Пользовательский поиск

Книга Вращая колесо Сансары. Содержание - Глава 3

Кол-во голосов: 1

– Как не найтись, уж для дочери министра культуры найдём.

В общем, по-бабски они нормально столковались. Фурцева-Козлова даже позволила себя уговорить выпить чайку, пока мы ждали вызванное по телефону такси.

Когда сажал свою «поклонницу» в «Волгу» с шашечками, водитель сначала мазнул по мне взглядом, а затем принялся разглядывать более сосредоточенно.

– Ба, да вы же Егор Мальцев, знаменитый футболист!

– Вы обознались, просто похож, – на автомате отреагировал я. – Меня постоянно с ним путают.

– Жаль, – искренне расстроился таксист. – В таксопарке бы ребятам рассказал, они просто обалдели бы.

– Приходите всем таксопарком на музыкальный фестиваль первого июня, там ваш Мальцев точно будет выступать.

– Хе, так нас уже заставили купить билеты. Сказали: не купите – влепим выговор в личное дело. А уж они-то влепят, они найдут повод.

Похоже, водитель любит поболтать. Ну, дальше пусть со Светланой трещит. Несмотря на её протесты, вручил таксисту деньги за проезд с запасом, разрешив оставить сдачу себе. Проводив взглядом свернувшую за угол дома машину, поднялся обратно в квартиру, где меня уже ждала уперевшая руки в боки супруга.

– Ну, рассказывай, муженёк, что это сейчас было?

Глава 3

В общем, следующий час у нас ушёл на выяснение отношений. Желая в будущем не оглядываться на какие-то недомолвки, выложил Лисёнку всё как на духу, естественно, признавшись, что подругу-соседку придумал на ходу. Даже рассказал о попытке Светланы закадрить меня на прошлогоднем банкете.

– Может, это была моя ошибка, что сразу тебе не рассказал, думал, было – и прошло, забудется. Вернее, ничего не было, я бы тебе ни в коем разе не изменил. А она вон видишь как, всё никак не угомонится, – подытожил я.

Честно сказать, далеко не был уверен, что Ленка не кинется собирать вещи с криком: «Всё, надоело твоё враньё, кобель несчастный, я возвращаюсь к маме и папе!» Но моя девочка оказалась более рассудительной.

– И как же быть дальше? – спросила она.

– Ну, если не прекратит ерундой заниматься, не угомонится, то придётся её мамашу проинформировать для начала, а в случае чего заявление в милицию накатать. Хотелось бы верить, что у неё хватит ума остепениться.

– Хотелось бы… А нож где?

– Эх, он же у меня всё ещё в кармане пиджака! Надо его в пакетик положить и заныкать куда-нибудь, как вещественное доказательство. Мало ли, вдруг Светлана решит задним числом заявить, что это я на неё с ножом кинулся.

А ещё через пятнадцать минут я с аппетитом уплетал куриный суп с клёцками на первое и картофельное пюре с парой котлет, поджаристых, как я люблю, с корочкой, на второе. Ну и стакан ароматного чая; давеча, пока с Лидой Клемент по рынкам и магазинам болтались, ухватил пару расписных жестяных коробок крупнолистового чая «Букет Грузии».

Разобравшись в отношениях с женой и с запоздалым обедом, я снова принялся названивать Михе и Адель. Сказал им, когда и где будет проходить генеральная репетиция, и попросил определиться с репертуаром – им разрешили исполнить по две песни.

У Ольги, то бишь Адель, к этому времени уже сложился свой коллектив: барабанщик, гитарист, бас-гитарист и клавишник, играющий на простеньком аналоге синтезатора. Так что помощи от «Апогея» теперь и не требовалось.

Заодно порадовал Адель новостью, что сочинил для неё пару хитов. Далеко ходить не пришлось, взял из репертуара Борисовны «Куда уходит детство» и «Этот мир придуман не нами». Договорились встретиться завтра у неё на репетиционной базе.

Так, с Битлами созвонимся позже, когда они сами сначала решат вопрос с Эпстайном.

Ленка пошла выгуливать Лёху, а я включил телевизор. Там показывали концерт в Кремле с участием Бернеса. Тут же вспомнил, как Марк Наумович просил меня написать для него новую песню. Что ж новую-то, у нас и старых полно. В смысле, старых для Алексея Лозового из будущего, а для Егора Мальцева из 1966 года ещё ничего не написано.

А вот, например, «Ласковая песня» от Фрадкина и Долматовского. На моей памяти её больше других исполнял Кобзон, причём написана она была году эдак в 1980-м, если не позже. Так, подыграть себе на фортепиано, обновить воспоминания – и сразу в нотную тетрадь. Пересечёмся на генеральной, там и вручу Бернесу текст с нотами. И напою, чтобы понял что к чему. А то ведь нот он не знал, факт общеизвестный, зато пригодятся его будущему аккомпаниатору. Ну а аранжировка – отдельная тема, там вообще смогут, если что, без меня справиться, если руки из нужного места растут и голова не ниже пояса.

Как раз время идти своих забирать с прогулки, помогать переть наверх коляску. А потом я подумал о Кобзоне. Чтобы Иосиф не чувствовал себя обделённым на генеральной репетиции, где он наверняка увидит наши экзерсисы с Бернесом, можно ему предложить песню того же Фрадкина, но уже на стихи Рождественского «Там, за облаками». Он ведь и впрямь её пел, во всяком случае, я прекрасно помнил юбилейный вечер «Самоцветов». Теперь может исполнить пораньше. А ещё можно добавить совкового патриотизма в виде песни «И вновь продолжается бой!». Она Пахмутовой и Добронравовым тоже ещё не написана.

Вообще становится малость стыдно, сколько уже вещей у этой четы увёл. Но, как говорится, нет худа без добра! За последнее время семейно-творческий союз разродился двумя песнями, которых в моей реальности попросту не было. Одна называлась «Иван-чай» – приятная, лирическая композиция в исполнении Зыкиной. Вторая воспевала подвиги комсомольцев в до и послевоенные годы, называлась «Вечная молодость», что мне живо напомнило одноименный хит группы «Чиж & Co». А за футбол мне не стыдно, всё, так сказать, кровью и потом заработано, пусть и арендованного мной тела. Аренда, правда, тянется уже пять лет, и иногда мне кажется, что моя прошлая жизнь – долгий, может, и не самый дурной, но сон. О возвращении в прежнее тело даже думать не хочется…

– Егор, тебя к телефону, – позвала из прихожей Ленка.

– Кто там ещё?

– Из Министерства культуры вроде.

Неужто Фурцева?! Блин, а если по поводу дочки… Жутковато становится. Но нет, звонил Баскаков, отчество которого я решительно запамятовал, тем более что он представился мне в этот раз просто по фамилии.

– Егор Дмитриевич, вы как, созвонились с ансамблем «Апогей» и Адель? Узнали, что они будут петь?

Выяснив необходимую информацию и прежде чем попрощаться, Баскаков попросил уточнить у Битлов, что они планируют исполнять в рамках фестиваля, если всё же точно собираются прилететь в Москву.

Уже в девятом часу вечера, когда я дописал последние ноты песни «И вновь продолжается бой!», решил ещё раз позвонить Джону домой в надежде, что он вернулся-таки в лоно семьи. Как в песне у Высоцкого, пришлось набирать «07», прежде чем меня соединили с квартирой «мистера и миссис Леннон». Трубку снова взяла его жена, но на этот раз, на мою удачу, неформальный лидер Битлов оказался дома.

– Привет, это Егор! Ну как, решили вопрос с Эпстайном?

Да, всё отлично, он сам с огромным удовольствием съездит в Россию. И парни согласны отыграть на шоу, даже несмотря на то, что фестиваль благотворительный и мы за выступление ничего не получим.

То ли намекнул прозрачно, то ли без задней мысли о бесплатном выступлении вякнул… Ладно, я тут вообще сбоку припёка. Под занавес разговора уточнил, что они планируют исполнять на фестивале. Идиотизм, конечно, неужто наш худсовет будет принимать решение, годятся песни Битлов для фестиваля или нет?! Как бы там ни было, от лица ливерпульской четвёрки Джон предложил Baby’s in Black, I’m a Loser, Albert Dock и только что написанную Yellow Submarine. Если с тремя из вышеперечисленных композиций я был знаком, то Albert Dock мне представлялась загадкой. Я попросил Джона рассказать о ней чуть подробнее. Выяснилось, что эта песня посвящена ливерпульскому доку, который назывался Альберт, по сюжету песня напоминала песенку из мультика «Мы пришли сегодня в порт». Мол, что вижу – о том и пою. Интересно было бы мелодию хотя бы услышать. Впрочем, ждать недолго осталось.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org