, берите, — устало согласилась Керстин. — Уносите, а потом сожгите это дерьмо.

— А кроме писем вам никаких угроз не поступало?

Керстин снова села и напряженно задумалась.

— Даже не знаю, — с сомнением сказала она. — Нам иногда кто-то звонил, но, когда мы поднимали трубку, там ничего не говорили, а просто молчали, пока мы ее не клали. Однажды мы даже попытались проследить номер, но явно вышли на мобильный телефон с предоплатной картой. Поэтому узнать, кто звонил, не удалось.

18

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org