Пользовательский поиск

Книга Вскрытие показало…. Содержание - 7

Кол-во голосов: 0

— Я тоже хотел задать этот вопрос, — пробормотал Эмберги.

Повисло напряженное молчание.

Лучше бы Маргарет не говорила мне о вторжении в базу данных.

Я пыталась придумать подходящий ответ, и вдруг меня охватил ужас. А что, если преступник был бы уже пойман, что, если талантливый хирург Лори Петерсен осталась жива, если бы не произошло утечки информации? Что, если неопознанный «медицинский источник» — вовсе не человек, а мой офисный компьютер?

Мне ничего не оставалось делать, кроме как честно признаться:

— Несмотря на все меры предосторожности, случилось так, что некто проник в нашу базу данных. Сегодня мы обнаружили, что была совершена попытка получить информацию по делу Лори Петерсен. Попытка не увенчалась успехом, так как я еще не внесла эти данные в компьютер.

Давно я не чувствовала себя так скверно.

Несколько минут все молчали.

Я закурила. Эмберги с негодованием глянул на мою сигарету и произнес:

— А данные по первым трем убийствам были в компьютере?

— Да.

— Вы уверены, что тот, кто влез в базу данных, — не ваш сотрудник или не представитель одного из районов?

— Уверена.

Снова повисло молчание. И снова нарушил его Эмберги.

— Кто бы ни был этот человек, возможно ли, что прежде ему удавалось добывать сведения?

— Я не могу поручиться, что это была его первая попытка проникнуть в базу данных. Обычно Маргарет оставляет компьютер в режиме ожидания, чтобы мы с ней имели возможность связаться с офисом из дома. Мы сами не понимаем, откуда этому типу стал известен пароль.

— Как вы узнали, что в базу данных было совершено вторжение? — в каком-то замешательстве спросил Таннер. — Вы ведь выяснили это сегодня? Похоже, если бы попытки вторжения происходили прежде, вы бы сразу их обнаружили.

— Мой системный администратор поняла, что кто-то пытался взломать базу данных, потому что этот «кто-то» по небрежности не удалил команды — они были на экране. Иначе мы никогда не узнали бы о вторжении.

Глаза Эмберги сверкнули, он побагровел. Он вертел в руках нож для вскрытия почты, с рукояткой, инкрустированной эмалью, и водил большим пальцем по тупому лезвию. Это продолжалось целую вечность. Наконец спецуполномоченный вынес приговор:

— Полагаю, нам не мешает еще раз взглянуть на ваши компьютеры и попытаться узнать, какие именно данные искал этот тип. Возможно, они ничего общего не имеют с газетными статьями. Уверен, так оно и есть. Доктор Скарпетта, я также хочу еще раз ознакомиться с отчетами обо всех четырех убийствах. Мне постоянно задают множество вопросов. Я хочу знать любые подробности.

Что я могла поделать? Оставалось сидеть и покорно слушать. Эмберги просто третировал меня. Он решил отдать меня вместе со всеми исследованиями, которые проводятся в моем офисе — между прочим, сугубо частными, — на съедение бюрократической машине. Одна мысль о том, как он будет читать отчеты и рассматривать фотографии четырех замученных женщин, приводила меня в бешенство.

— Вы можете ознакомиться с делами жертв в моем офисе, который, как вам известно, находится через дорогу отсюда. Отчеты не подлежат ксерокопированию. Их нельзя выносить из моего офиса. Разумеется, исключительно из соображений безопасности, — холодно добавила я.

— Займемся этим прямо сейчас. — Эмберги посмотрел на Таннера и Болца: — Билл, Норм, вы идете?

Все трое поднялись. На выходе Эмберги сказал секретарше, что сегодня уже не вернется. Девица проводила Болца томным взглядом.

7

Мы переждали поток машин и пересекли улицу. Все молчали. Я шла на несколько шагов впереди, направляя Эмберги, Болца и Таннера к служебному входу. Был уже вечер: главную дверь наверняка закрыли на цепь.

Я оставила мужчин в конференц-зале, а сама отправилась за документами, которые лежали в запертом ящике моего стола. За стеной Роза шуршала бумагами. Шестой час, а она все еще работает… Это меня немного успокоило. Роза осталась, потому что почувствовала: Эмберги неспроста вызвал меня в свой офис — над моей головой сгущаются тучи.

Пока я ходила за бумагами, тройка в конференц-зале успела сдвинуть стулья. Я уселась напротив и закурила, нарываясь на то, чтобы Эмберги попросил меня выйти. Однако он молчал, и я продолжала сидеть и дымить.

Пробило шесть.

Мужчины шуршали страницами и вполголоса переговаривались. Фотографии они разложили веером, точно игральные карты. Эмберги торопливо царапал что-то в блокноте. В какой-то момент папки соскользнули с колен Болца, и листы разлетелись по комнате.

— Я соберу, — сказал Таннер, неохотно отодвигая стул.

— Я сам. — Болц принялся собирать бумаги. Его физиономия почему-то демонстрировала отвращение. Болц и Таннер достаточно компетентны, чтобы сложить документы в нужном порядке, думала я и не вмешивалась. Эмберги как ни в чем не бывало что-то строчил в своем блокноте.

Время шло, я сидела.

Иногда мне задавали вопросы. Но по большей части мужчины разговаривали между собой, как будто меня вообще не было в комнате.

В половине седьмого мы переместились в кабинет Маргарет. Я села к компьютеру и деактивировала режим ожидания. Через секунду вспыхнул экран, порадовав нас оранжево-синей конструкцией — изобретением Маргарет. Эмберги заглянул в свои записки и попросил открыть файл с данными по делу Бренды Степп, первой жертвы.

Я запросила данные, и программа тотчас нашла файл.

На экране появилось шесть таблиц, прилагающихся к делу. Болц, Эмберги и Таннер начали изучать данные, занесенные в оранжевые колонки таблиц. Прочитав страницу, они взглядами давали мне понять, чтобы я «листала» дальше.

На третьей странице открылась графа под названием «Одежда, телесные повреждения». В ней, помимо описания тела Бренды Степп со всеми кровоподтеками, огромными буквами значилось: «на шее — коричневый пояс из ткани».

Эмберги навис надо мной и стал водить пальцем по экрану.

Я открыла файл с отчетом, чтобы он убедился: после вскрытия я диктовала совсем другое — в отчете, что был отпечатан на бумаге, значилось: «вокруг шеи — колготки телесного цвета».

— Да, но в отчете бригады «скорой помощи» фигурирует коричневый пояс, — не преминул напомнить мне Эмберги.

Я нашла этот отчет и снова прочитала его. Эмберги был прав. Санитар показал, что жертва была связана по рукам и ногам электрическими проводами, а на шее у нее «висел кусок какой-то светло-коричневой ткани, что-то вроде пояса».

Вмешался Болц — видимо, ему хотелось сказать несколько слов в мою защиту:

— Возможно, одна из твоих помощниц, внося данные в компьютер, случайно глянула в отчет бригады «скорой помощи» именно тогда, когда писала про предмет на шее жертвы. Короче говоря, она просто не заметила, что эти данные расходятся с данными из отчета, сделанного после вскрытия.

— Вряд ли, — возразила я. — Мои помощницы знают, что в компьютер нужно вносить данные только из отчетов, сделанных после вскрытия и лабораторных анализов, а также из свидетельств о смерти.

— Однако помощница могла и ошибиться, — сказал Эмберги, — ведь пояс упоминается в отчете.

— Конечно, от ошибок никто не застрахован.

— Тогда возможно, — предположил Таннер, — что этот коричневый пояс, заявленный в распечатанном отчете, взялся из компьютера. Не исключено, что журналист — или кто-то по его просьбе — проник в базу данных. Информация оказалась неточной, потому что сами записи в компьютере были неточными.

— Или информация была получена непосредственно от санитара, который не отличит пояса от колготок, — парировала я.

Эмберги отвернулся от компьютера и холодно сказал:

— Надеюсь, доктор Скарпетта, вы сделаете все необходимое, чтобы обеспечить секретность ваших отчетов. Пусть девушка, которая отвечает за компьютеры, сменит пароль. Во что бы то ни стало, слышите? И отчитайтесь о проделанной работе в письменном виде.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org