Пользовательский поиск

Книга Понять Россию умом. Содержание - Часть I. Климат и размеры страны – налог на россиян

Кол-во голосов: 0

За историю России таких рывков было не так много, а самых крупных всего три (Иван Грозный и создание единого государства, Петр I и становление империи, Сталин и индустриализация). О них возникло представление как о правителях ужасно жестоких, ведь люди разделяют в уме своем методы и результаты. За время их власти Россия достигала ускорения, которого хватало надолго, и этого не замечают, а считают само собой разумеющимся, а вот потери ради успеха видны всем, их многократно описывают и сожалеют о жертвах. Правда, надо сказать, результаты получались далеко не оптимальным образом, а многие потери были вовсе и не обязательными для решения поставленной задачи.

Теперь, когда Россия находится накануне очередного рывка, задача «понять Россию умом» становится чрезвычайно актуальной. Иначе новый рывок опять пройдет не оптимальным образом и с излишними жертвами. Но прежде, чем перейти к прогнозам, в четвертой части книги мы покажем, что из себя представляет Россия сегодня.

Конечно, корни многих сегодняшних проблем лежат в далеком прошлом, но немало новых трудностей породило современное головотяпство. Однако пора без эмоций и идеологических ярлыков разобраться: что стоит за фактами «головотяпства»? В чьих интересах проведены те или иные реформы? К каким последствиям могут привести?

Здесь читателя ждет еще одно открытие: вопреки частым утверждениям, что «в России пока нет среднего класса», оказывается, что у нас их целых два.

Когда говорят про средний класс, обычно имеют в виду максимум распределения по доходам, исходя из того, что население однородно, а график распределения «одногорбый». Так вот, если рассматривать распределение наших граждан по доходам, то на графике получается двугорбая кривая. Одна «кривая» для богатой части населения, «элиты», а другая, условно говоря, для «трудящихся». А там, где обычно ищут средний класс, получается на графике «провал» между двумя «горбами», что и дает основание невнимательным исследователям отрицать его существование в России. Хотя должно быть понятно каждому: средняя величина существует всегда, и если ее расчетное значение не подтверждается фактами, значит, в расчетах было не все учтено.

А надо учесть, что в России живет два «народа», мало пересекающихся друг с другом. Один из них уже имеет свое название, – новые русские. Тогда вторую часть можно назвать «новые бедные». Если постараться, можно, конечно, высчитать некую «среднюю температуру по больнице». Наши реформаторы именно это и сделали, и обнаружили, что представитель «среднего класса» должен иметь некий нехилый доход, автомобиль, дом, сбережения и т. д. Но в реальном мире они таких «средних» представителей почти не нашли, и правильно: для «новых русских» это предел нищеты, а для «новых бедных» – предел мечтаний.

Вот некоторые статистические данные, которым, впрочем, нельзя доверять полностью. Но тенденцию они передают. В 1992 году доля, получаемая работниками, составляла 70% от всех доходов, а доля собственников и менеджеров была около 16% (такое соотношение во многих развитых странах). Но в 1993 году доля «новых русских» в общем богатстве достигла уже 25%, в 1994 году дошла до 40%, в 1995 – почти до 50%. Причем по численности своей эти богатеи составляли чуть больше 10% населения. А некоторые из них, суммарно составлявшие один процент населения, сгребали 30% дохода всей страны. Сейчас, наверное, больше.

А десяти процентам самых бедных россиян доставалось всего 2,4% национального богатства. И получается, что в России два «средних» класса: свой у «бедных» и свой у «богатых». Суть проблемы в том, что у них разная идеология, разные деньги и разные интересы. Когда реформаторы говорят о намерении действовать «в интересах среднего класса», то о каком из них идет речь? И чего ждать остальным?

В пятой части книги мы покажем варианты возможного будущего.

Наша книга рассчитана на массового читателя, который вовсе не должен быть специалистом в вопросах экономики, истории и политологии. Поэтому мы старались максимально упростить изложение, но не в ущерб научной истине. В отличие от А.П. Паршева, автора книги «Почему Россия не Америка», мы писали свою книгу не для министров финансов и экономики, директоров различных новомодных экономических институтов и советников президента по экономике. И вот почему. Если им эти истины не понятны, то, как ни объясняй, они уже не поймут. Если же они понимают, что такое Россия и куда она движется, но продолжают поступать вопреки этому знанию, то какой смысл им что-либо объяснять?

Часть I. Климат и размеры страны – налог на россиян

1.1. Географический детерминизм

О том, что полюс холода Северного полушария находится в Оймяконской котловине, знают многие. Но что расположено это место южнее, например, Архангельска, известно даже не всякому специалисту. Еще меньше наших граждан знает, что мы (массово) живем в области с огромным перепадом между летними и зимними температурами. В этом коренное отличие условий жизни России от всех остальных стран, так почему же нигде о нем особо не говорится? А дело в том, что в советских общественных науках считалось ошибочным выпячивать климатические и географические особенности страны. Помните лозунг: «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее наша задача». Или песню, уверяющую, что «и на Марсе будут яблони цвести». Ну, если не на Марсе, то на Чукотке выращивание ананасов – дело обычное.

История эта имеет давнюю традицию.

Об истории вопроса

Успехи естествознания, опирающегося на опыт, не могли не оказать влияния на развитие представлений об обществе. Более того, в период между XVI и XVIII веками появилось стремление к непосредственному выведению социальных законов из законов механики: должен же существовать единый универсальный закон, охватывающий всю совокупность явлений природы и общества! И, соответственно, считалось, что можно и нужно создать единую, строго дедуктивную, универсальную науку, в которой слились бы все существовавшие области знания.

Такую науку создать так и не удавалось, а вот идеи о жесткой детерминации явлений в окружающем мире, основанные на успехах развития классической физики, были сформированы. И получили они название Лапласовского, или классического детерминизма, поскольку наиболее полно были сформулированы французским математиком, астрономом и физиком Пьером Симоном Лапласом (1749—1827).

Суть его в следующем. Допустим, мы будем бросать камень под углом к горизонту, и наблюдать, куда он упадет. Согласно законам классической физики, место падения камня однозначно определяется его начальной скоростью и направлением бросания. Однако реально скорость и направление могут быть заданы только приблизительно, поэтому итоговый результат может быть предсказан с определенной точностью, и чем точнее мы знаем начальные условия, тем достовернее будет конечный результат (плюс-минус километр). В этом и состоял триумф ньютоновской механики, самым впечатляющим моментом которого было детерминистское описание движения небесных тел солнечной системы. Лаплас предположил, что подобное описание может быть распространено на самый широкий круг явлений (и даже вообще на все явления).

Его приверженность к детерминизму, как ни парадоксально это звучит, позволила ему получить фундаментальные достижения в области теории вероятностей и ее приложений[1]. Детерминизм, в некотором смысле, исключает случайное вовсе. Поэтому Лаплас и говорил, что случайность всегда является только следствием нашего незнания. Например, она может возникнуть в результате использования приблизительных измерений. Таким образом, по его мнению, траектория каждого атома мира так же детерминирована, как и траектории небесных тел, и это означает, что помыслить альтернативную траекторию некоторого тела можно только всю целиком.

вернуться

1

Лаплас развил принципы механического детерминизма в работе «Опыт философии теории вероятностей».

3

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org