Пользовательский поиск

Книга Мир уже не будет прежним. Содержание - Глава 10

Кол-во голосов: 2

Глава 10

В этот день, как обычно пишут в книгах, ничто не предвещало беды. Занятия на режиссёрских курсах ВГИКа подходили к концу, и я, поглядывая в окно на буйно цветущую майскую зелень, уже предвкушал скорую встречу с супругой и наследником, когда в аудитории появилась председатель месткома Вера Георгиевна Трушина, дама лет под сорок, с гофрированным сайгачьим носом и претензиями на образ интеллектуалки. Она хрипловатым, прокуренным голосом сообщила, что сегодня после занятий состоится собрание, посвящённое разбору дела слушателя режиссёрских курсов Сергея Губернского. Явка обязательна. При этих словах у меня появилось очень нехорошее предчувствие, но деваться было некуда.

В назначенный час актовый зал был полон. Тут собрались преподаватели, мои коллеги – будущие режиссёры, начинающие актёры, операторы и ещё десятки знакомых и незнакомых лиц. В их числе я с удивлением увидел Басилашвили, Караваева, Топалова, Ларису и ещё несколько человек из нашей съёмочной группы. Они смотрели на меня с сочувствием, так же как и Рязанов и мои коллеги по режиссёрским курсам. В глазах большинства остальных присутствующих я заметил неподдельный интерес. Ну, примерно такой, какой, по моему мнению, был у свободных и полноправных граждан Рима, собиравшихся в Колизее насладиться метаниями гладиатора по арене, а затем поднять палец вверх или опустить его вниз… Самое паскудное, что гладиатором на этот раз, похоже, был именно я.

Кто-то мне на ходу шепнул:

– Щас будут разбирать твои художества на Кубе.

Вот тебе раз, и чего же они столько ждали? Почему не устроили судилище сразу по возвращении в столицу? Собирали, как принято говорить, доказательную базу? Ладно, послушаем, что мне будут тут впаривать.

В президиуме помимо Веры Георгиевны разместились парторг Михаил Лазаревич Лозинский – невысокий, круглый, подвижный жизнелюб с хитрованистым взглядом, и секретарь комсомольской организации, которую, если ничего не путаю, звали Юля Трофименко. Это была накрашенная блондинистая девица и какая-то унылая, хотя, вероятно, мне так в тот момент просто казалось. Ещё я приметил двух незнакомцев. Один – мажористого вида хлыщ лет под тридцать, в костюме с иголочки, то ли импортном, то ли качественного индпошива. Второй – рыжеватый, длинный и тощий как жердь тип прибалтообразной наружности. Даже не знаю, почему я так решил, просто было в нём что-то общее с артистами-прибалтами, игравшими в советском кино фашистов и западных шпионов. Как выяснилось, я не ошибся. Трушина представила его как референта МИД Карла Яновича Брециса. Мажористый хлыщ оказался сотрудником отдела культуры ЦК ВЛКСМ Владленом Памфиловым.

После представления начался разбор дела слушателя режиссёрских курсов ВГИКа Сергея Губернского, которого Трушина, ссылаясь на сведения, поступившие из весомых организаций – многозначительный взгляд в сторону Памфилова и Брециса, кивками подтвердивших её слова, – обвинила в целом букете грехов: позорящем нашу страну поведении за рубежом, пьяных дебошах, хулиганстве в присутствии кубинских товарищей и лично товарища Кастро, исполнении более чем сомнительных с политической точки зрения песен, пропагандирующих чуждые идеи и даже расизм… Слушая всё это, я тихо офигевал.

После выступления Трушиной Лозинский предложил заслушать свидетелей из съёмочной группы. Первым выступил Басилашвили.

– Я много говорить не буду, – негромко, но так, что его все услышали, произнёс народный артист РСФСР. – Скажу лишь, что во время плавания на Кубу и на самом острове во время съёмок товарищ Губернский вёл себя вполне прилично и профессионально, занимаясь в основном работой. Что же касается банкета по случаю окончания работы над сериалом, то тут я никаких безобразий не заметил, во всяком случае, пока сам находился на банкете. Впрочем, я там был недолго и вскоре ушёл отдыхать, поэтому о том, что было дальше, ничего сказать не могу.

Честно говоря, я этого не ожидал, изначально настроившись на негатив, когда Басилашвили дали слово. Практически вечный экранный подлец, будущий убеждённый либерал – и такое объективное выступление. Может, есть ещё шанс не испортиться в будущем?

Следом выступили Топалов и Караваев, которые меня также поддержали. Игорь Андреевич сказал, что после четырёх с лишним месяцев напряжённой работы в другой стране, в непривычном климате, людям хотелось отдохнуть и расслабиться, что вполне нормально. Ничего криминального в моём поведении он не заметил, ему доводилось бывать на подобных мероприятиях, где всё кончалось мордобоем, да и исполненные мной песни по сравнению с матерными частушками, которые нередко исполняет подвыпивший народ на таких банкетах, выглядят достаточно невинно. Во всяком случае, лично он на фронте, да и в мирной жизни и не такое слышал.

Топалова поддержал Элизбар, заявивший в конце своего экспрессивного выступления, что в его родных краях различные радостные моменты жизни отмечают и более шумно.

Лариса, в свою очередь, сообщила, что в её присутствии я вёл себя вполне адекватно, а во время банкета, когда Фидель уехал и мужчины начали выпивать, ей, как и другим дамам, стало неинтересно, и она ушла в свой номер.

Эти выступления сказались на настроении аудитории. На меня народ смотрел уже с пониманием. Во взглядах так и читалось: ну выпил человек, с кем не бывает…

Затем слово предоставили мне. Выйдя к трибуне, я начал по пунктам опровергать обвинения.

– Да, выпили на радостях. А кто не пьёт? Назови! Нет, я жду! – Эту фразу из ещё неснятого фильма «Покровские ворота» я произнёс с надрывом, ни к кому конкретно не обращаясь и в то же время адресуя её всем собравшимся. Многие улыбнулись, видно, фраза пришлась по вкусу. – И никакого дебоша не было, и драку с музыкантами в кубинском ресторане я не устраивал, – продолжил я. – Гитару я действительно забрал, но вполне культурно, без всяких драк, да и остальные музыканты мне подыгрывали, когда я пел. И вообще, к тому времени товарищ Кастро и большинство кубинских товарищей уже уехали. И никаких таких чуждых идей в тех песнях я не пропагандировал. «Куба рядом» – это песня о дружбе советского и кубинского народов! А в «Убили негра» никакого расизма нет и никогда не было! Эта песня вообще за негров и против расистов! Ведь ни за что ни про что, суки, замочили!

– Так, вы за языком-то следите, товарищ Губернский! – подпрыгнула на своём месте Трушина под раздавшиеся из зала смешки. – Вы на собрании, в конце концов, а не на бандитской сходке! Это там подобные, с позволения сказать, песни и выражения уместны!

Чтобы понизить градус позитивного настроя в зале, в дело вступила тяжёлая артиллерия в лице аппаратчика из ЦК ВЛКСМ. Памфилов толкнул речь, из которой явствовало, что моё поведение на банкете в глазах кубинских товарищей ничем не отличалось от поведения подвыпивших американских бандитов, которые вот так же расслаблялись на Кубе до революции.

– Что касается песен, то что это за намёки, товарищ Губернский? Вот, например. – Он взял в руки листок, по которому начал читать: – «Боже, как ты теперь далеко, Фидель!». Напоминаю, Губернский пел это на Кубе, всего через несколько часов после встречи с товарищем Кастро! Как это понимать? Или это:

А у нас облом, вечная зима.Небо в облаках, серые дома.О Фидель, Фидель, я схожу с ума…

Вам жизнь в Советском Союзе не нравится и кажется серой вечной зимой, товарищ Губернский? Или вот этот куплет:

Только верю я, что наступит день,Кончится зима и придёт апрель.И тогда ещё мы покажем им всем, Фидель.И бомбой взорвётся румбаОт Бреста до Магадана,И будет такая Куба,Одна сплошная Гавана…

Это как понимать, товарищ Губернский? Что вы хотели этим сказать?! ЧТО вы покажете, и кому это ИМ?!! – Пунцовый Памфилов выдохнул, и одним глотком ополовинил гранёный стакан воды. – Ну а песня про негра вообще ни в какие ворота не лезет, товарищи! Судите сами: «Только мёртвый негр не идёт играть в баскетбол». Или это: «Только мёртвый негр хип-хоп танцевать не идёт». Я не знаю, что за хип-хоп имел в виду наш… хм… начинающий режиссёр, но это же прямое повторение утверждений западных расистов, что якобы негры не способны ни к какой интеллектуальной деятельности и все их достижения ограничены отдельными видами спорта и примитивными танцами! А вот это ещё «лучше»:

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org