Пользовательский поиск

Книга Позолоченные латунные кости. Содержание - 70

Кол-во голосов: 0

— Я обговорю это со Старыми Костями, когда тот проснется. У меня есть к тебе кое-какие вопросы.

— Сперва высморкайся. Твое сопение отвратительно.

Я позаботился об этом и, кроме того, выкашлял немного дряни.

— Кто-нибудь выследил, откуда на том складе взялись гигантские бутыли и стеклянные чаны?

— Насколько я знаю, нет. Директор и Стража не держат меня в курсе событий. Я не подумала спросить об этом у генерала, когда он был тут в прошлый раз. Кстати, о генерале — он опаздывает. А никто, кроме него, не говорит мне ничего полезного. В том числе твоя новая партнерша по борьбе.

— Ты делаешь скоропалительные выводы. Что выудил Старые Кости из злодеев, которых одолжил нам Блок?

— Официально он не сказал. Неофициально — то, что я и ожидала. Ничего, чего бы мы уже не знали. Они торчали на улице, ожидая, кто же их наймет.

— Кто-нибудь из них выяснил что-нибудь полезное?

— Пока нет. Можно было ожидать, что похитителей трупов наконец-то найдут, ан нет. Тебе скучно? Я здесь не для того, чтобы тебя развлекать. Меня ждет работа.

— Ерунда.

Я подозревал, что она раздражается оттого, что тело ее недовольно — ведь во время течки она ни с кем успешно не спарилась.

— У меня есть еще один вопрос. Самый важный. Но я не могу его вспомнить. Подожди! Вот он. Старые Кости заставил меня на днях гоняться за Релвеем, чтобы рассказать ему о людях, наблюдающих за нашим домом. Релвей потрудился сообщить нам, кто они такие?

— Официально — нет.

— А неофициально?

— Генерала Блока проинформировали, что люди эти принадлежали к личной охране королевской семьи. К Дворцовой Охране. Он не очень-то поверил, полагая, что на самом деле они из частной полиции с Холма.

Любой из этих вариантов мог лишить покоя. Я не хотел привлекать внимания ни дворца, ни Холма.

— Плохо.

— Но, может быть, это доказательство того, что могущественные люди серьезно относятся к сложившейся ситуации.

Я начал было что-то говорить.

— Если все, что ты можешь делать, — это болтать, отведи женщин обратно наверх или напугай Пенни. А я занята.

— Эх, ты стала такой скучной.

— Это твоя вина. Вон!

70

Я был тем, кто смеется последним.

Кто-то пустил в ход дверную колотушку, когда я вышел из кабинета Синдж. Я заглянул в глазок и увидел, что на меня смотрит свирепый зеленый глаз. Я открыл дверь.

— Кайра.

— Я привела кое-каких людей, чтобы ты с ними поговорил. А пока будешь с ними говорить, можешь сломать вот этому за меня ногу.

Она мертвой хваткой сжимала руку Кипа Проуза. Кип был как будто прикован невидимой цепью к Кеванс Алгарда. Кеванс выглядела так, словно ей хотелось драться, но она не знала, кого стукнуть в первую очередь. Кип казался ошеломленным — такой вид бывает у мужчин, когда они попадают в лапы к решительно настроенной женщине из семьи Тейтов.

— Да, я вижу, что привела. И я приятно удивлен. Как поживаешь, Кип? Мы теперь редко видимся на фабрике. А вы, мисс?

Я не упомянул о матери Кеванс и о том, как Страфа беспокоится о дочери. Не было смысла подливать керосин в костер драмы.

— Вообще-то, ребята, нет необходимости в замысловатых головных уборах. Его милость в отрубе с прошлой ночи. Но если это заставляет вас чувствовать себя удобнее, не снимайте их. Пойдемте в кабинет Синдж.

Синдж приветствовала мое возвращение кровожадным взглядом. Кровожадность ее испарилась, как только она увидела молодняк. Она встала.

— Я скажу Дину, что у нас еще гости. Гаррет, мне позаботиться о том, чтобы остальные вас не побеспокоили?

— Да, тогда эти трое почувствовали бы себя гораздо уютнее.

— Я рассказала им о происходящем и что твой дом смахивает на психушку, — сказала Кайра.

— Теперь тут уже лучше. Сегодня у нас всего шесть или семь лишних личностей.

Одна из этих личностей, Пенни, появилась с чаем и горой печенья, которое всегда выдавал Дин, когда нас посещали молодые люди. Печенья, которое я никогда не мог найти, когда хотел сам стащить одну-три штучки.

Пенни вежливо улыбнулась Кипу и Кеванс и кинула куда более теплый взгляд на Кайру. Когда Пенни ушла, Кайра обратилась ко мне:

— Вот за кем ты должен гоняться, Гаррет. Она спокойная, послушная и достаточно юная, чтобы ты как следует ее натренировал.

— Я некоторое время обожду. По крайней мере, до тех пор, пока она не перестанет мочиться со страху всякий раз, когда я бросаю на нее взгляд.

Кип не был в настроении для светского общения. Ему не нравилось, когда ему мешала реальная жизнь.

— Кайра сказала, что нам нужно кое о чем поговорить.

— Да. Особенно это касается Кеванс. Вы слышали какие-нибудь толки о тех странных вещах, которые сейчас происходят?

— В Танфере? — переспросил Кип. — Да ты шутишь.

Но он говорил без особого пыла, и они вместе с Кеванс дружно кивнули.

— Наверное, до вас дошли неверные слухи. Кроме как от Кайры, которая тут была.

Кип и Кеванс снова кивнули. Они нервничали, но я не ощущал в их поведении ни вины, ни желания защититься.

— Происходили плохие вещи. Люди пытались это скрыть. Другие подавали фальшивые рапорты. Спустя несколько дней все может пойти совсем скверно.

Я рассказал им почти все, приуменьшив роль, которую играла Виндвокер. Кеванс не выказала никаких особенных эмоций, когда я упомянул ее мать.

Спустя несколько мгновений после ухода Пенни вернулась Синдж и взяла записки.

Снова пришла Пенни и встала в дверном проеме. Она делала это не крадучись, поэтому не то чтобы подслушивала.

— Пенни, не могла бы ты принести свои наброски и портрет, нарисованный Птицей? Пожалуйста.

— Это ужасное дело, Гаррет, — сказал Кип. — Кайра могла бы хоть как-то это подсластить.

— Она — удивительная девушка, Кип.

— Знаю. Мне очень трудно поверить, что она — не странствующий без присмотра лучик моего воображения.

Кайра была довольна. В отличие от Кеванс, хотя их с Кайрой трудно было назвать романтическими соперницами. Кеванс и Кип боролись за то, чтобы воздвигнуть прекраснейшие редкие взаимоотношения между девушкой и парнем, когда парень и девушка всего лишь добрые друзья.

Я запоздало заметил, что на Кеванс женская одежда. Раньше она всегда одевалась как мальчик. Как девушка она хорошо выглядела, но далеко не так хорошо, как злая женщина в черной коже.

Пенни принесла наброски и картину. Синдж держала картину, подняв ее вверх, пока Пенни перебирала собственные работы.

— Кто-нибудь кого-нибудь узнает? — спросил я.

— Моя мать все еще здесь? — ответила вопросом на вопрос Кеванс.

Я посмотрел на Кайру. Та выказала вежливый, но неискренний интерес. Потом я обратился к Синдж:

— Мисс Пулар, Виндвокер все еще с нами?

Синдж ответила зверским крысиным взглядом.

— Может быть. Трудно сказать наверняка. Она все время то влетает в верхние окна, то выпархивает из них.

— А почему ты спрашиваешь, Кеванс? — поинтересовался я.

— Да просто думала — видела ли она эти картинки.

— Не знаю. Она видела, Синдж?

У Синдж появился шанс проявить смертельное коварство. Она не воспользовалась им, ответив:

— Вероятно, нет. Она не ходит в комнату Покойника.

Пенни согласилась с Синдж, хотя все мы трое знали, что Виндвокер видела картины.

Я заметил: Кайра занимается прикидками, основанными на том факте, что Пенни Ужас переехала в гостевую комнату, в то время как Неистовый Прилив Света тоже все еще в этом доме.

Я сосредоточил внимание на Кеванс.

Кайра не позволила сложному уравнению повлиять на свое поведение.

Синдж заметила, куда я смотрю. Она бы ухмыльнулась и издевательски улыбнулась, если бы природа дозволяла крысолюдям такую мимику. Но она заметила:

— Жизнь с каждым днем становится все сложнее, не так ли?

Кип и Кеванс решили, что замечание адресовано им.

— Мы с Кипом просто друзья, — объявила Кеванс. — Мы побуждаем друг друга думать. И больше между нами ничего нет. Правда.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org