Пользовательский поиск

Книга Год колючей проволоки. Страница 72

Кол-во голосов: 0

Но для заглубленных бункеров — укрытий пакистанских ядерных зарядов этого могло и не хватить. И тогда на сцене появлялась RNEP.

Robust Nuclear Earth Penetrator, бомба, само существование которой отрицалось Пентагоном и не указывалось ни в каких документах. Практически то же самое, что и пятьдесят седьмая, только вместо заряда обычной взрывчатки — ядерный заряд мощностью около ста килотонн с дефлекторами, направляющими большую часть силы взрыва вниз. Эта бомба была предназначена для уничтожения российских ядерных подземных объектов на случай, если будет принято решение нанести удар по России. Россия сама не строила ядерные комплексы, обходилась советским наследством. А при Советах такого гибрида — ядерной проникающей бомбы не было, обходились обычными, и все защищенные комплексы строились в расчете на наземный ядерный взрыв. Когда же разработали RNEP — аналитики Центра стратегического планирования ВВС США дали уникальный, за все время противостояния с СССР/Россией никогда не встречавшийся результат. Впервые Соединенные штаты Америки могли гарантированно поразить все сто процентов российских ядерных объектов, не оставив ни единого шанса на ответный удар. Более того — pax аmericana, мир полного и безусловного американского господства мог быть достигнут без тотальной войны и ядерного холокоста с ядерной зимой академика Харитона и прочими прелестями — ведь при взрыве проникающей ядерной бомбы ничтожно малое количество радиоактивных материалов выбрасывается наружу! Это все равно, что подземное ядерное испытание! Мир стоял на краю, и только несколько факторов удерживали США от того, чтобы немедленно реализовать свалившееся на них стратегическое ядерное превосходство. Во-первых — ни одного натурного испытания нового ядерного боеприпаса так и не было произведено, ограничились моделированием на суперкомпьютере Cray, но это все-таки было не то. Второе — таких боеголовок было немного, а если уничтожать Россию — то вместе с ней надо уничтожать ядерный потенциал Китая, потому что если оставить Россию без ядерного оружия — действия Китая в таком случае предсказать было несложно, и американским интересам они бы прямо противоречили. А если бы даже уничтожить ядерный потенциал и России и Китая — все равно бы началась война с использованием обычного и тактического ядерного оружия, Америке пришлось бы каким то образом брать под контроль огромные территории, подавлять на них партизанское движение и одновременно отражать атаки ринувшихся на север голодных, озлобленных исламистов, коих набралось бы несколько десятков миллионов человек (если называть этих — людьми). Америка просто не была готова к освоению территории вдвое превышающей ее собственную, и ее вполне устраивало, что русские сами худо-бедно ее защищали, осваивали и продавали богатства своей земли за зеленые бумажки с водяными знаками. Пока все Америку устраивало — а случись чего…

В принципе — плох тот солдат, который не мечтает опробовать свое оружие в реальном бою с реальным противником. Проникающие ядерные бомбы были оружием нового поколения, и возможность испытать их в боевых условиях была весьма кстати. Но с другой стороны — впервые в послевоенном мире, второй раз в истории человечества предлагалось применить в боевых условиях ядерное оружие. Более того — предлагалось применить оружие, которое не прошло ни единого реального испытания, только компьютерное моделирование, при том, что риск ошибки был весьма велик. Если этим подонкам удастся сохранить неповрежденную установку, хоть одну, и если они догадаются долбануть не по индийскому городу — черт с ним с индийским городом, а по американской базе в Афганистане — трудно даже представить себе последствия. И пусть погибнет максимум пара тысяч человек, а вернее всего — пара сотен, то есть не человек, а американских военнослужащих. Контингенты сил стабилизации в Афганистане сильно разбросаны по передовым оперативным базам, большие потери будут если пакистанцы догадаются ударить по Баграму или Кабулу, а так… на стандартной передовой оперативной базе и пара сотен человек не наберется, все в рейдах, на патрулировании, на передовых постах, а сама местность гористая и горы хорошо экранируют ударную волну. Погибнет столько людей, сколько во вторую мировую теряли за один день хороших боев. Но политические последствия… Все правозащитники разом встанут на дыбы, обвиняя военных и правящую администрацию во всех смертных грехах, приведших к атомной дуэли и гибели американцев. Причем все правозащитники моментально забудут, сколько американских солдат погибло до этого и при каких обстоятельствах, и будут выпячивать именно этот день и именно это решение. Крайне правые, которых в Америке было немало, и сочувствующие которым находились и в этом кабинете наоборот взвоют, требуя сравнять Пакистан с лица земли за то что он посмел нанести ядерный удар по американским позициям, что тоже будет не к делу. Кроме того — американское стратегическое ядерное превосходство, раньше бывшее секретом, секретом уже не будет, не так ли…

Но может так оно и к лучшему? Что-то в последние десятилетия мир совсем позабыл про страх. Никто никого не боится, что хочет то и творит. Может ядерный карающий меч, находящийся в одних руках и зависший над миром сделает кого-то посговорчивее, а кого-то поумнее…

— Генерал Петреус, вы понимаете все последствия предлагаемого вами шага?

— Отлично понимаю, господа. Я заявляю прямо и открыто — ведущуюся в Афганистане войну уже не выиграть обычными средствами. Не выиграть ее потому, что мы воюем не с теми, не так и не там. Надо решаться — либо мы воюем дальше, применяя все то, что у нас есть, либо мы оставляем все на самотек, и уходим оттуда. Но если мы уйдем оттуда, господа — мы повторим судьбу Советского союза! Мы воюем не с движением Талибан, и даже не с Пакистаном. Пришла пора открыть глаза и заявить — идет жестокая, длящаяся не одно десятилетие и даже не одно столетие война христианской цивилизации с цивилизацией ислама. В свое время мы, преследуя сиюминутные и своекорыстные цели, помогли миру ислама против Советского союза и теперь жестоко расплатились за эту ошибку. От этой войны невозможно уклониться, ее нельзя завершить, просто уйдя из Афганистана, Ирака или еще откуда-то — потому что противник займет эти земли и пойдет дальше, преследовать тебя. В этой войне невозможно примирение, потому что наш противник его не желает. Наш противник — это значительная часть быстрорастущего исламского мира, они хотят отнять все то, что у нас есть и уничтожить нас всех. Как только у них появится ядерное оружие — они, безусловно, применят его против нас. Они ненавидят нас только за то, что мы существуем, мы не такие как они и если дать их молодежи свободу выбора — многие выберут нас, а не их. Они хотят нас уничтожить, господа — вот почему мы должны уничтожить рассадник терроризма и экстремизма, который во многом мы сами и создали, уничтожить полностью как государство и передать освободившиеся территории другим государствам. Мы должны продемонстрировать всему миру решимость и мощь, мы должны дать им понять. что любое выступление против нас обернется не только приобретением новых земель, находящихся под сенью зеленого знамени — но и к утрате тех, которые уже под ним находятся. Мы не должны стесняться или стыдиться того, что мы есть такие, какие мы есть.

— Здесь не предвыборный балаган — мрачно сказал Шварц, выражая то, что адмирал Маллен не захотел говорить. Кое-кто до сих пор числили Петреуса возможным кандидатом в президенты США, популярности в этом кабинете ему подобное обстоятельство не добавляло.

— Господа, я отвечаю за каждое сказанное мной слово! — резко ответил на выпад в свою сторону Петреус — я не собираюсь ждать, пока потери моего контингента превысят русские потери в предыдущей кампании, прежде чем принять решение! Время терапии закончилось, настало время хирургии!

— Нортон… — внезапно сказал адмирал Маллен

— Да, сэр! — встрепенулся командующий ВВС.

— Если пакистанцы запустят одну — две их чертовы штуковины, мы сможем что-то сделать с ними?

72

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org