Пользовательский поиск

Книга Особый курьер. Содержание - 11

Кол-во голосов: 0

Холланд прокрутил в памяти все обстоятельства, при которых получил эти часы.

«А старик-то, наверное, умер, — подумал он и тут же вспомнил очаровательную гимнастку. — Ее звали Рита», — улыбнулся Джек. Он решил, что завтра пойдет на работу тем же путем.

Холланд убрал часы в карман и пошел искать раздевалку, поскольку с первого раза не очень хорошо запомнил дорогу.

Как и следовало ожидать, он все-таки заблудился, но ему помог Позитрон, который в ожидании скорого награждения был сама любезность и довез Джека до раздевалки на электрокаре.

— Ну, конечно, такой человек может прибыть только на личном автомобиле! — воскликнул Байрон, уже облаченный в полный комплект спецодежды.

Махнув на прощанье рукой, Позитрон укатил по своим делам, а Джек поспешил в раздевалку.

— А я уже подумал, что ты решил установить рекорд по пребыванию на должности младшего дерьмососа, — поделился Док.

— А какой рекорд был до этого момента? — спросил Джек, застегивая «молнию» комбинезона.

— Три дня, пять часов и тридцать две минуты.

— Откуда такая точность?

— Шланг высокого давления лопнул, и струя субстанции ударила прямо в моего напарника. С его часов сорвало стекло, и они встали, навечно зафиксировав момент, когда тот парень сказал себе: «Баста, лучше смерть от голода, чем подневольный труд безвестного ассенизатора».

— И ушел?

— Только его и видели.

— Кстати, о часах, — вспомнил Джек.

— Эй, ты не так надел очки. Вот так надо. — Док помог Холланду подтянуть ремешок, и после этого напарники отправились за своей бочкой.

— Так ты украл часы или нет? — неожиданно спросил Байрон.

— Почему сразу украл? — удивился Джек.

— Но не в магазине же купил?

— Мне подарили.

— Кто подарил? Кто подарил тебе часы? Тебе — человеку, который живет в этом городе только три дня. Небось мне бы не подарили. Кто поможет несчастному доктору философии, особенно если он черный? Расовая дискриминация — однозначно.

Бочка оказалась на прежнем месте. Байрон приподнял ее за раму и приказал Джеку покрутить колеса, чтобы проверить ход. Как выяснилось, одно колесо звучало не так, как должно было звучать.

— А мне кажется, что все нормально.

— Это естественно — ты еще новичок. Слушай внимательно, я тебе сейчас все объясню. Если колесо издает звук «шисс-шисс», это нормально, но если вдруг «жжу-жжу», то дело плохо. Подшипник полетел.

— И что, будем менять подшипник?

— Еще чего. Это дело дежурного механика. Мы только известим его о состоянии ходовой части, а он, естественно, пошлет нас подальше, и тогда мы со спокойной совестью пойдем продолжать работать.

— Ну и какой во всем этом смысл? — не понял Джек.

— Смысл в спокойной совести, коллега.

— А-а, понял.

— Я рад, — кивнул Байрон и, словно для самого себя, добавил: — Одно слово — пилот: выпивка, бабы, покер.

— Ну что, можно опускать шасси?

— Конечно, или ты думал, что тебе за это будут деньги платить?

Джек опустил бочку, и напарники покатили ее к месту работы.

На сегодня первым числился причал номер двенадцать, где стояло судно пилота Ника Декслера. Байрон считал его своим другом и не упускал случая завести приятную беседу.

— Привет, Бэри, — махнул рукой Декслер, когда ассенизаторы остановили свою бочку напротив кормы судна.

— Привет, Ник. — Байрон снял перчатку и пожал Декслеру руку. Затем прошел на корабль, толкнул дверь туалета и спросил: — Ну что тут у вас?

— Да что и обычно.

— Так я и думал, — огорченно кивнул Байрон.

— Ну, так ты берешь?

— А что мне остается? Джек, тащи сюда шланг. Холланд размотал шланг высокого давления и протиснулся с ним в маленькое помещение.

— Познакомься, Ник. Это Джек Холланд. Он тоже пилот, но пока что пилотирует мою бочку.

— Понятно, — кивнул Декслер. — Но ничего, Джек, не горюй. От бочки до уиндера рукой подать.

— Спасибо на добром слове, сэр, но где тут у вас сливной узел?

Чтобы не мешать Джеку, Ник и Байрон вышли на причал. Они обменялись последними новостями, а когда Холланд присоединил штуцер, Док крикнул:

— Выходи, Джек, узел здесь нормальный и держать его не нужно! — С этими словами Док включил насос.

Бочка завибрировала, и разговаривать рядом с ней стало невозможно. Пришлось отойти к соседнему причалу, где Байрон неожиданно устроил Холланду допрос:

— Так кто подарил тебе часы, Джек?

— Старик один, — неохотно ответил Джек. Ему не хотелось ничего рассказывать при незнакомом человеке.

— Ника не бойся. Он свой и тебя не выдаст.

— Я же говорю, какой-то незнакомый старик отдал мне эти часы.

— Вот это да! — покачал головой Байрон. — Он что-нибудь сказал, это добренький старикашка?

— Сказал «бери и беги».

— А что потом?

— Я думаю, что он умер.

— У-тю-тю-тю… — Байрон посмотрел по сторонам и, перейдя на шепот, спросил: — Неужели эти часы были тебе так необходимы, Джек? Разбой — дело неприятное. В особенности при судебном разбирательстве. Сколько на Бургасе дают за разбой, Ник?

— Думаю, лет двадцать.

— Да никого я не убивал, Байрон! — рассердился Джек. — В него стреляли. Я сам слышал эти выстрелы.

— Тогда вопрос снят, — развел руками Байрон.

11

Звуки мощных ударов проникали даже через дверь, и Джек помедлил пару секунд, прежде чем решился войти в спортзал.

Баба Марша прыгала возле боксерской груши и голыми руками молотила ее что есть сил. Увидев вошедшего Джека, хозяйка зала коротко ему кивнула и продолжила избиение ни в чем не повинной груши.

Изредка Марша доставала «противника» ногой, и это нравилось Джеку больше всего, поскольку он не ожидал от немолодой женщины такой гибкости и точности исполнения.

Наконец Марша закончила упражнения и подошла к Джеку.

— Привет, — улыбнулась она.

— Привет, — ответил немного скованный Джек.

Вчера он общался с Маршей запросто, но лишь благодаря кальвадосу. Теперь же перед ним снова был малознакомый человек.

Джек сравнил бы ее с медведицей — такая же крепкая, с виду неповоротливая, но в драке стремительная и смертельно опасная.

— Ну что, Джек, начнем заниматься?

— Начнем, — пожал плечами Холланд.

— Вижу, что ты парень накачанный — тут все в порядке, и, бьюсь об заклад, девчонкам ты нравишься, но у меня, старой бабки, свои запросы. Давай проверим, насколько ты вынослив.

— Бегать будем?

— Нет, скорее прыгать. Я надену тяжелые «лапы» и буду тебя атаковать. В таких рукавичках быстро не помашешь, поэтому от ударов ты будешь уходить без труда. Вопрос в том, как долго ты сможешь это делать.

Марша сняла с полки пару тренировочных «лап» и, надев их на руки, стала похожа на землеройный агрегат. Она поманила Джека на середину зала и, едва он остановился, скомандовала:

— Начали! — И в бешеном темпе начала махать тяжелыми «лапами».

Поначалу Джеку было нелегко, он больше боялся, чем уставал, к тому же Марша время от времени страшно рявкала и этим пугала Джека. Ее легкие работали, как меха, и Джек допускал, что она могла двигаться в таком темпе хоть целые сутки.

Вскоре с него уже градом катился пот, но пока это были нагрузки, к которым он был готов. Тренер по боксу, случалось, гонял его и посильнее, правда, не надевал таких тяжелых «лап».

Внезапно Марша сменила темп, и Джек пропустил касательный удар. От чувствительного сотрясения слегка поплыл фокус, но Джек взял себя в руки, стараясь не думать о последствиях прямого попадания.

Между тем время шло, а Марша продолжала работать, как ветряная мельница. Тяжелые «лапы» весили не менее килограмма каждая, и Джек поражался выносливости Марши — она совершенно не уставала.

Она — нет, а Джек — да. Он уже не мог уходить «чисто» и стал подставлять руки. Однако удары были настолько сильны, что Холланд буквально отлетал в сторону. Это давало ему возможность перевести дух хоть на пару секунд.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org