Пользовательский поиск

Книга Мгновение.. Страница 32

Кол-во голосов: 0

Интеллект, разум, мудрость

Смысловые диапазоны вышеприведенных понятий весьма существенно различаются. В моем понимании наиболее безличностным является интеллект, и потому именно его пытаются сконструировать все те, кто считает это возможным. Учитывая, что изменения, обусловленные течением времени, делают наши достижения относительными, я не намерен, как говорил Шекспир, проходить между остриями шпаг фехтовальщиков, поскольку считаю себя, согласно его вокабулярия, существом посредственным. Дело в том, что в вопросе искусственного интеллекта и метаматематики я являюсь не платоником, а скорее натуралистом. Это означает, что для конструирования годятся предметы исключительно конструируемые, то есть такие, как великое творение, называемое математикой, так и данное нам качество, называемое интеллектом. Мне кажется, что эмоциональная составляющая в понятии разума значительно больше, чем в случае с интеллектом, и поэтому полностью безличностный или даже внеличностный разум, очевидно, реализовать будет труднее. В книге «Голем XIV» из этой дилеммы мне удалось выпутаться таким образом, что машина, являющаяся воплощением человекоподобного интеллекта, может также создавать себе различные индивидуальные резервы. Что касается мудрости, ей должна быть присуща намного большая доза надежной доброжелательности, означающей моральные ценности, гибкое постоянство мнений и суждений.

Я прочел множество трудов и книг, абсолютизирующих возможность создания внечеловеческого интеллекта, но и не меньшее число неплохо мотивированных обоснований, в которых авторы пытаются доказать читателям, что эта концепция не может быть и никогда не будет реализована. Поистине трудно возвыситься над массой столь противоречивых и столь компетентно доказываемых мнений. Следует быть скромным, что означает, что мы находимся на дороге недалеко от нейронных сетей и уже знаем, что поставленная метазадача оказывается тем трудней для осуществления, чем дальше по этой дороге мы продвигаемся. Вместе с тем мы знаем, что здесь речь идет о чрезвычайно сложной конструкции, считающейся наиболее сложной во всей Вселенной и потому, когда говорится об искусственном интеллекте, следует благоразумно ограничиться парой простых образных метафор. Было время, не столь уж давнее, когда утверждение невозможности покорения человеком высочайшей вершины Гималаев без использования кислородных аппаратов считалось неоспоримым. Всего лишь через несколько лет после этого столь радикального суждения Эверест не только был покорен, но к сегодняшнему дню на него уже многократно взбирались без кислородной поддержки. Мы также знаем, что это не организм человека оказался способным на протяжении нескольких лет измениться до такой степени, что гималайские восхождения стали общедоступными, а упорство в достижении поставленных высоких целей смогло дать хорошие результаты. Я рассказываю о чем-то, чего мы хорошо не понимаем, так же как не понимаем, почему злокачественные новообразования, не только возникшие в одном месте человеческого организма, но и такие, которые дали уже множественные метастазы, в разных случаях и у различных людей имеют абсолютно неожиданный финал. Бывает, что врач встречает бывшего пациента, согласно всем медицинским показаниям считавшегося скорым покойником, прогуливающимся по парку в прекрасном здравии. Почему одним удается ускользнуть из-под лопаты гробовщика, а другим - нет, остается загадкой, о которой, по правде говоря, медицина предпочитает вспоминать не слишком часто.

Третий образ, относящийся к вопросу о возможности конструирования искусственного интеллекта, также касается медицины, но является, по крайней мере, более понятным. В настоящее время уже практикуются хирургические операции, требующие столь изощренной деликатности, что руки лучших хирургов не могут с ними справиться. Тогда человека заменяет соответствующий робот, управляемый программой и двигающий хирургическими инструментами. Речь идет о сфере, пока находящейся в границах довольно узкой специализации, и от нее еще далеко до нано-, пико- и фемтоинженерии. То есть до искусства манипулирования, соединения и разложения отдельных молекул, до сих пор не существующих полимеров, а также мельчайших элементов, из которых складываются жизненные процессы. При этом следует иметь в виду, что усилие, вложенное эволюционными процессами в такого рода производство вовсе не должно быть чем-то, чего мы не можем превзойти и перешагнуть. Мое антропоморфическое заключение в последнем предложении - следствие недостаточного еще богатства нашей биотехнологической лексики. Открытия, процессы или архитектоника, опускающиеся на атомный уровень материи, вынуждают нас придумывать многочисленные новые названия, так же как происходило тогда, когда электронная связь вместе с базами экспертной информации начали очаровывать людей и овладевать их миром. На пороге XXI столетия мы просто засыпаны лавинами новостей о поразительном множестве продуктов, выброшенных производителями электроники на рынок, и поощряемы к использованию плодов этого Древа Новостей. Как известно, в раю Змею удалось уговорить наших прародителей попробовать яблоко, что им дорого стоило. Сейчас нам предлагают настоящие сады электронных райских яблочек, что неизбежно будет иметь как хорошие, так и плохие стороны, поскольку такова двойственная природа вещей. Все же не бессмысленным было бы напоминание, что на протяжении последних двухсот с небольшим лет на арене человеческой истории выступали вновь открываемые и используемые технологии в могучем блеске обещаний нас изрядно осчастливить. Каждое изобретение оказывалось сенсацией, был ли это фонограф, или телефон, или первый подводный кабель, соединивший Европу с Америкой, или воздушный шар, или самолет. Все эти, по очереди открываемые элементы расширяющейся техносферы человека, послужили затем усовершенствованию как экономических, так и военных достижений человечества. Сейчас ученые, а в особенности исследователи микромира (в частности - квантового), не пользуются ни всеобщей известностью, ни широко простирающейся славой. Сегодня средства массовой информации прославляют скорей звезд экрана. Однако телесные прелести проходят, в то же время в науке происходит нарастающее ускорение, как у автокаталитического процесса. Поэтому возможно, что мы не раскроем в надвигающемся тысячелетии тайну интеллекта, но зато сумеем сымитировать его так удачно, что окруженные легионами и сонмами имитаций, все сильнее будем попадать под их заботливую опеку. Это означает, что суверенность личностей будет одновременно парадоксально и усиливаться, и уменьшаться, и параллельно свой действительный облик начнет проявлять так называемая глобализация. Глобализация есть не что иное, как ограничение суверенитета отдельных государств для защиты их от серьезных катастроф, направление которых одними обществами на другие представляет любимую забаву людей, особенно тех, кто у власти, поэтому необходимость появления всемирного правительства будет возрастать. Доминиканец Дюбарле (Dubarle), приветствовавший появление книги Норберта Винера о кибернетике в 1948 году статьей, представляющей возможность уже не фантастической машины для управления, будет иметь, вероятно, как пропагандистов, так и противников - антимашинных террористов, поскольку не только в единственном числе one man’s meat is another man’s poison.

32

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org