Пользовательский поиск

Книга Особый курьер. Содержание - 105

Кол-во голосов: 0

— …нам придется несладко… — закончил за Инессу Бертольд.

— Хорошо, — приняла решение Брун, — уводите людей. Я сейчас подойду.

Ланш хотел было поинтересоваться, зачем Инесса остается одна, но подумал, что с его стороны это будет слишком дерзко.

Поминутно оглядываясь, он пошел следом за своим взводом, а Инесса, подождав, пока ее люди отойдут на безопасное расстояние, включила свою рацию.

— Эй вы, там, наверху! Внимание, говорит Инесса Брун! Я прекрасно знаю, что вы меня слышите, поскольку пеленгуете все переговоры… Перехожу к делу — в город попадает большое количество фанатиков и убийц Дункана Пеко. Есть сведения, что они проникают в город через старый торфяной трубопровод. Труба начинается от восточной окраины города и идет к Дымным болотам. Уничтожьте ее, иначе люди Пеко вырежут все население. — Уф… — выдохнула Инесса, закончив сообщение. — Я снова была в эфире, и это приятно.

Затем она посмотрела на небо и прислушалась — миротворцы могли обстрелять место радиопередачи.

«Ну что ж, я сделала все, что могла», — подумала Брун и, спрятав рацию, побежала догонять отряд.

105

… Спустя пять минут после перехвата распечатка и аудиозапись голоса некой Инессы Брун лежала на столе федерального инспектора. Едва взглянув на сообщение, Ральф Паккард тут же вызвал начальника разведотдела, и тот, упреждая вопрос инспектора, положил на стол карту местности с нанесенным на ней торфяным трубопроводом.

— Похоже на правду, майор. Вы не находите?

— Похоже, сэр. Но проползти по трубопроводу на четвереньках тридцать километров едва ли возможно…

— Это нелегко, тут я с вами согласен, но если предположить, что можно делать передышки на компрессорных станциях… Сколько между ними?

— От трех до пяти километров…

— Вот-вот. Все сходится Бомбить, и немедленно…

Приказ федерального инспектора не обсуждался, и спустя несколько минут боевые машины стали покидать суда носители.

В бортовые компьютеры всех бомбардировщиков были внесены точные координаты трубопровода, и специальные программы в срочном порядке рассчитывали схемы прицельного бомбометания.

Звено за звеном тяжелые машины проваливались в атмосферу Рабана, и на их экранах появлялись уже ставшие привычными очертания материка Конго. В точке бомбометания наступала ночь, но бомбардировщикам это не мешало.

— Внимание, «база», говорит «коршун-один». Я над целью, разрешите приступать?

— Я «база», разрешаю…

После подтверждения команды бомбардировщики перестроились, и их черные силуэты, словно тени возмездия, распластались над поверхностью Рабана.

Последовал короткий обмен командами, и машины начали избавляться от смертоносного груза.

Длинные цепочки управляемых бомб потянулись к Рабану. Повторяя все изгибы торфяного трубопровода, они напоминали вереницы мигрирующих птиц.

«Красиво идут», — подумал командир эскадрильи и, связавшись с «базой», доложил:

— «База», я «коршун-один». Бомбы пошли на цель. Разрешите возвращаться?

106

Неясный гул сотен голосов отвлекал вождя от созерцания звездного неба. Неудачи армии взбесили Дункана, и он пытался обрести покой, глядя на далекие вечные звезды.

Сейчас он был готов сносить головы всем подряд, даже безмолвным факельщикам, которые следовали за вождем.

«Грязный сброд, свиньи, — ругал вождь своих камрадов. — После похода обновлю весь командный состав. Весь. На костер их…» Отложив месть на более поздний срок, Дункан сосредоточился на текущих делах.

В течение последнего часа он получил еще пять сотен человек, и они сейчас же должны были отправиться к арсеналу. Дункан жестко поговорил с Чемулем, Торпедо и Харрисом. Он безжалостно давил на психику и довел своих генералов до нервного потрясения.

Торпедо до сих пор не мог успокоиться, и его рыдающий голос время от времени доносился со дна оврага:

— Я возьму этот арсенал голыми руками! Я клянусь! Клянусь скрипкой камрада Дункана!

«Как он может клясться столь дорогой для меня вещью?» — подумал Пеко. Он посмотрел на скрипку, которую не выпускал из рук. При свете факелов ее благородное дерево казалось прозрачным.

Иногда среди переплетения древесных волокон Дункан узнавал черты прежнего хозяина скрипки — маэстро Фелистера. Когда-то давно, уже целую вечность назад, Дункан у него учился.

Подчас вождю Нового Порядка не хватало совета доброго старика, его участия или, напротив, строгого нагоняя. Казалось, будь он сейчас жив, и Дункану не пришлось бы проливать реки крови, чтобы найти свой жизненный стержень — свое начало.

«А может, это к лучшему, что учитель умер раньше, чем все это началось?..» — подумал Дункан.

— Камрад Дункан! — несмело позвал Харрис.

— Что? — очнулся вождь. Он так глубоко погрузился в свои воспоминания, что не сразу понял, где находится. — Ах, это ты, Харрис! Где наш новый камрад — Джек?

— Он спит на своем корабле. Сегодня он оказал нам большую услугу, уничтожив вражескую позицию.

— Ты, я вижу, уже восстановился после разговора со мной… А Торпедо еще плачет…

— Что вы, камрад Дункан, я по-прежнему сгораю в огне своего стыда, но я обещаю…

— Достаточно обещаний, Харрис. Что ты хотел сказать?

— Из трубы простучали условным стуком. Значит, через полчаса начнет выходить новый отряд.

— Хорошо, давай спустимся.

Пеко покинул возвышение и в сопровождении факельщиков и Харриса спустился к торфяной трубе.

Заметив приближавшегося Дункана, повстанцы стали подниматься с земли и строиться в шеренги. Увидеть вождя так близко было большой удачей.

— Да здравствует камрад Дункан! Да здравствует камрад Дункан! — вразнобой выкрикивали сотни голосов.

В ответ Пеко лишь вяло помахал рукой.

Неожиданно где-то далеко ухнул взрыв. Потом второй, третий, а в следующие мгновения взрывы загрохотали с ужасающей частотой.

Торфяная труба тревожно загудела, напряглась, а потом с оглушительными хлопками стала извергать свое содержимое. Бесформенные комки целыми гроздьями выстреливались из гигантского ствола и улетали в темноту, а волны спрессованного воздуха сбивали с ног всех, кто стоял рядом.

Прочистив внутренности, гигантская труба наконец успокоилась и больше не демонстрировала свою сокрушительную силу. Она, как живое существо, таращилась в темноту и издавала еле слышные жалобные звуки, как будто потрясение стихией оживило ее и заставило дышать.

Факелы погасли, глаза запорошила торфяная пыль, и люди ползали по земле, натыкаясь друг на друга и подвывая от страха.

— Где скрипка? — спросил камрад Дункан у склонившегося над ним Харриса.

— Вот она, камрад Дункан, совсем не пострадала…

— Что это было?

— Миротворцы бомбили трубу, камрад Дункан… Наверное, одна из бомб взорвалась прямо внутри ее и…

— Я понял… — слабо улыбнулся Пеко. — Надо же, а ведь мы и не подумали, что доставлять людей таким образом гораздо быстрее…

Вождя подняли на ноги, и он смог стоять, опираясь на плечо Харриса. Повстанцы зажгли факелы и сгрудились вокруг Дункана.

Оглядев людскую массу, уходившую за пределы освещенного пространства. Пеко откашлялся и что было сил крикнул:

— Вперед, камрады! Сомнем врага, а потом выпустим кишки всем, кого найдем в этом городе!

Эта фраза отняла у Дункана много сил, и он прикрыл глаза.

Повстанцы восторженно взревели, а Дункан крепче сжал свою скрипку, чувствуя, как весь мир заполняется прославляющими его голосами.

107

Часы ночного отдыха не добавили сил Ральфу Паккарду. Он все время ворочался и только под утро сумел забыться коротким сном.

Отвратительный писк электронного будильника неприятно резанул по ушам, и привыкший к самодисциплине инспектор усилием воли поднял измученное тело из неудобной постели.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org