Пользовательский поиск

Книга Меч Лета. Содержание - Глава XLIII. Начинаем создание металлических водяных птиц

Кол-во голосов: 0

Стоило мне перевести ей это, она посерела, как гном на полуденном солнце.

– Нет! – с яростью замахала она указательным пальцем перед лицом Хэртстоуна. – Категорически нет, и кончено!

– Тогда Блитц умрет, – хмуро показал Хэрт. – Да ты ведь раньше-то делала.

– Что ты делала раньше? О чем он? – не понял я.

– Хэртстоун, ты обещал никому об этом не говорить, – с возмущением посмотрела она на него, а затем повернулась ко мне с таким видом, что было ясно: на свой вопрос я ответа не получу.

– Извините, мне нужно на воздух, – только и бросила она нам, выбегая за дверь квартиры.

– Она что, взбесилась? – уставился я на Хэрта.

Он враз как-то съежился. Было видно, что утратил надежду.

– Ошибка, – ответил он мне скупым жестом, а затем влез в солярий и повернулся лицом к свету.

От его тела на полу возникла волнообразная тень.

Глава XLIII

Начинаем создание металлических водяных птиц

Кеннинг-сквер походила на баскетбольную площадку, ну разве что не было корзин для мяча. Такой вот прямоугольник потрескавшегося асфальта, обнесенный оградой из проволочной сетки. По одну ее сторону тянулся ряд каменных колонн с резьбой, как на тотемных столбах: драконьи головы, многоножки и лица троллей. С другой расположились трибуны, заполненные гномской публикой. А в центре площадки стояли две открытые кузницы с разного вида наковальнями, мехами для раздувания пламени в горне, несколькими крепкими столами и стеллажами, полными множества инструментов, сильно смахивающих на пыточные.

Зрители явно готовились провести здесь много часов. Они притащили с собой еду в корзинках для пикников и даже в портативных холодильниках и пледы. Несколько предприимчивых гномов припарковали с внешней стороны ограды свои фургоны-лавочки с едой. На одной из них с надписью «Сладости Айри ручной работы» красовался логотип: вафельный конус с выглядывающими сверху тремя шариками разноцветного мороженого. Возле другой, с вывеской «Буррито от Бамбурра к завтраку», уже выстроилась очередь из двадцати гномов, и я пожалел, что перед выходом из квартиры Блитца наелся черствыми пончиками.

Появление Блитца на площадке для поединка публика встретила аплодисментами. Впрочем, я не назвал бы их бурными и переходящими в овацию. Сэм с нами не было. Она так вчера и не возвратилась в квартиру Блитцена и здесь пока тоже не появилась, и я не знал, злиться ли мне на нее за это или, наоборот, впасть в тревогу.

Джуниор уже находился на месте и стоял в выжидающей позе, опираясь на свою позолоченную БАБКУ-КОВЫЛЯЛКУ. Два охранника вытянулись с ним рядом. Одежда на всех троих была одинаковая: комбинезоны и кожаные рукавицы.

– Мох уже десять минут как светится, Блитцен, – презрительно объявил старый гном. – Что, голову от подушки пораньше не мог отодрать?

У Блитцена был такой вид, будто он вообще эту ночь не спал. Глаза ввалились и покраснели. Лицо осунулось. А утром еще он извелся, решая, что на себя надеть, и в результате остановил выбор на серых брюках с черными подтяжками, стильной белой рубашке, остроносых черных туфлях и мягкой шляпе с круглой плоской тульей с загнутыми кверху полями. Словом, как бы там ни сложилось с поединком, но первый приз в номинации «самый элегантный кузнец» ему точно был обеспечен.

Он рассеянно огляделся.

– Начнем?

Толпа отреагировала приветственными возгласами. Блитцен направился к кузнице. Следом за ним шел Хэртстоун. После ночи в солярии лицо его приобрело розоватый оттенок, словно кожу ему натерли паприкой. Перед тем как мы вышли из квартиры, он совершил рунный заговор, вселяющий в Блитца бодрость, сосредоточенность и уверенность в своих силах, из-за чего сам в результате изрядно лишился сил и с трудом на чем-либо сосредотачивался. Все же, собравшись, он начал бросать дрова в огонь, а Блитц в это время бродил по кузнице, разглядывая стеллажи с инструментами и корзину с железной рудой.

Джуниор уже развел у себя бурную деятельность, носясь взад-вперед на своих ходунках и покрикивая на телохранителя, от которого требовал подать ему то кусок железа, то мешок с колотыми костями, то еще что-нибудь. Второй секьюрити в это время стоял на страже, кидая бдительные взгляды по сторонам и изо всех сил следя, чтобы какая-нибудь внезапность не помешала работе босса.

Я пытался нести такую же вахту для Блитца, но, полагаю, внушал окружающим куда меньшее опасение, чем накачанный гном в комбинезоне. (Ну да, сравнение с ним самооценку мою абсолютно не поднимало.)

По прошествии часа игравший во мне изначально адреналин полностью выработался и я стал отчетливо понимать, зачем зрители притащили с собой еду, питье и все прочее. Работа руками – спорт весьма медленный. Время от времени, когда Джуниору удавалось с особенной ловкостью ударить молотом по заготовке или в нужный момент охладить раскаленный металл в бочке с водой, трибуна разражалась аплодисментами и одобрительным гулом. Набби и два других судьи постоянно расхаживали между кузницами, делая записи на своих планшетках. Я же топтался на месте с мечом в руках, изо всех сил стараясь не выглядеть идиотом.

Впрочем, как вскоре выяснилось, стоял я не зря. Мне так и осталось неясно, откуда вдруг вылетел дротик, который точнехонько устремился в сторону Блитцена. Прежде чем я хоть что-то сообразил, мой меч, взметнувшись в воздух, вырезал его на лету из неба. Зрители разразились аплодисментами. Был бы им очень признателен, если бы ощущал хоть в какой-то мере свою заслугу.

Некоторое время спустя из задних рядов вдруг вынесся на площадку какой-то внезапный гном.

– Смерть! – завопил он, взмахивая топором и целясь им в Блитца.

Я врезал ему по кумполу рукоятью меча. Гном свалился на землю. Благодарная публика снова вежливо мне похлопала, и двое каких-то гномов из первых рядов уволокли террориста за ноги прочь.

Джуниор деловито выковывал из раскаленного докрасна металла цилиндрическую конструкцию, размером со ствол дробовика. На столе у него уже были сложены какие-то более мелкие детали, которые он, по всей видимости, собирался объединить с той, что делал сейчас. В чем заключалась его задумка, я не догадывался, но работал он быстро и ловко. Как ни странно, БАБКА-КОВЫЛЯЛКА совершенно не замедляла темпа его действий. То есть передвигался-то он в пространстве, конечно, с трудом, но на месте держался вполне уверенно, руки же у него, несмотря на возраст, вполне сохранили крепость и ловкость. Видимо, он успел их здорово накачать, размахивая несколько сотен лет подряд молотом у наковальни.

Блитцен, низко склонясь над рабочим столом, соединял при помощи миниатюрных плоскогубцев со щечками, тонкими как иголки, причудливо выгнутые металлические фрагменты. Хэрт, весь в испарине, стоял рядом, то поднося ему инструменты, то раздувая мехами пламя в кузнечном горне.

Я старался изо всех сил отогнать от себя тревогу и по поводу абсолютно измученного вида Хэрта, и из-за того, что Сэм по-прежнему так и не появилась, и, конечно же, из-за Блитцена, который, похоже, уже рыдал над своим проектом, и инструменты уже несколько раз падали у него из рук.

– Десять минут до первого перерыва! – громким голосом возвестил Набби.

Блитцен, всхлипнув, прикрепил очередной кусочек металла к уже оформившейся конструкции, которая теперь походила на утку. Причем большая часть зрителей следила не за его работой, а за кузницей Джуниора, который, пристроив к своему цилиндру другие детали, проковылял к горну и принялся нагревать все сооружение. Наконец оно заалело. Старый гном, осторожно придерживая его щипцами, опустил на наковальню и занес для удара молот.

Мгновением позже что-то пошло не так. Джуниор взвыл. Молот, еще не дошедший до цели, свернул резко вбок. От удара цилиндр расплющился, пристроенные к нему детали веером разлетелись в разные стороны. Джуниор, бросив молот, прижал ладони к лицу и попятился на подкашивающихся без БАБКИ-КОВЫЛЯЛКИ ногах.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org