Пользовательский поиск

Книга На Туманном Альбионе. Содержание - Глава 11

Кол-во голосов: 0

– Сейчас Рашид Бейбутов выступает, значит, через один номер выходить мне.

– Отлично, тогда я подожду здесь, а после твоего выступления найдём где-нибудь фортепиано и порепетируем. Не против?

– Конечно не против! Я заранее уверена, что песня замечательная.

– И вот тут я не буду возражать.

Мы вместе рассмеялись, на нас тут же зашикала какая-то бабушка в очках, видно дежурная, пришлось сбавить обороты. А после того, как Лида отработала свой номер – незнакомую мне песню на музыку Баснера и стихи Дербенева, – мы уединились в одной из комнатушек ЦДРИ, где следующий час посвятили музицированию.

– Пою – и слёзы наворачиваются, – констатировала Лида, когда решили, что пора заканчивать.

– Да уж, сам сочинял – чуть не плакал.

Хотя у меня-то слёзы наворачивались от мысли, что стащил я песню у своего друга Володи Мигули, которого не станет в середине 1990-х. Боковой амиотрофический склероз, от которого ещё не придумали спасения, да и покушение ускорило течение болезни. М-да, как говорится, давился, но жрал. Это точно обо мне.

Последние дни перед отлётом прошли в суете, да тут ещё Катька огорошила, что они с её возлюбленным собираются в сентябре сыграть свадьбу.

– Вы что, не могли на август это мероприятие запланировать? – набросился я на неё. – Ведь я же из Лондона не смогу прилететь специально на ваше бракосочетание! Нет, может, меня и вызовут на товарищеский матч с югославами, но он 4 сентября, а вы расписываетесь 11-го, в следующую субботу. Да даже если бы и 4-го – кто меня отпустил бы перед игрой?

– Ну что ты кипятишься, мы вчера только заявление подали, а там, оказывается, настоящая очередь.

– Всё с вами ясно… А жить где думаете? Я всё равно улетаю, наверное, и живите в нашей трёхкомнатной…

– Паша настаивает, чтобы мы снимали квартиру.

– Независимости захотел, значит… Ну-ну.

Оно и понятно, жить в чужой квартире – не каждому мужику приятно, если он хочет чувствовать себя полноценным главой семьи. Но ладно бы нормальная хата, своя, а то ведь мыкаться по съёмным… Сам прекрасно помню, как мотался от одной квартиры к другой, когда первое время жил в Москве.

– А знаешь что… Сделаю-ка я вам свадебный подарок. Я был позавчера на собрании в Союзе композиторов, узнал, что начинают строить кооперативный дом, а пайщиков не добирают. Так что мне будет ещё не поздно впрячься, купить для вас двушку, например. Как вы на это со своим Пашей посмотрите?

– Егорка, ты золото!

Катька повисла на мне, прижимаясь к моей груди своими объёмными выпуклостями, и я невольно крякнул. Не будь я братом по крови – точно возбудился бы. Хотя… Нет, блин, нужно, судя по всему, снова бежать под холодный душ. Беда просто какая-то с этими бабами.

5 августа, накануне отлёта, мы с Лисёнком устроили прощальный вечер. В свободной квартире почти три часа предавались плотским утехам. А напоследок я узнал такое, что чуть в обморок не грохнулся.

– Ёжик, хочу тебе что-то сказать, – тихо произнесла одевающаяся Ленка, не поднимая глаз.

– Что любишь меня? Я тебя ещё больше люблю.

– Нет… Ну, в смысле, люблю, конечно, просто… Просто у меня задержка месячных.

Оп-па! Вот это финт ушами! Я так и сел, непроизвольно ощупывая глазами живот подруги. Если срок и есть, то небольшой, пока ещё ничего не заметно.

– Нормально, – пробормотал я. – У гинеколога была?

– В женской консультации? Ещё нет, вот хотела на днях сходить… Егор, я не хочу делать аборт, не хочу убивать нашего ребёнка! – с жаром выдохнула мне в лицо Ленка.

– А кто говорил про аборт? Если у нас будет ребёнок – я только рад. Правда, родителям нужно сказать, твоим и моей маме, да ещё учитывая мой контракт с «Челси»…

– Я думала об этом, ничего, рожу – и мы будем тебя ждать с дочкой. Родители помогут, я уверена.

– Почему с дочкой?

– Я знаю, что будет дочка.

– Ну, в принципе, хоть бы кто, лишь бы здоровый, – изрёк я философски. – Небось, уже и имя придумала?

– А как же – Анастасия.

– Почему Анастасия?

– В честь моей бабушки, ты же знаешь её, какая она у меня замечательная!

– Ну да, имел честь… А что, нормальное имя, Анастасия Егоровна – звучит. В общем, как посетишь гине… женскую консультацию, сразу пиши, а то я там от разных мыслей с ума сойду… Блин, а ведь нужно будет тогда и свадьбу сыграть. Не станешь же ты рожать, не будучи замужней женщиной! Если ты беременна и если меня вызовут на игру сборной 4 сентября, то как раз могли бы и расписаться.

– Ага, а ты знаешь, какая очередь в ЗАГС?

– Точно, мне же Катька говорила… Они, кстати, со своим хахалем женятся 11 сентября, представляешь! А заявление подали вот только на днях. Ничего, задействую связи, за один день распишут, – уверенно заявил я, подумав задним числом, что мог бы и для сестрёнки постараться с более ранним сроком росписи.

Провожать меня в Шереметьево утром следующего дня заявились все: и мама с Андрейкой, и Ильич, и Катька с Пашей, и бабушка с дедушкой, и Лисёнок… Это не считая Ряшенцева, который приехал меня лично напутствовать.

– Егор, помни, что за тобой – вся советская страна, весь советский футбол, – дыша на меня табаком, наставлял президент Федерации футбола. – Не урони, так сказать, честь, держи высоко знамя советского спорта!

– Понял вас, Николай Николаевич, не подведу! – пообещал я исполненным пафоса голосом.

Ну а дальше прощание, объятия, слёзы… С Лисёнком при всех, не скрываясь, целуемся в губы, и вот я уже смотрю из иллюминатора на проносящиеся под шасси самолёта плиты взлетно-посадочной полосы. До свидания, Москва, здравствуй, Лондон!

Глава 11

Думал, в самолёте отосплюсь за несколько часов полёта, да где там! Моим соседом оказался собкор The Guardian в Москве, представившийся Джонатаном Хэмфри. Тот летел домой в отпуск и сразу же принялся доставать меня своими умозаключениями по поводу внутренней и внешней политики СССР, предварительно нашарив что-то левой рукой в своём объёмном кейсе.

– Мне много что нравится в России, – заявил он на английском. – Пушкин, Лермонтофф, Толстой, Чехофф… Россия дала миру первого космонавта – Юрия Гагарина. Но в то же время я вижу гораздо больше, хотя вы можете со мной не соглашаться, однако минусов в Совьет Юнион тоже хватает.

– Даже на Солнце бывают пятна, – усмехнулся я. – Как якобы говорил Иисус фарисеям в отношении блудницы: «Пусть тот, кто без греха, первым возьмёт камень и бросит в неё».

– О, вы знаете Библию? Это похвально! Но всё же… Согласитесь, что травить и высылать из родной страны прогрессивных поэтов, писателей, борцов за свободу слова, всех инакомыслящих – это самое настоящее варварство, какое-то средневековье! Где демократия?!

Опа, какой упёртый попался англичанин. Не иначе решил со мной подискутировать? У меня всегда язык был неплохо подвешен, да и мозгов хватало общаться в любой компании, за что меня уважали как футболисты, так и академики. Что ж, товарищ буржуин, если желаете попикироваться…

– Я отвечу вам, мистер Хэмфри… Что касается травли «прогрессивных поэтов, писателей, борцов за свободу слова, всех инакомыслящих», то не у вас ли на Западе затравили Ван Гога и Чаттертона, объявив сумасшедшими? Не в вашей ли «цитадели свободы» Америке в прошлом десятилетии сажали в тюрьмы и выгоняли с работы людей за коммунистические убеждения, а расистские законы начали отменять считаные годы назад? Не в «свободной» ли Западной Германии десять лет назад запретили коммунистическую партию и ввели запреты на профессии для инакомыслящих? Не в «свободной» ли Франции несколько лет назад полиция расстреляла в Париже демонстрацию против войны в Алжире? С сотнями убитых! И ваша «свободная» пресса об этом благополучно промолчала! Я уж молчу о «свободных» Италии и Греции, где «неблагонадёжных» просто убивают наёмные бандиты, как депутата Ламбракиса! Вы скажете, что это всё не у вас в Британии? А как вам планы вашего правительства в сороковых отправить в концлагеря всех сторонников коммунистических идей? Не говоря уж о том, что именно ваши «демократичные» соотечественники первыми придумали концлагеря для мирных жителей в бурскую войну, опередив в этом плане Гитлера! Да и учителем Гитлера стал ваш земляк Хьюстон Чемберлен. Кстати, с вашими страданиями за «прогрессивных поэтов и писателей» вы несколько отстали от жизни. В СССР печатали в газетах и журналах разрекламированный у вас на Западе роман Пастернака «Доктор Живаго», но перестали публиковать продолжение из-за массовых протестов читателей, которые сочли его неинтересным и не желали платить за это свои деньги. Согласитесь, вполне демократично! Если хочешь самовыражаться – на здоровье! Но если народу не нравится – то за свой счёт. Потому и знаменитые художники-абстракционисты довольно свободно выставляются на Западе. У нас люди на них просто не идут… Да, вот такой у нас «непросвещённый» народ, неспособный оценить подобные изыски. Нам бы чего попроще… Так что и со свободой у нас, как видите, понемногу налаживается. И только одной свободы у нас нет и, надеюсь, никогда не будет – свободы гадить в своём доме и разрушать его! Если тебя так прёт от всего заграничного и так ненавистно всё своё, то и езжай туда, где тебе комфортно! Зачем мучиться? Если уж зашёл разговор о свободе, то ответьте: когда последний раз сторонники коммунистических взглядов, дружбы с СССР, противники союза с США, американских баз в Британии и участия вашей страны в НАТО свободно выступали по британскому радио и телевидению? Ответ – НИКОГДА! И так по всему вашему «свободному» Западу! Напомнить вам слова Ленина о «свободе» в капиталистическом обществе? «Свободны ли вы от вашего буржуазного издателя, господин писатель? Свободны ли вы от вашего буржуазного владельца галереи, господин художник? Свободны ли вы от вашего буржуазного заказчика, господин архитектор? Свободны ли вы от вашего буржуазного антрепренёра, господин артист? Свободны ли вы от вашего буржуазного работодателя, господин журналист?» Последний вопрос адресую вам, мистер Хэмфри… Молчите?

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org