Пользовательский поиск

Книга Присягнувшие тьме. Содержание - 109

Кол-во голосов: 0

– Почему вы сами не связались со мной?

– Сегодня ночью вам оставили сообщение у вас на работе. У меня нет номера вашего мобильника. А Люк не смог его вспомнить.

Он взялся за ручку двери и повернулся ко мне:

– Вы не забыли наш вчерашний разговор? О том, что видел Люк в глубине подсознания?

– Вовек не забуду. Вы говорили об аде.

– Эти картины его сегодня преследуют. Старик. Стоны туннеля. Лица. Люк в ужасе. Его ночное неистовство объясняется этим ужасом. Выражаясь буквально, страх выплескивается наружу.

– Значит, это приступ паники?

– Не только. Он агрессивен, зол, циничен. Я не буду вам описывать.

– Вы хотите сказать, что он похож на… одержимого?

– В другую эпоху я бы сказал, что ему не миновать костра.

– Вы полагаете, его состояние ухудшается?

– Уже есть предложения перевести его в Анри-Колен. Это отделение для тяжелых больных. Но, на мой взгляд, пока рано. Все еще может обойтись.

Я проскользнул в палату, и дверь за мной закрылась. Каждая деталь окружения воспринималась мной, словно удар под дых. Белизна светильников, встроенных в потолок. Красное ведро для естественных нужд, стоящее в углу. Матрас, похожий на гимнастический мат, на котором сидел Люк.

– Как дела? – спросил я непринужденным тоном.

– Классно.

Он коротко усмехнулся, затем съежился под хламидой, как будто ему было холодно. На самом деле жара была удушающая. Я ослабил узел галстука:

– Ты хотел меня видеть?

Наклонив голову, Люк икнул. Из-под хламиды показалась нога. Он ее яростно почесал. Я повторил, встав на колено:

– Зачем ты хотел меня видеть? Я могу тебе помочь?

Он поднял глаза. Под рыжими ресницами они казались желтыми, лихорадочными.

– Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу.

– Говори.

– Ты помнишь притчу о том, как схватили Христа?

Он принялся декламировать из Евангелия от Луки, уставившись в потолок:

Первосвященникам же и начальникам храма и старейшинам, собравшимся против Него, сказал Иисус: «…Каждый день бывал Я с вами в храме, и вы не поднимали на Меня рук; но теперь – ваше время и власть тьмы».

– Я не понимаю.

– Настал час тьмы, Мат. Зло одержало победу. Назад хода нет.

– О чем ты говоришь?

– О себе.

Он вздрогнул. Казалось, что холод пробрал его до костей, из которых он, собственно, теперь и состоял.

– Я принес себя в жертву, Мат. Я умер, как тогда, в Вуковаре, но на этот раз не будет искупления, не будет воскресения. Сатана меня победил. Он овладевает мной. Я теряю контроль над собой.

Я попытался улыбнуться. Но не получилось. Люк был истинным мучеником. Он пожертвовал не только своей жизнью, но и своей душой. Он не найдет спасения на Небесах, потому что его жертва и заключалась в отказе от этого спасения.

Смех искривил его рот:

– Зато я чувствую полную раскованность. Меня больше не гнетет это вечное побуждение к добру. Я отпустил рычаг и чувствую, как меня уносит…

– Не поддавайся.

– Ты ничего не понял, Мат. Я «лишенный света». В моих силах только свидетельствовать. – Он приставил указательный палец к виску. – Описывать, что происходит здесь, у меня в голове.

Он замолчал на секунду, скрючившись, сосредоточившись, как будто разглядывая свой мозг под микроскопом:

– Какая-то часть меня еще созерцает мое падение… и ужасается. Но другая, все разрастающаяся часть получает удовольствие от этого освобождения. Мой мозг словно пропитывается чернилами. – Он усмехнулся. – Я утекаю, Мат. Утекаю к навеки осужденным. Совсем скоро от меня не будет никакого прока…

Я почувствовал, как во мне поднимается раздражение.

– Ты говорил об услуге, – сказал я нетерпеливо. – Что ты имел в виду?

– Защити мою семью.

– От кого?

– От меня. Через день или два я превращусь в жестокое чудовище. И начну расправу со своих близких.

Я положил руку ему на плечо:

– Люк, тебя здесь лечат. Тебе нечего бояться. Ты…

– Заткнись. Ты ничего не знаешь. Вскоре эта палата не помешает мне действовать. Вскоре вы все наконец мне поверите. По виду я стану нормальным человеком. Но именно тогда я буду особенно опасен…

Я вздохнул:

– О чем именно ты меня просишь?

– Поставь охрану у моего дома. Защити Лору. Защити дочек.

– Это нелепо.

Он бросил на меня острый взгляд, как будто хотел проникнуть в мои мысли.

– Я не единственная угроза, Мат.

– Кто еще?

– Манон. Она захочет отомстить за себя.

Только этого еще не хватало. Я поднялся:

– Тебе надо подлечиться.

– Выслушай меня!

На какой-то момент его лицо обезобразила ненависть. Было мгновение, когда я подумал, что нахожусь в царстве Сатаны.

– Ты думаешь, она не затаила на меня зла за то, что я против нее свидетельствовал? Ты не знаешь эту девицу. Ты ничего не знаешь о том, кто в нее вселился. Как только у нее появится возможность, она посягнет на самое для меня дорогое. Ее невинный вид – это маска. В ней засел дьявол. А он не может меня простить. Я ведь выдаю их секреты, усек? Он собирается это прекратить. И отыграться на моих близких!

– Это все чистый бред.

– Сделай это. Во имя нашей дружбы.

Я попятился. Я знал, что Зукка наблюдал за нами из-за шторки. Он вернется и откроет мне дверь. У меня было намерение расспросить Люка о врачах, которые его посещали. Может, он вспомнил бы Пришельца из Тьмы.

Но я отказался от каких бы то ни было вопросов.

Как бы там ни действовало психотропное средство, Люк не делал ни малейшего различия между реальностью и своим бредом.

У меня за спиной открылась дверь. Люк вытянулся на матрасе.

– Пошли туда ребят. Ты ведь можешь это сделать?

– Никаких проблем. Рассчитывай на меня.

109

Я возвратился в Контору.

И по факсу, и по электронной почте уже прибыли материалы.

Заключение международной комиссии экспертов об исцелении Агостины Джедды.

Медицинская карта Рихиимяки.

Список всех, кто приближался к Люку в Отель-Дье.

Не снимая плаща, я поставил печатать два последних документа, полученных по электронной почте, и начал читать факс, в котором содержался список тех, кто засвидетельствовал факт «воскресения» Агостины:

Профессор Андреас Шмидт;

Кёльнский университет;

Площадь Альберта Великого;

50923; Кёльн; Германия.

Доктор Мария Спинелли;

Университетская клиника;

Улица А. Дориа;

95125; Катания; Италия.

Доктор Джованни Понтевьяджо;

Детская больница; Дж. ди Кристина;

Площадь Порта Монтальто;

8 90134; Палермо; Италия.

Профессор Крис Хартли;

Лондонский Королевский колледж;

Стрэнд; Лондон;

WC2R 2LS; Великобритания.

Доктор Мартин Гене;

Центральная психиатрическая больница Льежа;

Улица Профессора Магейма, 84

4000; Льеж; Бельгия.

Профессор Мориц Белтрейн

Лечебно-медицинский центр Водуа,

Улица Буньон, 46

1011 Лозанна, Швейцария

Монсеньор Филиппо де Лука;

Епархия Ливорно;

Улица Семинарии, 59

57 132; Ливорно; Италия.

Пьер Бухольц;

Бюро медицинских освидетельствований;

Авеню Монсеньор-Теас, 1

65108; Лурд; Франция.

Я тут же заметил имя Морица Белтрейна. Что он делал в этом списке? Неудивительно, что Римская курия привлекла его как известного специалиста-реаниматора к изучению случая Агостины, но я вспомнил, что называл ему имя «воскресшей» из Катании: он сделал вид, будто не знает ее. Почему он мне соврал?

Я взял только что напечатанные листочки, относящиеся к Раймо Рихиимяки. В тексте я выделил фломастером собственные имена, но все они были эстонскими и ничего мне не говорили.

Наконец я дошел до резюме на английском языке, подписанного иностранным экспертом, призванным удостоверить выздоровление Раймо.

Я едва сдержал крик.

Подпись принадлежала Морицу Белтрейну!

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org