Пользовательский поиск

Книга Все источники бездны. Содержание - Глава 5

Кол-во голосов: 0

— На войну он собирался, что ли? — удивился Никита.

— И это все? — Борис был явно разочарован.

— Есть еще динамит.

Лесник удивленно поглядел на них.

— Вы что, с ума посходили? Мало мне одного трупа?

— Нас ведь убьют, Никита, — серьезно сказал Борис. — Не затолкают в вертолет, не увезут. Прикончат на месте. Здесь это сделать проще всего. И вас уберут. Как ненужного свидетеля. Вы думаете, зачем они сюда прилетели?

— «Они», «они»… Да кто — они? — разозлился лесник. — Откуда, интересно, вы знаете, кто там, в вертолете этом? Они что, успели вам представиться?

— В том-то и беда, — устало ответил Борис, — что в принципе нет никакой разницы. Кто бы это ни был — нам крышка. По ведомству Завадского мы проходим как потенциальные трупы. Если же это кто-то другой… Результат тот же самый.

— Я не позволю вам стрелять, — сказал Никита. — Вы хоть на минуту головой своей подумали? Что же это получается — я повел людей в лес, один ногу подвернул, другой от инфаркта помирает, в кустарнике неизвестно чей труп валяется, да вы еще в ковбоев играть надумали. Нет уж! Довезу вас до поселка, там разберемся. Не хотите оставлять тут этого старого дурака — не надо. Забираем его — и в темпе…

Завадский чуть заметно пошевелился.

Павел наклонился над ним.

— Что?

— Надо… остановить их, — сказал он чуть слышно.

— Остановишь их, как же! — устало сказал Павел. — Их наверняка человек десять.

— Я… не об этом. Я о тех, оттуда… Вам надо… выжить. У меня не получилось, может, у вас… другими методами… нужно… предать все огласке.

— И кто бы это говорил? — удивился Борис.

Павел жестом остановил его.

— Там… в рюкзаке… в кармашке.

Павел расстегнул ремешок и извлек пластиковый футляр для фотопленки.

— Архивы… все… там.

Павел спрятал футляр в карман штормовки и застегнул пуговицу.

Борис подхватил Завадского под мышки и потащил.

Тот застонал. Лицо его побледнело до прозелени.

— Он умирает, — сказал Павел. — Ты что, не видишь?

— Умирает? А нам что теперь делать?

— Черт! — заорал лесник. — Ложитесь!

И первый бросился на землю, одновременно сдергивая с плеча ружейный ремень.

Автоматная очередь ударила откуда-то слева, и ближайшая ель осыпала их дождем сухих иголок и кусочками коры.

Никита сосредоточенно глядел в прорезь прицела, высматривая одному ему видимую цель.

— Похоже, вы были правы, — заметил он. — Они не склонны нам представляться.

Ружье сухо щелкнуло. Лесник торопливо отполз за массивный ствол и только теперь обернулся к ним.

— Шевелитесь, — сказал он, — чего рты пораскрывали?

— Куда стрелять-то? — беспомощно спросил Борис. Он близоруко вглядывался в зеленый сумрак, но видел лишь какие-то смутные мелькающие тени.

— Ах ты, зараза! — Павел лег между корней, развернув пятки, как на стрельбище, и положил перед собой ружье Завадского. — Вот он, там…

— Их там несколько, — заметил лесник. — Одного я положил… кажется.

Павел выстрелил. Отдача больно ударила в плечо, и тут же, точно эхо-переросток, в ответ прозвучала еще одна автоматная очередь. Он вновь дослал патрон и только тут услышал слабый звук рядом с собой — не то вскрик, не то всхлип.

Он обернулся. Борис лежал рядом с огромным вывороченным корнем, неловко прижимая к боку растопыренную пятерню. Кровь толчками просачивалась сквозь пальцы, пятная вымытую дождями лесную подстилку.

— Вот падлы, — сказал лесник, не оборачиваясь, — они его достали.

Павел, прячась между стволами, подполз к журналисту. Тот испуганно посмотрел на него.

— Убери руку-то, — сказал Павел сквозь зубы.

Но тот судорожно цеплялся пальцами за пробитую пулей ткань. Павел с усилием отодрал руку — она была холодной. Одного взгляда на рану было достаточно, чтобы понять — надеяться не на что.

Борис по-прежнему смотрел на него. В его глазах читалась смертная тоска.

— Что же ты не укрылся-то? — тихо сказал Павел. — Это же не игра… это все всерьез.

Тот закашлялся и тихо спросил:

— Очень плохо, да? Только честно…

— Павел, мать твою! — заорал Никита. — Что ты там возишься? Они подходят!

Павел выхватил у Бориса пистолет и наугад послал несколько выстрелов в движущиеся пятна. Потом вновь склонился над журналистом.

Тот вдруг спокойно сказал:

— Паршиво… послушай… вам надо уходить. Пленка у тебя?

— Дурака-то не валяй, — неуверенно возразил Павел.

— Никита… тебя доведет. А там… уж как получится. Только… будешь говорить с моей мамой… ты как-то… поосторожней… она расстроится.

Никита вдруг оказался рядом с ними.

— Отходить надо, — сказал он. — Что с ним?

Павел мялся.

— Похоже, мне крышка, — спокойно сказал Борис. — Послушай, — он поглядел на лесника, — уведи его.

Он пошарил рукой по земле и нащупал знакомую сумку. Потом вытащил оттуда коричневый брусок и положил его на колени.

— И пистолет, — сказал он, — оставьте.

Никита, пригнувшись, вложил ему в руку пистолет, потом обернулся к Павлу.

— Пошли, — сказал он тихо.

Павел по-прежнему стоял на коленях рядом с Борисом. Еще одна автоматная очередь раскрошила кору над их головами.

Борис пошевелился. Изо рта у него потекла струйка крови.

— Убирайтесь, — прохрипел он.

Павел молча стиснул ему плечо и пропал в подлеске следом за лесником.

Борис остался.

Он пошевелился, устраиваясь поудобнее, и усмехнулся. Так глупо… Почему он должен умирать за какие-то идеи, которые ни в грош не ставил? Охотился за сенсациями, не веря в них, занялся аномальными явлениями потому, что это было модно и уж, во всяком случае, интереснее, чем писать о посевной. Он даже не был фанатиком своего дела — обыкновенным средним журналистом, в меру циничным, в меру продажным… Как и когда игра обернулась реальностью? Каким образом судьба ухитрилась загнать его в эту жуткую ловушку, из которой не было выхода?

Он наугад расстрелял всю обойму и отбросил ненужный пистолет.

В упор рассматривать свои раны Борис боялся, но, скосив глаза, видел набухающий кровью свитер под штормовкой, а под ним, в прорехах, ка- кое-то неприятное месиво. Боли он почему-то не чувствовал — странно. Он пошевелил немеющей рукой и нащупал твердый брусок.

Сжимая в руке динамитную шашку, Борис полулежал, прислонившись спиной к стволу, рядом с Завадским, который по-прежнему глядел вверх, словно пытаясь сквозь ветки рассмотреть невидимое небо…

Когда фигуры в пятнистых комбинезонах подобрались поближе, он чиркнул колесиком зажигалки.

Глава 5

Павел, прихрамывая, брел по пустынной улице. Одинокая его фигура была видна издалека, хоть он и старался держаться под стенами домов, подальше от любопытных взглядов. В разномастной вокзальной толпе его грязная штормовка и разбитые сапоги не слишком бросались в глаза, но там он мог в любую минуту нарваться на проверку документов, а вот это уж было совсем ни к чему. Голова у него кружилась от голода и усталости. Самое смешное, что денег у него хватало, но Павел боялся зайти в кафе или магазин, появиться на людях. Ему казалось, что все на него оборачиваются, и в их любопытных взглядах ему мерещился вопрос: почему он молчит? Почему ничего не предпринимает?

На самом деле он просто не представлял себе, что предпринять. Пойти в какую-нибудь редакцию? Тогда все вернется к тому, с чего и начиналось, — к журналистскому расследованию. Кроме микрофильма, который, в принципе, можно и подделать, у него никаких доказательств нет. Завадский мертв. Регина мертва. Борис мертв. Он недоуменно покачал головой. Еще две недели назад он о них и понятия не имел, а теперь вот как все обернулось.

Но у Павла оставалось еще одно обязательство, и его надлежало выполнить в первую очередь.

Он остановился у стеклянного колпака телефона-автомата, который присмотрел заранее; оглянулся, убедившись, что на улице никого нет, и набрал номер Лизы.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org