Пользовательский поиск

Книга Присягнувшие тьме. Содержание - 79

Кол-во голосов: 0

– Все произошло очень быстро. У Службы скорой помощи был вертолет.

Я мысленно представил себе эту картину и вспомнил кое-какие факты.

12 ноября 1988 года, 19 часов. Проливной дождь. Жандармы обнаруживают тело в канализационном колодце. Спасатели тут же спускаются в шахту. Носилки поднимают наверх при свете прожекторов и мигалок. Медики из «Скорой помощи» решают использовать вертолет. Почему? Куда они доставили Манон? Офицер предположил:

– Они, должно быть, отвезли ее в Безансон. На вскрытие.

– А где базируется вертолет скорой помощи? – спросил я. – В Безансоне?

Мужчина посмотрел на меня внимательно, как будто хотел обнаружить скрытый смысл в моих вопросах, и объявил, качая головой:

– Воздушный транспорт им предоставляет частная фирма, находящаяся в Морто.

– Как называется?

– «Коделия». Но я не уверен, что тогда именно они…

Я кивком поблагодарил обоих спасателей и бегом бросился к машине.

Через полчаса я доехал до колбасной столицы, скучившейся меж гор. Вертолетный аэродром находился на выезде из городка, на дороге в Понтарлье. На круглой взлетно-посадочной площадке, у ангара из рифленого железа, стоял один вертолет.

Не доезжая ста метров, я сделал остановку и стал размышлять. Можно потерять все или сорвать банк: либо дежурные окажутся покладистыми и откроют мне свои архивы, либо моего удостоверения будет недостаточно, и тогда ниточка оборвется. Такой риск был непозволителен.

Я снова включил мотор, проехал аэродром и после первого поворота остановился под деревьями. Затем вернулся пешком и, подобравшись к ангару сзади, выглянул из-за угла. Трое мужчин спорили о чем-то, сгрудившись у вертолета. Если мне немного повезет, то может оказаться, что в офисе никого нет.

Я прокрался вдоль стены и нырнул в ангар – одно помещение в тысячу квадратных метров. Два наполовину разобранных вертолета напоминали насекомых со сломанными крыльями. Никого. Слева ступеньки вели в застекленную мансарду. Наверху тоже никакого движения.

Я взбежал по лестнице и толкнул стеклянную дверь. На столе в центре стоял «спящий» компьютер. Я нажал на клавишу пробела. Экран засветился, и на нем появился ряд иконок с названиями. Мне повезло. Здесь все было аккуратно учтено: полеты, клиенты, среднее потребление керосина, журналы техобслуживания, счета…

Никакого пароля, никаких сложностей с классификацией, никаких незнакомых программ. Сверхвезение. Я щелкнул мышкой по иконке «Скорая помощь» и нашел досье на каждый год.

Мимолетный взгляд через стеклянную дверь – все еще никого не видно. Я открыл досье «1988» и пролистал до ноября. Полетов в районе было немного. Я нашел путевой лист, который меня интересовал:

F-BNFP

Джет-Рейнджер 04

18 ноября 1988 г.

19 ч 22 мин, вызов ХМ 2453: ССП/Больница Сартуи

Назначение: Городская станция очистных сооружений

Горючее: 70%

18 ноября 1988 г.

19 ч 44 мин, транспортировка ХМ 2454: ССП/Больница Сартуи

Назначение: филиал Лечебно-медицинского центра Водуа (ЛМЦВ), Лозанна, отделение сердечно-сосудистой хирургии

Контакт: Мориц Белтрейн, заведующий отделением

Горючее: 40%

Так вот оно что! Девочкой занимались не в Безансоне. Вертолет перелетел через швейцарскую границу и доставил ее прямо в Лозанну. Почему туда? Зачем везти утонувшего ребенка в сердечнососудистую хирургию?

Решение пришло молниеносно: я должен встретиться с медиком из «скорой помощи», который госпитализировал Манон Симонис. Идея отправить девочку туда могла исходить только от него.

– Какого черта вы здесь роетесь?

Слева в поле моего зрения появилась тень.

– Сейчас вам объясню, – сказал я с широкой улыбкой.

– Это будет непросто.

Мужчина сжал кулаки. Пилот или техник. Двухметровый гигант, весивший минимум сто кило и способный перенести вертолет на руках.

– Я полицейский.

– Нужно было придумать что-нибудь получше, парень.

– Позвольте показать вам мое удостоверение.

– Только пошевелись, прибью на месте. Что ты ищешь в нашем офисе?

Несмотря на критическую ситуацию, я думал только о своем открытии. Отделение сердечно-сосудистой хирургии в Лозанне. Почему именно туда? Был ли в том отделении волшебник, способный оживить Манон?

Тип подошел к столу и схватил телефон.

– Если ты действительно фараон, позовем твоих коллег из жандармерии.

– Никаких проблем.

Я думал о потере драгоценного времени: объяснения в жандармерии Морто, звонки в Париж, новость о смерти Сарразена, что обязательно добавит неразберихи. По меньшей мере, три часа за решеткой. Я проглотил свой гнев, скрыв его за улыбкой.

Прежде чем парень успел набрать номер, раздался звонок. Он поднес трубку к уху. Выражение его лица изменилось. Он схватил блокнот, отметил координаты и пробормотал:

– Сейчас будем.

Он положил трубку и перевел взгляд на меня.

– Можно сказать, тебе везет. – Он указал на дверь. – Убирайся.

Чудом спасен! Какой-то срочный вызов. Пятясь, я вышел на лестницу. На полпути парень меня обогнал. Он перемахнул через перила и рванул наружу, в одной руке держа листок, а другой вращая над головой на манер пропеллера. Тотчас же вся команда бросилась к вертолету. Когда лопасти пришли в движение, я уже был за пределами аэродрома.

Машина поднялась в воздух, а я продолжал идти. Вертолет слегка коснулся верхушек деревьев, срывая с них последние красные листья. Я посмотрел вверх, и мне показалось, что пилот, тот самый гигант, наблюдает за мной сквозь стекло кабины.

Я в свою очередь тоже стартовал, взметнув в воздух вихрь листьев и травы.

Лозанна.

Ключ находился там.

79

Филиал Лечебно-медицинского центра Водуа располагался в верхней части Лозанны, неподалеку от улицы Бюньон. Это было маленькое трехэтажное здание, окруженное японским садом. Серые камни и карликовые хвойные деревья.

Я прошел по центральной аллее. Туи были подстрижены по линеечке, круглые фонарики словно бы вырастали прямо из гравия. Все это умиротворяло, как настоящий дзен-сад, и в то же время вызывало беспокойство, как лабиринт в фильме «Сияние». Небо было затянуто облаками. В воздухе висела легкая дымка, похожая на пыльцу цветущей вишни.

Отделение сердечно-сосудистой хирургии находилось на втором этаже. Имя врача, который принял пострадавшую, отпечаталось у меня в памяти: Мориц Белтрейн. Прошло четырнадцать лет, оперирует ли он еще здесь? При входе в отделение находилось подобие маленькой регистратуры. Я увидел фигуру молодой женщины, выделявшуюся на фоне постера с видом швейцарской долины, и любезным тоном спросил, можно ли поговорить с доктором Белтрейном.

Женщина улыбнулась. Она была красивой, и это как-то до меня дошло, несмотря ни на что. Глядя на меня из-под густой пряди черных индейских волос, она грызла «Тик-так». Я настаивал:

– Он больше здесь не работает?

– Работает, главврачом, – наконец ответила она. – Его еще нет, но он зайдет. Он приходит каждый день, даже в выходные. В середине дня.

– Я могу подождать?

– Только если поболтаете со мной.

Я попытался включиться в игру и придал своему лицу веселое выражение. Не знаю, на что это было похоже, но мои усилия ее рассмешили. Она прошептала, крепко сжав мою руку:

– Меня зовут Жюли. Жюли Делёз. Я дежурю здесь только по выходным. А вообще учусь. Что касается разговора, вы не обязаны…

Я оперся локтями о стойку и искренне улыбнулся. Задал несколько личных вопросов – занятия, повседневная жизнь, развлечения в Лозанне. Каждый вопрос требовал от меня таких усилий, что я не слышал ответов.

Зазвонил невидимый мне телефон. Она протянула руку под стойку и ответила, затем подмигнула мне и взяла новый «Тик-так». У нее был матовый тон лица, какой накладывали актрисам, изображавшим индейских женщин в немецких вестернах шестидесятых годов.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org