Пользовательский поиск

Книга Меч Лета. Содержание - Глава IV. Ну уж водила из этого дундука нулевой

Кол-во голосов: 0

Я глянул через плечо из окна на улицу. Хэрт исчез. Я бы на его месте поступил так же. Надо мне было его послушаться. Я попытался отыскать в дяде Рэндольфе сходство с мамой. Хоть одну маленькую общую черту, которая бы смогла внушить мне доверие. Но ничего не нашел. Фигура внушительная. Манеры скованные. Взгляд выразительных черных глаз напряженный. На лице ни малейшего признака чувства юмора… Он был полной противоположностью мамы.

– Моя машина стоит возле задней двери, – объявил он.

– М-может, мы подождем дядю Фредерика и Аннабет? – с надеждой пробормотал я.

Дядю Рэндольфа просто перекосило.

– Они мне не верят. Никогда мне не верили. Я привез их в Бостон лишь от отчаяния и в последней надежде, что они помогут тебя найти. Но теперь, когда ты уже здесь… – Он осекся.

Дом снова дрогнул. Грохнуло сильнее и ближе, чем в первый раз. Мне бы очень хотелось найти какую-нибудь простую причину: стройка поблизости, или военная церемония, или что-то другое, столь же легко объяснимое. Внутренний голос, однако, подсказывал мне совершенно иное. Нашу квартиру два года назад трясло точно так же и с точно таким же шумом, похожим на исполинскую поступь Гаргантюа.

– Пожалуйста, Магнус, – голос у Рэндольфа дрогнул. – Эти чудовища отняли у меня семью. Я потерял жену и дочерей.

– У… У тебя была семья? Мама мне не рассказывала.

– Она не считала нужным. Но Натали… твоя мама… Моя единственная сестра… Я любил ее. Ужасно, что я ее потерял. Я не могу потерять еще и тебя. Идем со мной. Отец твой оставил тебе кое-что. И это изменит миры.

В мозгу у меня столпилось чересчур много вопросов. Мне совершенно не нравилось пламя безумия в глазах Рэндольфа. Насторожило и озадачило, с каким видом он произнес вместо «мир» почему-то «миры». И наконец, я не верил, что он и впрямь так в доску расшибался, пытаясь меня найти с тех пор, как погибла мама. Да начни он по всем углам про меня расспрашивать и называй мое имя, кто-нибудь из моих бездомных друзей мигом дал бы мне знать, как это сделал сегодня Блитц, едва дядя Фредерик с Аннабет нарисовались поблизости со своими флаерами. Нет уж, мой дорогой обожаемый дядя. Раньше я явно тебе был без надобности. Но теперь что-то пошло по-другому, вот тут-то ты и засуетился.

– А если я просто сбегу? – спросил я. – Попробуй останови.

– Сбежишь – они мигом тебя найдут. И убьют.

В горло мне словно набились ватные шарики. Мне страшно было довериться Рэндольфу, но в то же время голос его звучал вполне искренне, и я, на свое несчастье, верил, что он не врет: кто-то действительно хочет меня убить. Словом, я сдался и сдавленным голосом выдавил:

– Ну что же. Поедем кататься.

Глава IV

Ну уж водила из этого дундука нулевой

Если вам интересно, кто хуже всех водит тачку в Бостоне, знайте: это мой дядя Рэндольф.

Он запулячил свой «БМВ пятьдесят два, восемь ай» (у моего дяди, естественно, хуже, чем «БМВ», ничего просто быть не может) и помчался ракетой по Коммонуэлс-авеню, плюя на всякие там светофоры, отгоняя гудками другие машины и беспорядочно перестраиваясь из ряда в ряд.

– А тетку зачем пощадил, которая улицу перешла? – не удержался от выпада я. – Давай вернемся и переедем ее.

Но Рэндольф, похоже, меня не услышал. Слишком был занят чем-то своим, кидая периодически тревожные взгляды на небо, словно бы в ожидании ураганной тучи. С таким вот задумчивым видом он пропулил «БМВ» до Эксетера сквозь опаснейший перекресток.

– Ну, – снова подал я голос. – И куда же мы направляемся?

– На мост.

Чудесненько. Наконец-то мне полностью ясен маршрут. В Бостоне-то мостов штук двадцать, не меньше.

Я провел рукой по подогретой коже сиденья. Полгода прошло с той поры, как меня последний раз возили на машине. Это была «Тойота» социального работника. А до нее я ездил в авто полицейского патруля. Оба раза назвавшись фальшивым именем. И оба раза сбежав. Машины за время бездомной жизни для меня стали мало чем отличаться от камер предварительного заключения, и я совсем не был уверен, что сейчас дела обстоят по-другому и в этом комфортном салоне мне улыбнется удача.

Мне срочно требовались ответы на кучу вопросов, которые мне уже истоптали мозги. Кто мой отец? Кто убил маму? Каким образом дядя Рэндольф лишился жены и детей? Не глюки ли это все? И зачем он так сильно облился этим ужасным гвоздичным одеколоном?

Но он молчал, целиком и полностью посвятив себя созданию хаоса на дорогах.

Чтобы хоть как-нибудь поддержать разговорчик, я поинтересовался:

– Так кто же меня убить собирается?

Он резко свернул вправо, на Арлингтон. Мы обогнули вихрем Общественный парк, пронеслись мимо конной статуи Джорджа Вашингтона, миновали, ревя мотором, покрытые снегом живые изгороди и ряд газовых фонарей. Меня подмывало выпрыгнуть из машины и, добежав до пруда, укрыться в спальном мешке.

– Магнус, – нарушил молчание дядя. – Я всю свою жизнь посвятил истории появления скандинавов в Северной Америке.

– Вот спасибо тебе! – Я хмыкнул. – Классно ты мне ответил на все вопросы.

И вдруг Рэндольф напомнил мне маму. Она, когда я выводил ее из себя, корчила такую же раздраженную рожу и смотрела таким же взглядом, какой он сейчас кинул поверх очков, и в этом взгляде легко читалось: «Завязал бы ты лучше сейчас со своим сарказмом». От сходства у меня даже сердце заныло.

– Ну ладно, – снова заговорил я, но уже без сарказма. – Древние скандинавы? То есть, иными словами, викинги?

Дядю Рэндольфа скрючило.

– Как бы тебе объяснить… Викинги – это захватчики, а ими были не все скандинавы. Данное слово обозначает не народ, а деятельность. Но, в общем-то, да. Я имею в виду именно эту публику.

– А статуя Лейфа Эриксона?.. Она что же, стоит в честь того, что древние скандинавы открыли Бостон? Я-то думал, это Паломники сделали.

– Я только по данной теме мог бы прочесть тебе трехчасовую лекцию, – сказал дядя.

– Ой, не надо, пожалуйста, – испугался я.

– Тебе достаточно сейчас знать, что древние скандинавы обследовали Северную Америку и в тысячном году даже построили там поселение, то есть примерно за пять сотен лет до Христофора Колумба. Ученые тут придерживаются единого мнения, – сообщил дядя Рэндольф.

– Это радует, – вставил я. – Ненавижу научные разногласия.

– Но никому доподлинно не известно, насколько далеко им удалось проплыть к югу, – продолжил он. – Смогли ли они достигнуть земель, которые ныне мы называем Соединенными Штатами? Ты говоришь про статую Лейфа Эриксона… Она появилась благодаря одному мыслителю начала девятнадцатого века. Звали его Эбен Хорсфорд. Он был убежден, что Бостон – это потерянное древнескандинавское население Норумбега. Самый дальний пункт их экспедиции на наш континент. Хорсфорд был искренне убежден в своей правоте, но не мог привести доказательств, и большинство историков от него отмахивались, как от помешанного.

Дядя Рэндольф выразительно на меня покосился.

– Дай-ка я догадаюсь. Ты-то его не считаешь помешанным, – мигом отреагировал я, а про себя отметил: «Рыбак рыбака чует издалека».

– Карты, которые ты заметил у меня на столе, и есть доказательство, – сказал дядя Рэндольф. – Мои коллеги их называют подделками, но это не так. Я поставил на них свою репутацию.

«Вот тебя из Гарварда-то и вышибли», – подумал я.

– Древние скандинавы добрались как раз досюда, – тем временем убежденно говорил он. – Они что-то искали, именно здесь это и обнаружили, и именно близ этих мест затонул один из их кораблей. Много лет я придерживался гипотезы, что это случилось у Массачусетс-Бэй. Я пожертвовал всем в его поисках. Купил себе лодку и отправлялся с женой и дочерьми в экспедиции, последняя из которых… – Голос его задрожал. – Шторм возник среди полного штиля и ясного неба… Вспышки пламени заплясали…

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org