Пользовательский поиск

Книга Меч Лета. Содержание - Глава LII. Ну, вот и конь, и его зовут Стенли

Кол-во голосов: 0

– Ладно, – выдохнул он. – Пожалуй, пойду-ка я спать. Если нам предстоит поутру штурм великанской крепости, мне надо набраться сил. Подвинься, палаточный боров, – с трудом протиснулся он к Хэртстоуну и, не успев оказаться внутри, укрыл его своим тренчем, что показалось мне очень трогательным.

Сэм в новых джинсах и непромокаемой куртке сидела, скрестив по-турецки ноги, возле костра. Снег пошел крупными хлопьями, с громким шипением тающими в пламени. Сэм нахлобучила поверх хиджаба капюшон куртки.

– Кстати, о поединке у гномов: мы с тобой так и не обсудили слепня, – начал я.

– Тише ты, – покосившись с тревогой на спящего Тора, прижала палец к губам Сэм. – Некоторые, видишь ли, не слишком жалуют моего отца, и это их отношение распространяется на его детей.

– Эти некоторые, как, наверное, сама видишь, храпят сейчас, словно бензопилу в лесу запустили, – совершенно не разделял ее опасения я.

– И все же. – Она с такой пристальностью уставилась на собственную ладонь, будто решила там сосчитать все линии. – Я дала себе обещание не заниматься оборотничеством. И вот за последнюю неделю прибегла к нему целых два раза. Первый – когда мы столкнулись с оленем на Мировом Дереве. Надо было его отвлечь. Вот я и превратилась в олениху, чтобы Хэртстоун смог убежать. Выбора у меня тогда просто не было.

Я кивнул.

– А второй раз ты стала слепнем, чтобы помочь Блитцу. В обоих случаях у тебя были очень серьезные причины. И вообще, это же потрясающе. Удивляюсь, что ты все время такие способности не используешь.

Пламя костра бликовало в глазах у Сэм, отчего они стали почти такими же красными, как у Сурта.

– Магнус, – крайне серьезно проговорила она. – Оборотничество – это совсем не то, что спрятаться под моим хиджабом. Хиджаб меня просто скрывает и защищает, а оборачиваясь кем-нибудь, я меняю не только внешность, но и собственную суть. Каждый раз, как я это делаю, у меня появляется чувство, словно мной пытается овладеть какая-то часть того, что досталось мне от отца. А он ведь непредсказуемый, верткий, как жидкость. Не хочу становиться такой.

– Вот бы он достался тебе в отцы, – указал я с усмешкой на спящего Тора. – Испускающий газы амбал с козьим жиром на бороде и с руками в наколках. В Вальгалле все тогда бы просто в тебе души не чаяли.

– Какой же ты циник, Магнус, – с трудом сдерживала она улыбку. – Тор очень значительный и уважаемый бог.

– Даже не сомневаюсь, – в тон ей откликнулся я. – И Фрей, полагаю, такой же, хоть и ни разу его не видел. Но, по-моему, твой отец вполне себе ничего. Может, он и социопат, но зато с чувством юмора.

Сэм резко вскинула голову. Лицо ее сделалось напряженным.

– Ты так говоришь, будто с ним встречался.

– Ну, можешь считать, что я себя выдал. Наяву мы с твоим отцом никогда, конечно, не виделись, но он дважды являлся мне в предсмертных видениях. – И я наконец решился ей рассказать про сны, предостережения Локи и про то, как усиленно он меня убеждал отдать меч дяде Рэндольфу и забыть про поиски Острова Волка.

Сэм меня не прерывая слушала, и по ее виду я не мог понять, то ли она сердится, то ли просто потрясена, то ли и то и другое вместе.

– Почему же ты мне не рассказывал раньше? – спросила она, когда я умолк. – Боялся доверить?

– Ну, если только сначала. А потом просто не знал, что решу. Отец твой умеет выбить из колеи.

Сэм, подбросив в пламя сухую ветку, смотрела, как ее постепенно охватывает огонь.

– Какие бы обещания тебе ни давал мой отец, ты не должен следовать его советам, – твердо проговорила она. – Мы просто обязаны встретиться лицом к лицу с Суртом, и меч нам для этого необходим.

Память моя немедленно возродила сон. Горящий трон Одина, плавающее в дыму над ним темное лицо и обжигающий, как огнеметом, голос, суливший мне и моим друзьям участь фитиля, от которого воспламенятся и сгорят все Девять Миров.

Я огляделся в поисках Джека, но нигде его не увидел. Он совершал облет по периметру местности, как он сам выразился, патрулировал, а мне дал совет стараться как можно дольше не брать его в руки, иначе впаду в прострацию от напряжения, которое было потрачено на великаншу.

Снег продолжал идти, шипя и паря на камнях, окружавших костер. Я вспомнил так и не состоявшийся обед в ресторанном дворике. Сэм тогда занервничала, столкнувшись с Амиром. С тех пор с нами столько всего случилось, что, кажется, это было тысячу лет назад.

– Ты в лодке Харальда мне сказала, что у твоей семьи длинная история со всякими там скандинавскими делами, – проговорил я вслух. – Но каким образом, если твои дедушка с бабушкой приехали из Ирака?

Сэм подкинула в огонь еще одну ветку.

– Викинги были торговцами, Магнус. Они путешествовали по всему свету. Добрались даже до Америки. Ну а до Ближнего Востока – тем более. В Норвегии находят старинные арабские монеты, а лучшие мечи викингов изготовлялись по технологии выплавки дамасской стали.

– И твоя семья… У вас какие-то личные связи с викингами? – продолжал выяснять я.

Сэм кивнула.

– К Средним векам часть викингов осела в России. Они стали называть себя русами, отчего и произошло слово «русские». Вот багдадский халиф и отправил на север посла с заданием выяснить все о викингах и проложить к ним торговые пути, завести связи, ну и так далее. Посла этого звали Ахмет ибн Фадлан ибн аль Аббас.

– Фадлан – это как «Фалафель Фадлана», а аль Аббас…

– Ну да. Как я, – улыбнулась Сэм. – Это можно перевести как «из рода львов». Короче, – начала она вытаскивать из рюкзака спальный мешок, – этот старинный Фадлан во время визита к викингам вел дневник, который стал чуть ли не единственным письменным источником о жизни древних скандинавов. Вот с тех пор судьбы их и моей семьи переплелись. За последующие века мои родственники постоянно сталкивались со сверхъестественными существами. Может, именно потому моя мама и не особенно удивилась, узнав, кто в действительности мой отец.

Сэм, расправив спальный мешок, положила его поближе к огню и добавила:

– И вот почему Самире аль Аббас не суждено жить нормальной жизнью.

– Нормальная жизнь, – хмыкнул я. – Мне даже теперь не совсем и ясно, что это такое.

Она вроде как собралась мне что-то ответить, но в последний момент передумала.

– Пора спать, – лишь услышал я от нее.

Воображение вдруг подкинуло мне картинку. Наши с ней предки, средневековые Чейзы и аль Аббасы, расселись в России вокруг костра и обсуждают, как средневековые боги испортили им жизнь, а рядом храпит на звериных шкурах Тор. Итак, предки Сэм тесно связаны с викингами, но не только. Став моей валькирией, она связала себя и с моим семейством.

– Мы все это решим, – пообещал ей я. – Нормальной жизни, конечно, не гарантирую, но стану изо всех сил стараться, чтобы у тебя было все, о чем мечтаешь. Вернулась в сестринство валькирий, вышла замуж за Амира и получила лицензию пилота. Что от меня бы для этого потребовалось?

Она все выслушала с таким видом, будто я вдруг заговорил на иностранном языке, который требовал от нее мысленного перевода каждого из произнесенных мной слов.

– Хочешь сказать, у меня что-то с рожей не так, – хихикнул я. – На ней кровь козла?

– Нет. То есть да, – встряхнулась она. – Конечно же, кровь козла. Но дело даже не в этом. Я просто пытаюсь вспомнить, говорил мне кто-нибудь раньше такие хорошие слова.

– Да ты особенно не расстраивайся. Завтра снова начну обзываться, – спешно снизил я пафос. – Ладно, ложись. Сладких снов.

– Спасибо за пожелание, Магнус, – начала она поудобней устраиваться в своем спальнике. – Но только никаких снов. Не желаю видеть их в Йотунхейме.

Глава LII

Ну, вот и конь, и его зовут Стенли

Тор все еще храпел, как чокнутая дробилка для древесных отходов, когда мы поутру уже были готовы покинуть лагерь. А ведь я и сам проспал очень долго, потому что как взялся за рукоятку Джека, так меня и свалило словно подкошенного. Помню только, как меч, перед тем как я вырубился, прогудел мне полушутливо-полусерьезно, что победить великаншу – это не жук начхал.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org