Пользовательский поиск

Книга Присягнувшие тьме. Содержание - 87

Кол-во голосов: 0

У Фуко не было времени ответить. Я резко переключился на другое. Ко мне вернулась способность мыслить:

– Раймо Рихиимяки. Ты получил досье?

– Еще нет. Но я снова говорил с полицейскими из Таллина. Мрачная история. Рихиимяки совершил, по крайней мере, пять убийств, в том числе убийство женщины с ребенком семи лет в деревне на севере. Не считая двух изнасилований, ограбления трех касс и тому подобного. Настоящий бродячий маньяк, вроде Роберто Зукко.[32] Насколько я понял, его не пристрелили как бешеную собаку. Полицейские из какого-то местечка с непроизносимым названием выследили его и забили до смерти. Кровотечение из глаз, проломлен череп, множественные травмы. Ну, ты понимаешь… Полицейские дали выход своей ненависти. Этот тип терроризировал страну целый месяц.

– А что насчет его комы?

– Какой комы?

– Той, в которой он находился после падения в воду.

– Мат, никто не связывает эту историю с его преступлениями. Только ты…

– Ты сможешь достать его медицинскую карту?

– На эстонском? Удачи, приятель!

– Так ты сможешь ее достать?

– Я посмотрю. Есть небольшая вероятность, что она заполнена на русском!

Я не потрудился рассмеяться.

– Держи меня в курсе.

– Где?

– Звони на мобильный. Я принимаю сообщения.

– Ну а ты? Расскажи хоть что-нибудь!

Я решил немного умаслить Фуко:

– Что касается убийства жандарма в Юра, то его имя Стефан Сарразен. Но это не настоящее имя. На самом деле он Тома Лонгини.

– Мальчишка, которого искали?

– Он самый. Стал жандармом, а в свободное время был сатанистом. Его убийство связано с моим делом.

– Каким образом?

– Я еще не знаю. Позвони в уголовку Безансона и спроси, проведена ли экспертиза материалов с места убийства Сарразена. Над телом была надпись, сделанная кровью.

– Ты там был?

– Я обнаружил труп.

– Тебя и на пять минут нельзя одного оставить!

– Послушай. Выясни, сделан ли анализ надписи. Не было ли отпечатков пальцев или чего другого. Но к жандармам не приближайся, понял? Они не должны пронюхать, что делом интересуются. И меньше всего об этом следует знать судебному следователю, женщине по имени Корина Маньян.

– Что-нибудь еще, мой генерал?

– Да. Свяжись с разведслужбами, с отделом, занимающимся сектами, и проверь, есть ли у них досье на группы сатанистов. На типов, которые именуют себя «Невольниками». А иногда «Писцами».

Молчание. Фуко записывал. В заключение я сказал:

– Начинай двигаться во всех этих направлениях. Я скоро вернусь и расскажу тебе подробности.

Я спрятал телефон. Пусть продвигаясь ощупью, но я снова был в деле и продолжал надеяться, что все данные пересекутся в одной точке, которая укажет если не имя, то хотя бы вектор.

Я позвонил Свендсену. Несмотря на поздний час, его «алло» было бодрым. Едва узнав мой голос, он разразился криками:

– Что ты делаешь? С тобой невозможно связаться! Ты даже не шлешь сообщений!

– Я в Польше.

– В Польше?

– Ладно, это неважно. Мне очень нужно, чтобы ты сделал для меня одну вещь.

– У меня немало новостей.

– Я знаю. Я только что разговаривал с Фуко. Швед что-то проворчал, разочарованный, что не может первым сообщить мне о своих открытиях.

– Произошло убийство в Безансоне, – продолжал я. – Убили жандарма.

– Я читал об этом в «Монд» вчера вечером.

Значит, убийство все-таки привлекло внимание крупных газет. Это знак. В деле Симонис скоро произойдет прорыв. Отныне моя команда должна избегать не только жандармов, но и средств массовой информации. Я продолжал:

– Там должно быть вскрытие. Тебе надо будет связаться с Гийомом Вальре, судмедэкспертом больницы в Безансоне.

– Не знаю его.

– Знаешь. Вспомни, я просил тебя собрать о нем информацию.

– Депрессивный?

– Он самый. Попроси его рассказать поподробнее о трупе.

– С какой стати он мне будет отвечать?

– Я уже с ним разговаривал по поводу Сильви Симонис.

– Это то же самое дело?

– Тот же убийца, думаю. Из разложения тела он устраивает представление. Посмотрите вместе с Вальре, не найдется ли чего-то подобного на теле жандарма.

– Труп уже разложился?

Я живо вспомнил тошнотворный запах, роящихся мух и кафель, вымазанный кровью.

– Не до такой степени, как труп Сильви Симонис, но убийца ускорил процесс.

– Ты видел убитого?

– Позвони Вальре и расспроси его, а потом позвонишь мне.

– Этот убийца – тот самый тип, которого ты ищешь с самого начала?

В голове мелькнули надписи: на кафеле в ванной – «ТОЛЬКО ТЫ И Я» – и на деревянной стене исповедальни – «Я ЖДАЛ ТЕБЯ». Оторвавшись от своих мыслей, я заключил:

– Посмотри вместе с экспертом. Это ты должен получить ответы.

– Я позвоню ему прямо с утра.

Я закончил разговор и лежал на кровати, рассматривая окружавшие меня стены – черные, толстые, крепкие. Такие же стены защищали Манон…

Внезапно мои мысли снова вернулись к ней, и меня охватил чуть ли не юношеский трепет…

– Нет, – произнес я вслух, качая головой. – Я должен сосредоточиться на расследовании.

Допросить Манон Симонис и, пока я еще не утратил власть над собой, покинуть Польшу.

87

Среда, 6 ноября

Два дня с утра до вечера я слонялся по Кракову, стараясь избегать Манон. Но уклониться от встречи с принцессой было невозможно. Я заразился болезнью, но продолжал бороться, отказываясь потонуть в своих чувствах. Можно и иначе сказать: меня уже охватывал ужас при мысли, что я не понравился ей, что терплю поражение…

Я забыл о своем деле и бродил по городу, понапрасну растрачивая время. Даже не просматривал сообщения. Однако, проснувшись сегодня утром, я решил взяться за ум и начал с прослушивания голосовой почты. Звонили Фуко и Свендсен. По нескольку раз, со все возрастающей настойчивостью. Я позвонил обоим, но и там и там нарвался на автоответчик. Было 7 часов утра.

Я оделся, не приняв душа, – было слишком холодно, – и включил компьютер. Открыл почту. Досье Раймо Рихиимяки в переводе на английский еще не прибыло. Других значительных сообщений тоже не было. Я зашел на сайты просматриваемых мною газет – «Републик де Пирене», «Курье де Юра» и «Эст републикен». Тема уже себя исчерпала, отклики на убийства Бухольца и Сарразена были вялыми.

Я вернулся в сегодняшний день. Еще с ночи меня преследовала одна мысль: не пошарить ли в недрах этого монастыря, деятельность которого мне казалась все более подозрительной, несмотря на экскурсию с гидом Замошским?

Я попытался вернуться в подземную штаб-квартиру. Безуспешно. Биометрические датчики, камеры слежения, фотоэлементы. Зона строго охранялась и оказалась более недоступной, чем военный объект. Другие помещения на первом этаже также хранили свои тайны. Накануне я набросал план здания. Оно представляло собой прямоугольник, обрамляющий внутренний двор. Две его стороны, северная и восточная, принадлежали ордену бенедиктинок, а две другие, южная и западная, священникам. В каждой части была своя церковь. Единственной общей зоной являлась столовая, где мужчины и женщины ели по очереди.

Я сосредоточился на юго-западной части и заштриховал карандашом помещения, в которых уже побывал. На первом этаже – административные офисы, далее библиотека, где семинаристы готовили диссертации по религиозной истории Польши. Затем часовня и зона отдыха. Оставались два неизвестных зала в месте соединения южной и западной сторон. Я готов был держать пари, что это личный офис Замошского и зал тайных собраний…

Надев плащ, я отправился на утреннюю прогулку. Бенедиктинки молились, а святые отцы были заняты завтраком. Идеальное время.

Я спустился по лестнице на первый этаж. Медленно занимался день. В углу, образованном двумя галереями, я остановился перед дверью, за которой, по моим представлениям, находилась большая комната – предположительно секретный зал. Веяло влажным камнем, самшитом и кипарисом. От холода каждое ощущение становилось более ярким и резким. Я достал отмычку, вставил первый ключ и понял, что дверь не заперта.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org