Пользовательский поиск

Книга Ричард Длинные Руки – сеньор. Содержание - Глава 3

Кол-во голосов: 0

— Вот что, не мое дело вмешиваться в устоявшийся экологический баланс этого замка! Могут быть самые необратимые последствия, как говорят депутаты… Ну, это такие маги… якобы. Прибью тебя, а вдруг домовые так расплодятся, что на голову полезут?.. Нет уж, быть тебе прежним санитаром леса… тьфу, замка.

Она ничего не поняла, но когда я, кивнув призраку, сделал к нему шаг, она вскрикнула пораженно:

— Господин?

Я обернулся:

— Чего тебе, дщерь?

— Господин… ты меня не убьешь?

— Да ведь пост сегодня, — ответил я. — До первой звезды нельзя. Я имею в виду, до первой упавшей мне на грудь.

Она сказала тихо:

— Тогда скажи, когда мне умереть.

Произнесла так просто, что я сразу поверил, у меня теперь власть над ней, раз уж сумел одолеть.

— Постарайся не помереть, — ответил я строго. — Ты отныне отвечаешь, чтобы в подземельях все было в порядке!.. Поняла? Исполняй.

Открывая дверь, услышал сзади потрясенный полувскрик-полушепот:

— Господин… кто вы?

Я улыбнулся ей с самым заговорщицким видом, подмигнул и закрыл за собой. Самое умное, кстати, что мог сделать, ибо ответь на такой вопрос, ответил бы и на все жгучие вопросы мироздания. А то все эти мыслящие тростники, петухи без перьев и белковые формы мыслящей материи — ни в дыру, ни в Красную армию.

Глава 3

Воздух становился плотнее, я чуть ли не плыл в нем, как в теплой воде, я уже начал было подумывать, что хрен с ним, призраком, старость, конечно, уважать надо, но не чересчур, мой дед очень хотел, чтобы я стал плотником, а потом смог бы выучиться на столяра, так что ж, из уважения к его старости бросить на фиг свою аспиранторию?

— Дорогой сэр, — сказал я как можно почтительнее, — наше путешествие затянулось. На хрен мне… ох, что-то я чересчур часто говорю это слово, это я так нервничаю, вы же знаете, когда мужчины трусят, они, как рыбы и ящерицы, вздыбливают все перья, чтобы других пугануть… Человек без перьев прямо как жаба, потому он вот так дыбится словами…

Я начал замедлять шаг, давая призраку понять, что вот-вот повернусь и пойду, но он не оглядывался, ускорял полет, я видел далеко впереди светящийся силуэт, что уменьшался, потом застыл, поджидая.

— Щас я тебе все скажу, — пообещал я мрачно. — Хотя, конечно, сам дурак, но кто из нас признается в своей дурости?

Призрак висел в воздухе напротив двери. Это первая и единственная дверь, что я увидел здесь внизу, но не ожил, сердце, напротив, упало. Еще куда-то идти?

Призрак настойчиво показал мне на массивную рукоять в виде изогнутой дугой змеи. Вздохнув, я взялся, холод ожег пальцы. Дверь отворилась неожиданно легко и без скрипа. Я застыл, за дверью расстилается бесконечная равнина, ночь, льется мягкий лунный свет. Звезд немного, абсолютная тишина, бесконечность, а в полумиле от нас небольшой холм, на холме высится на черном коне всадник. Тоже весь в черном. Я бы не вычленил его из черной ночи, если бы лунный свет не высвечивал его беспощадно ярко, с той интенсивностью, что голова и плечи словно горят в огне. Он сидит сгорбившись, смотрит в нашу сторону. Ничего не делает, не двигается, только смотрит. Лишь однажды конь взмахнул хвостом, отгоняя слепней, но всадник не пошевелился. В его позе обреченность, покорность судьбе, но в то же время мощь, внутренняя сила.

Я зябко передернул плечами.

— И что?

Призрак указал на всадника. Я настолько отупел от всего пережитого, что бездумно шагнул в этот новый мир… и меня мягко отпихнуло обратно. Впечатление было такое, будто наткнулся на стену из плотной резины. Чуть воспрянув духом, я сделал вторую попытку, третью, вздохнул с облегчением и с чувством выполненного долга повернулся к призраку.

Он смотрел с отчаянием, лицо непрерывно менялось, руки двигались, как у преподавателя школы для глухонемых. Я смотрел тупенько, шаркал ножкой и разводил руками. Ноу андастенд, них фэрштейн, ни фига не врубаюсь, давай, дядя, выводи обратно, я сделал все, что смог, а сделал, признай, немало…

Призрак наконец перестал двигать руками, лицо омрачилось, но вместе с тем снова стало волевым, собранным. Я видел, как он смотрит прицельно, это не понравилось, так смотрел на меня тренер, прикидывая, что можно выжать еще из этой паршивой овцы.

— Домой, — сказал я, — обратно!.. Я ж не призрак, мне спать и есть надо. И так уже спрашивают, почему у меня глаза красные и спина поцарапанная… Только веди не как Моисей, что сорок лет водил по подземельям, Иван Сусанин со своими евреями за пару дней управился…

Утром, понятно, сэр Зигфрид первым бесцеремонно осведомился, почему у меня глаза красные и спина наверняка поцарапанная, потом сэр Сигизмунд посмотрел пристально, но не спросил, почему у меня глаза красные и спина, наверное, поцарапанная, а когда я вышел к завтраку, за столом молча присматривался Гунтер, на лбу его я видел крупные пиктограммы в виде морщин: а почему у вас, сэр Ричард, глаза красные и спина поцарапанная?

Я пробурчал:

— Гунтер, хочешь, чтобы тебя всегда правильно понимали … ничего не говори. Или ответь, что такое — недоперепил?

Он вытаращил глаза, сказал нерешительно:

— С этим… лучше к сэру Зигфриду…

Зигфрид вытаращил глаза:

— Это чтоб я да недоперепил? Ты мне смотри! Слово не воробей, так просто не отмоешься. Сэр Ричард, надо бы послать человека по соседним замкам, сообщить, что хозяин сменился.

— Зачем?

— А кто его знает… Но так делается. Принято.

Я прожевал хлеб с сыром, за это время продумал что и как, ответил:

— Кому не надо, тот уже знает. Пусть оружейники поторопятся с луками. Но ты прав, я сам нанесу визит одному… одной соседке.

Они переглянулись, лица вытянулись, Сигизмунд возразил первым:

— Это волшебнице? Сэр Ричард, она вас в лягушку!

— Лишь бы не в кабана, — ответил я. — Уллису кабаном не понравилось… почему-то. Заканчивайте завтрак без меня, я пойду проверю одну мыслю, пока решимость не пропала.

Взбежал на третий этаж, в комнате, которую обозвал пунктом связи, все то же резное кресло, красиво изогнутые подлокотники, высокая спинка, созданная высокооплачиваемыми дизайнерами. Зашел с осторожностью, сел, посидел так, стараясь привыкнуть к абсурдности ситуации. В прошлый раз не особенно присматривался, чересчур прибабахнутый необычностью, но сейчас вижу, что-то здесь не так, что-то сильно нарушено, смещено, сдвинуто. Нам привычно, что на старинных пищалях фигуры единорогов, львов и прочих чудовищ, на щитах — замки, а доспехи вообще украшены уже на стадии литья затейливыми барельефами с мордами медведей, львов и драконов, ни одного клочка свободного пространства, чтобы без затейливого барельефа, но дико такое представить на стволе современной пушки, на броне танка или бронетранспортера, на современном шлеме десантника.

Здесь же ощущение, что высокотехничное оборудование попало в руки рыцарей короля Артура, что на самом деле были далеко не рыцарями, они так и пишутся везде: knights, что нам знакомо по слову «кнехт», а это всего лишь дядя с оружием, но никак не рыцарь, так вот эти дяди почти всю высокую технологию просто изломали, остальное сожгли, а что каким-то чудом уцелело и даже продолжает как-то работать, то восхищенные мастеровые украсили этими самыми единорогами, мордами львов и гарпий. Видать, чтобы еще лучше работало.

Я огляделся, даже принюхался в поисках пятен засохшей крови. Вполне могли приносить перед каждым сеансом связи в жертву девственницу, недаром же у Галантлара такая мрачная слава, но помещение на диво чистое, на гвоздях не висят бубны шаманов, пучки засушенных лягушек, обязательные ветви омелы, как же без нее…

Со вздохом откинулся на спинку. Ничего не произошло, но я всеми фибрами существа из мира высоких технологий ощутил, как где-то замкнулись не видимые мне контакты, заработал квантовый суперкомп, а через добрые секунд двадцать в трех шагах впереди на том же месте высветился столб света. В диаметре не больше чем метр, уходит к потолку и рассеивается там, не достигая самую малость.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org