Пользовательский поиск

Книга Защитник. Рука закона. Содержание - Глава 4. Пустошь и кратеры

Кол-во голосов: 0

До своего номера я добрался к девяти. Дозвонившись до секретарши мэра, я узнал, что на сегодня Конференция откладывается, но зал будет открыт для неформальных обсуждений.

Интересно. Неужели Крис был настолько важной персоной? Но двое других делегатов тоже не спали ночью, а еще двое могли страдать от смены часовых поясов. Так что я даже рад был отмене заседания.

Я проспал до полудня, когда позвонила Лора Друри. Она как раз сменялась, а отряд лунной полиции и Наоми выходили через десять минут.

Глава 4

Пустошь и кратеры

Я поспешно облачился в свой скафандр, потом остановился и заставил себя выполнить стандартную процедуру проверки. У меня давно не было практики. Пройдя воздушный шлюз на южной стороне, я обнаружил остальной отряд на дороге, еще в зоне видимости. Я запрыгал за ними.

Нас было семеро: Наоми, Мэрион Шиффер, я и четверо высоких лунных копов. Среди них находился Джефферсон — рыжий и веснушчатый. Лицо, различимое под гермошлемом самого высокого скафандра, тоже было знакомым: я видел этого человека за обедом вчера вечером, во время разговора с мэром.

— Алан Уотсон?

— Да, правильно. А вы один из делегатов Конференции…

— Джил Гамильтон, АРМ.

Мы пожали руки в перчатках. Уотсон, тощий молодой человек, обладал прямыми черными волосами, узким носом, толстыми мохнатыми бровями. Руки с грубоватыми пальцами были не слабее моих. Он не смог выдавить улыбку. Опасался за Наоми? Низковато опущенная красно-черная роспись на груди изображала загадочный звездолет, приближавшийся к туманности Северная Америка.

Ведомые Наоми, мы тронулись в путь. В западном направлении вела главная дорога; по ней, бывало, проезжало тяжелое оборудование размером вплоть до поврежденного космического корабля. Она была широкой и гладкой, но не прямой. Если двигаться по ней достаточно долго, можно было попасть на Факторию Пояса.

Помалкивая, мы прошли четыреста или пятьсот метров, и тут Наоми заявила:

— Здесь я сошла с дороги. Хотела забраться вон на ту скалу.

Она указывала на граненый выступ, находившийся довольно далеко. Это была наивысшая точка в округе. Именно этот пик я увидел сияющим в лучах подступающего рассвета в окружающей темноте, когда прошлой ночью смотрел в окно.

Мы последовали к скале за Наоми. Мэрион спросила:

— И вы забрались на нее?

— Да.

Солнце стояло в шести градусах над горизонтом. Большую часть времени мы шли в тени. Не будь нашлемных ламп, прогулка смахивала бы на хождение в чернилах. Ходьба была рискованной, Наоми спотыкалась не реже меня и чаще, чем луняне. У Мэрион тоже не все получалось.

В одном месте, где островерхая скала из черного вулканического стекла загородила нам путь и пришлось обходить, она остановила Наоми:

— А этот поворот вы помните?

— Не знаю, — ответила Наоми. — Было темно, и все выглядело по-другому. Я даже не уверена, что подошла этим путем.

Пик имел высоту около тысячи футов и был не особенно крутым. С него открывался бы хороший вид на Хоув-Сити, подумал я, однако мы находились севернее места, где Крис Пенцлер заметил киллера. Коп предложил Наоми подняться.

При непривычной гравитации и в надувном скафандре, ограничивающем движение, она не проявляла особого проворства. Но до высоты триста футов у нее все шло хорошо. Затем она с визгом сбежала вниз.

— Скала горячая! — пожаловалась Наоми. — Обожгла меня через скафандр!

— Где? — поинтересовался Алан Уотсон.

— Грудь, руки. Вроде уже проходит. Но я не могу взбираться при дневном свете. Может, попробовать с другой стороны?

— Нет, оставим, — сказала Мэрион. — Куда дальше?

Наоми повела нас к югу. Я задался вопросом, выясним ли мы таким образом хоть что-то. Лжет она или нет, ответ будет одним и тем же: было темно, я не знаю Луны, вероятно, я шла не этим путем. Предположительно она уже солгала. Когда я выбрался из ванны, верхние сто футов пика уже были освещены. Зачем сегодня она пробовала забраться по освещенной стороне, если еще вчера ночью должна была обнаружить, чем это грозит?

Конечно, она могла выйти еще раньше… и взобраться в полной темноте. Мне этот вариант тоже не нравился.

И еще больше мне не нравилось, куда она вела нас теперь.

Это была знакомая территория. Я прошелся по ее контурам в миниатюре воображаемой рукой. И вспомнил крупные или необычные ориентиры; то же, видимо, делала и Наоми.

Например, валун размером с пригорок, изящно расколотый посередине так, что плоские стороны были обращены кверху. Наоми описала его еще до того, как мы подошли. Она указала на половину расколотого монолита и сказала:

— Я забралась на него. Легла на спину и смотрела на звезды, а иногда на Хоув-Сити. К тому времени уже больше половины окон погасли. А от космопорта и зеркального завода шла красивая фоновая подсветка.

Она повернулась, чтобы взобраться, но Мэрион оттянула ее обратно. Одетые в оранжевое полицейские с помощью нашлемных ламп и мощных фонарей обыскали все вокруг в поисках царапин, отпечатков ног, чего-нибудь такого, что Наоми могла обронить. Когда они покончили с боковыми уступами скалы, Уотсон и Джефферсон одним прыжком взмыли наверх и начали изучение там. Косой свет солнца делал фонари ненужными.

Мэрион тоже подпрыгнула и присоединилась к ним. Она балансировала на цыпочках, рассматривая скалу с расстояния двух дюймов.

— Ничего, — сказала она. — А вы уверены, что были на этой территории?

— Я была прямо на этой скале!

Мэрион выглядела довольной; Джефферсон — мрачным; Алан Уотсон — растерянным. Я взобрался вслед за ними, уже все понимая.

Скала имела немалый размер и была почти плоской. Действительно неплохое место, чтобы прилечь и смотреть на звезды. Я взглянул на город, и «наклонная скала» Криса Пенцлера оказалась почти на луче зрения, если только я правильно ее отождествил. Я мог заглянуть прямо в окно Криса в четырехстах метрах отсюда. Солнце заставляло меня прищуриваться. Но ночью это окно стало бы отличной мишенью.

Я подумал над этим несколько минут, потом обратился по рации:

— Это Гамильтон. Если никто не возражает, я хотел бы кое-что проверить. Прежде всего мне хотелось бы опробовать работу коммуникационного лазера.

Я взял лазер Джефферсона. Он показал мне, как подсоединить передающий кабель к микрофону в шлеме и как наводить эту штуку, сперва убедившись, что переключатель поставлен на максимальное ослабление. При поднятии мощности защитная система давала тебе пять минут и снова ослабляла ее. Иначе можно случайно испарить того, с кем ты хочешь связаться. Полная мощность, как пояснил Джефферсон, используется разве что при связи с кораблем на орбите.

Он также показал, как с помощью прицела найти спутник «Страж-птица-1» и связаться с ним. Я соединился для пробы с городским компьютером. Тот сообщил последние новости. Космический корабль «Чилийская птица» успешно стартовал с Фактории Пояса к Родильному астероиду. Солнечная активность начала расти, но вспышек еще не было.

— Эти штуки функционируют и как оружие, не так ли? — спросил я Джефферсона.

— При чрезвычайных обстоятельствах — да.

— Как именно?

Он показал, как выставить переключатель на максимальную яркость. Я выстрелил в темный камень. Последовала полусекундная вспышка красного пламени, и образовалась дыра три дюйма глубиной и четверть дюйма в поперечнике.

— За полсекунды вряд ли можно передать сообщение, — заметил я.

Тогда он показал, как отключить предохранитель.

— Это, конечно, сожжет передатчик, и времени хватит лишь, чтобы закричать: «Помогите! Пробоина!»

Я вернул ему лазер и сказал:

— Теперь хотелось бы пройти отсюда прямо до Хоув-Сити, причем с сопровождающим. Офицер Уотсон, вы не возражаете против прогулки?

— Хорошо, — ответил он. — Наоми, увидимся позднее. Не беспокойся.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org