Пользовательский поиск

Книга Пять жизней читера. Содержание - Глава 20Жизнь пятая. Кое-что проясняется

Кол-во голосов: 0

Не напалм или хотя бы бензин, но сойдет.

Няша была против, уверяя, что с огнем связываться нежелательно, к тому же в такую погоду вызвать пожар будет непросто, да и не нужно. По ее мнению, достаточно крикнуть или хотя бы по стене постучать — этого хватит, чтобы возбудить пристальный интерес твари.

Но Рокки внезапно открыл в себе любителя ярких эффектов и сумел настоять на своем. Тут уже дело принципа — однажды заставив Няшу себя слушать, он и дальше пытался на нее давить, даже не будучи заинтересован в успехе, а все потому, что компенсировал предшествующую безусловную подчиненность.

Чиркнув зажигалкой, поджег тряпичный лоскут, свешивающийся из заткнутой горловины, подождал несколько секунд, давая разгореться, после чего, хорошенько размахнувшись, запустил бутылку в цель. Не попасть почти невозможно — сарай, может, и неказистый на вид, но о его размерах такое не скажешь. Влетела точно туда, куда целился — аккуратно под скос крыши, в темное пятно на доске.

Жалобный звон, и тут же по доскам загуляли языки синеватого пламени. Рокки, шагнув назад, нахмурился. Огонь не радовал глаз, он вышел слишком слабым, нет сомнений, что пламя собирается торопливо выжечь спирт, и не факт, что за это время успеет как следует добраться до древесины.

Но уже через миг эти опасения растаяли в бесконечно далеком прошлом, потому как все изменилось настолько резко, что Рокки, воображая себя готовым к чему угодно, растерялся, как последний недотепа.

Взгляд его был пристально уставлен на широченную распахнутую дверь сарая, но все равно начало представления удалось рассмотреть во всей красе — стена взорвалась под неудержимым напором кого-то крайне сильного, в ореоле разлетающихся досок и щепок наружу вынеслось что-то большое, темное, урчащее и невыносимо страшное.

А еще оно было быстрым. Ошеломляюще-быстрым. Ненормально и неправдоподобно быстрым. Быстрым настолько, что Рокки в один миг осознал: если, следуя первоначальному плану, рвануть назад, в хлев, подставляя чудовище под выстрел в глаза, в самом лучшем случае задница познакомится с когтями за несколько шагов до не таких уж и спасительных ворот. А это неприемлемо, так нельзя, ведь не просто так там, в провонявшем навозом и гнилыми костями сумраке, постелено тряпье. Нужно, превозмогая боль и непослушание колена, успеть добраться хотя бы до него, нырнуть внутрь рыбкой, завалиться на мягкое и чистое, развернуться, открыв огонь синхронно с Няшей. Причем девушка будет стрелять чуть модифицированными патронами, где часть дроби заменена смесью крупной соли с перцем. Органы зрения у таких зараженных иногда могут и попадание пули стерпеть, но все равно заработают повреждения. А такой коктейль на свежую рану — никому не понравится. Предполагалось, что тварь окажется ослеплена, после чего прикончить ее будет проще.

То есть предполагал исключительно Рокки, спутница на разные лады выражала свои сомнения, отказывая плану даже в намеке на разумность.

И сейчас Рокки понял — Няша была права на сто, даже нет — на двести, на всю тысячу процентов. Он возомнил себя великим стратегом и за это будет наказан — жестоко и без промедления.

Ума хватило осознать очевидное — бежать бессмысленно, а раз так, то какой смысл вообще разворачиваться?

Он успел вскинуть вдруг ставшую невесомой винтовку и, даже не пытаясь целиться, потянул за спуск. Пуле деваться некуда, она не промахнется мимо стремительно надвигающейся громадины, увитой канатами жил и покрытой пластинами матово-коричневой биологической брони.

Выстрел, отчаянно-торопливая попытка отвести затвор назад. Не получилось — оружие было выбито из рук еще до того, как из казенника вылетела гильза.

А затем Рокки сбило с ног, смело, будто пушинку, с дурной силой вмазало спиной в раскисшую до состояния кисельной массы землю, где самой земли было всего ничего, зато раскисшего из-за непогоды навоза разной степени свежести — полным-полно. Придавленный нестерпимой тяжестью, он захрипел, пытаясь убрать лицо от впивающейся в скулу угловатой броневой пластины, отчаянно потянулся за пистолетом, но тщетно, достать оружие не получилось.

С превеликим трудом начал раскачиваться с боку на бок, пытаясь выиграть для руки хотя бы крохи свободы. Ему бы только до рукояти дотянуться, а потом…

Стоп, а, собственно, что будет потом? Почему Рокки до сих пор на что-то способен? Почему не разорван, не отправлен по куску в пасть, где, как успел заметить, острейшие зубы располагались в два полноценных ряда на манер акульих?

Поразительно, но он жив, монстр, едва его не раздавив, почему-то на этом успокоился и сейчас лишь вяло шевелит ногами, будто пьяница, нехотя пробуждающийся после длительного отдыха в луже, разлившейся под забором.

А еще перед глазами проявилась красная надпись.

Внимание! Личная победа — уничтожен опасный зараженный. Уровень — 37. Вероятность получения ценных трофеев — 100 %. Примите поздравления, это была красивая битва, получено свободных очков к основным характеристикам — 30. Получено 88 очков к прогрессу выносливости. Получено 101 очко к прогрессу скорости. Получено 104 очка к прогрессу меткости. Получено 71 очко к прогрессу реакции. Получено 33 единицы гуманности. Получен уровень. Поздравляем, ваш уровень — 2.

Это как понимать? Получается, эта помесь рыцаря в доспехах, акулы-людоеда и бегемота-недоростка весьма вовремя подохла? Невыносимо прекрасная новость, по такому поводу хочется выплюнуть навоз изо рта и радостно рассмеяться.

А затем подумать, каким образом выбраться из-под туши и при этом не захлебнуться в вонючей жиже, норовившей захлестнуть с головой.

Глава 20

Жизнь пятая. Кое-что проясняется

Зубья вил впивались в напитанную водой и навозом землю в опасной близости от выглядывающего бока Рокки, по чуть-чуть сдвигая неподъемную тушу с его тела. Кое-какую степень свободы оно уже получило, но шевелиться не торопилось — острые углы костяных пластин уже изрядно повредили одежду, а кое-где и родную кожу, усугублять это поспешными телодвижениями не хотелось.

Зубья потеряли опору, вылетели из чересчур податливой почвы. Няша, едва устояв на одной ноге, непроизвольно произнесла слово, до такой степени неприличное и для нее совершенно нетипичное, что Рокки не удержался и хохотнул.

— Блин, да я тут корячусь как проклятая, а тебе весело! — высказалась на это девушка и попросила: — Придурок, я сейчас еще раз приподниму этот бок, а ты бегом выбирайся. Я тебе не грузчик, я дальше отодвинуть не могу.

— В честь чего это я опять придурком стал?

— Ну а кто ты еще?! Тебя же, придурка, чуть не убили! Сам тупой, и план твой такой же тупой, если не тупее! Вот откуда в тебе столько глупости взялось?! Ну давай же, помогай, не то ночевать здесь оставлю!!!

Ценою новой порции царапин и ссадин выбравшись наконец из-под осточертевшей тяжести, Рокки, неуверенно поднимаясь, осознал, что вопреки ожиданиям руки-ноги функционируют, да и остальное, похоже, не заработало серьезных повреждений. От столь радостных новостей не смог удержаться от улыбки, и, хотя лицо его сейчас пребывало в крайне плачевном состоянии, скрываясь за коркой из грязи и крови, Няша гримасу заметила и не удержалась от комментария:

— Блин, да он и правда радуется! Ну и кто ты вообще после этого, если не придурок?! Переломы есть?! Руками шевелить можешь?! У тебя лицо в крови, ты ранен!

— Да ерунда… царапины… — Глупая улыбка не сходила с лица Рокки, он был доволен как никогда.

— Ты такое называешь царапинами?! — продолжала бушевать Няша.

— А как еще такое называть? Терпимо. Это ведь почти то же самое, что оказаться на пути взбесившегося носорога, без царапин тут никак не обойтись.

— Царапин?! Да это чуть ли не рубер, посмотри, какой жирный! В нем полтонны, а может, и больше! Ребра проверь, может, они у тебя повылазили все или легкие проткнули!

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org