Пользовательский поиск

Книга Присягнувшие тьме. Содержание - 107

Кол-во голосов: 0

Теперь я находился на улице Данте, на левом берегу, прямо напротив собора Нотр-Дам. В нескольких десятках метров от вчерашнего сквера. Я припарковался во втором ряду у нужного мне дома.

«Апсара» была полуиндийской, полуиндонезийской чайной. Там я назначал своим ребятам тайные встречи – никому не пришло бы в голову искать парней из уголовки в заведении, где нельзя выпить ничего, кроме душистого чая с имбирем или манго.

Чайная еще не открылась. Хозяин делал нам одолжение, обслуживая так рано. Внутри все было зеленым, вплоть до плетеной мебели.

Идеальное укрытие:

Одна лишь проблема: курить нельзя.

Я явился первым. Отключил мобильник и заказал черный чай. Смакуя его, я срочно пересматривал свою стратегию. Пора было посвятить своих подчиненных в детали. Я уже потерял уйму времени – целую неделю, прошедшую после возвращения из Польши. Теперь надо было дать им конкретные задания на два следующих дня. Ведь должен же обнаружиться наконец след Пришельца из Тьмы!

Прибыли Фуко, Мейер и Маласпе. При виде их мощных фигур в кожанках стало страшно за хрупкое фарфоровое убранство чайной.

Как только они уселись, я начал свой доклад.

Первая глава: убийство Массина Ларфауи. Вторая глава: убийство Сильви Симонис в Юра. Третья глава: другие сходные убийства. Потом я рассказал про негативный предсмертный опыт, про «лишенных света», про Обручение с Тьмой…

У ребят глаза стали как плошки.

Наконец я изложил свою рациональную гипотезу. За этим кошмаром стоит человек, и всего один. Безумец, который принимает себя за Сатану.

Я дал парням время переварить услышанное, потом продолжал:

– Итак. Я ищу единственного убийцу. И я уверен, что этот тип живет где-то в Юра. Это он убил Сильви Симонис и Сальваторе, мужа Агостины Джедды. И отца Раймо Рихиимяки. Это он заставляет людей, побывавших в коме, уверовать в свою виновность. Я все больше убеждаюсь, что это медик, обладающий немалыми познаниями в других областях – химии, ботанике, энтомологии. По моему мнению, он жил в Центральной Африке. Он может узнавать о невероятных случаях реанимации и оказываться у изголовья жертв. И он способен незаметно проскользнуть в клинику.

А потом я выложил сенсационную новость:

– Я думаю также, что это он манипулировал памятью Люка, когда тот вышел из комы.

Все молчали. Никто не прикоснулся к чаю. Это было самое сумасшедшее дело в практике каждого из нас. Наконец Фуко взял слово, ерзая на месте:

– Что можно сделать?

– Начнем расследование с нуля, сосредоточившись на конкретных фактах.

– Я прочесал твою долину, Мат. Твои истории про скарабеев и…

– Нужно начать сначала. Я уверен, что этот тип там. – Я повернулся к Мейеру: – А ты, ты снова займись насекомыми, лишайниками, африканцами в Юра. Фуко тебе объяснит. Я уверен: если мы сличим все данные, выплывет одно слово, одно имя. Иным способом найти невозможно.

Я обратился к Маласпе:

– Тебе придется заняться связями Ларфауи. Сосредоточься на африканском наркотике, черной ибоге, которую очень трудно раздобыть. Этот продукт Ларфауи продавал некоторым посвященным. Постарайся выведать, существуют ли еще каналы, по которым распространяется эта дурь. Я уверен, что мой убийца ее ищет для своих опытов. Он будет связываться с другими торговцами.

Маласпе записывал в блокнот, держа трубку в зубах. Я мог на него положиться: он несколько лет работал в Наркотделе. Фуко перебил меня:

– А я?

– Согласно моей теории, убийца ищет подходящих для своих опытов людей по всей Европе. Значит, у него есть доступ к такой информации. Это наш самый серьезный след. Надо разгадать, как он разыскивает свои жертвы.

– С кем конкретно я должен связаться?

– С организациями, которые регистрируют случаи коматозных галлюцинаций, негативных и позитивных. Например, с Международной ассоциацией исследователей клинической смерти.

– Это в Америке?

– Есть контора в США, но во Франции тоже есть и во многих странах Европы. Ты спроси в каждом отделении. Может быть, они вспомнят кого-нибудь, кто интересовался случаями негативного предсмертного опыта. Или просто подозрительного типа. Поскольку ты владеешь иностранными языками, у тебя не возникнет проблем.

Фуко состроил рожу. Я продолжал:

– Не упускай из виду и тех реанимированных, у которых не было видений. В конце концов, если я прав, мой убийца занимается тем, что вправляет им мозги. Должны же существовать учреждения, занимающиеся побывавшими в коме.

Я закурил сигарету – тем хуже для ароматного воздуха чайной.

– Что касается меня, – сказал я, – у меня есть медицинские карты Раймо Рихиимяки, Агостины Джедды, Манон Симонис. Может быть, в них встретится общее имя. Доктор, эксперт, специалист.

Мейер рискнул возразить:

– Мат, у нас же есть другие горящие дела.

– Отложить все.

– А Дюмайе?

– Беру ее на себя. Это расследование – наш абсолютный приоритет. Мне очень важно, чтобы вы совершили прорыв.

Я рассмеялся, поманив официанта.

– Перейдем к серьезным делам. Найдется же у них здесь бутылка!

107

Снаружи меня ждала бомба.

Сообщение от Манон, оставленное в 9 часов 10 минут:

«Ты где? Они пришли меня арестовать, Мат! Они посадят меня за решетку! Я не знаю, куда меня везут. Разыщи меня!»

Связь закончилась учащенным дыханием – как у затравленного зверя. Значит, Маньян действовала быстрее, чем я предполагал. И выбрала самое худшее – арест. Двадцать четыре часа в камере предварительного заключения. Кто ее будет допрашивать? Я подумал о парнях из Первого управления Судебной полиции – самых крутых из всех, кого я знал.

Я перезвонил Манон. Автоответчик. Я набрал номер Маньян. Тоже автоответчик. Черт подери! Я кое-кому позвонил и получил подтверждение, что допрос происходит в Нантере, на улице Труа-Фонтано.

Я включил сирену, прикрепил мигалку на крышу и помчался по направлению к Дефанс. Вращение синего фонаря наполняло мою машину синеватым полярным светом.

Нажимая на акселератор, я сказал себе, что прежде всего я должен думать о расследовании. Я вырвал из себя образ заплаканной Манон и вернулся к другому приоритету: медицинским картам «лишенных света».

Я позвонил Валтонену, психиатру Раймо Рихиимяки. Я попросил его – вопя не своим голосом – срочно выслать мне медицинскую карту Раймо со всеми именами врачей и других специалистов, которые к нему приближались.

У Валтонена все данные уже были в компьютере. Он мог мне их отправить немедленно по электронной почте, но – внимание! – он не нашел варианта на английском языке. Только на эстонском. Никаких проблем – меня интересовало имя, а не медицинское заключение.

Под звуки сирены я связался с Бюро медицинских освидетельствований в Лурде, чтобы узнать имена экспертов, которые подтвердили, что исцеление Агостины Джедды – чудо.

Мне объяснили, что в данный момент документы опечатаны по случаю расследования преступления. Пьер Бухольц, врач, который наблюдал Агостину, недавно убит.

Я разъединился, ничего не объяснив и не представившись. Черт, черт, черт. Я подумал о ван Дитерлинге – у него есть это дело. Но одалживаться у кардинала мне не хотелось.

Оставалась Катания. Я позвонил монсеньору Кореи. Сирену я выключил. Прежде чем меня соединили с архиепископом, мне пришлось говорить с двумя священниками. Он вспомнил меня и сразу же согласился послать мне отчет об экспертизе Папского престола. Но он собирался отправить ксерокопии, что предполагало задержку минимум на неделю. Сохраняя хладнокровие, я объяснил ему ситуацию, и он согласился поручить одному из дьяконов в ближайшее время отправить отчет факсом. Я рассыпался в благодарностях.

Не сбавляя скорости, я набрал номер Лечебно-медицинского центра в Лозанне. Мне нужны были документы о реанимации и лечении Манон Симонис. Доктор Мориц Белтрейн на семинаре и вернется лишь вечером. Только он знает, где хранится медицинская карта. Не хочу ли я оставить сообщение?

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org