Пользовательский поиск

Книга Тиэль: изгнанная и невыносимая. Содержание - Глава 6. Прогулка во тьме

Кол-во голосов: 3

– Так ты все-таки спускался с катакомбы? – уронила вопрос Тиэль.

– Бывало пару раз, пришлось отсидеться час-другой у самого входа. Когда за твоей головой охота по пятам идет, рискнуть можно. Ни пауков, ни призраков, о которых детишки талдычили, по счастью, не встретил. Но неуютно там, холодно, и страх волнами сердце морозит. Темнота кругом, а все одно кажется – темнее темноты тени по стенам пляшут.

– Звучит обнадеживающе, – вздохнула эльфийка. А Гулд, от которой призрак намеренно не стал скрывать свои речи об опасностях катакомб, робко спросила:

– Лейдин, может, зайдем в лавку, я сынка позову на подмогу?

– Ни к чему. Сама говорила, твой сын не маг и не воин, истребителем чудовищ отродясь не был. Случись чего, семья без добытчика останется, – отмахнулась Тиэль, не веря в силу торгаша, которому бы вместо матери сейчас следовало носиться по городу и искать старшего сына. Но нет, не пошел, то ли не верил в опасность, то ли банально трусил и надеялся на чудо. Есть такая категория живых, с которыми чудеса случаются, а есть иная – те самые живые, которые эти самые чудеса «случают».

Грубое нагромождение каменных плит, подобное кургану или хижине, неловко сложенной великаном, – вот таким был один из самых старых храмов Илта, совсем не похожий на основательно-добротные творения в стиле Карулда – бога воинов и покровителя земли или изящно-невесомое великолепие церквей Альдины – богини эфира, покровительницы магии и красоты. Так же «курган» Илта не напоминал и причудливый, с множеством шпилей храм Феавилла Вдохновителя, повелителя ветров и покровителя искусств. А уж сравнивать этот могильник с яркими шатрами Фрикла – торгаша и актера, непостоянного и опасного, как сам огонь, или текуче-плавными обводами храмов Инеаллы Животворящей, повелительницы воды, и вовсе никому бы в голову не пришло. Пожалуй, своей нарочитой простотой и мрачностью обитель Илта немного напоминала храмы Великой Матери шести богов, с той лишь разницей, что в скромной и тихой обители ее никогда и никто не чувствовал себя одиноким, ибо дитя, любое дитя всегда желанно и любимо истинной матерью.

Трое прошли в темное преддверие храма повелителя Последнего Предела. Вход охраняли статуи трех спутников-теней, полулюдей-полузверей. В пасти каждой скульптуры имелась прорезь для сбора пожертвований. Тиэль мысленно задалась вопросом, часто ли Илт видит хоть монетку. Чтобы сунуть руку в пасти спутников, выполненных с удивительным искусством явно не дружившим с головой скульптором, от последователя бога требовалось немалое мужество. Казалось, статуи вовсе не статуи, а сами спутники, замершие в ожидании жертвы, готовые сомкнуть свои клыки на длани неосторожного глупца и поволочь прочь.

Почему-то Тиэль чуть-чуть пожалела Илта, недополучающего свое из-за неправильного оформления входа и трех зверослуг. Порывшись в прихваченном кошеле, эльфийка кинула по серебряной монетке в пасть каждому голодному спутнику. Ей показалось это правильным.

Лаз в катакомбы закономерно находился под широким плащом Проводника в Последние Пределы. Эта статуя стояла замыкающей и ни пасти, ни внятного лика не имела. Лишь расплывчато-антропоморфные очертания фигуры под развевающимся от постоянного ветра одеянием с глубоким капюшоном. Сотворить такое в камне смог бы лишь истинный мастер, гений на грани безумия, вдоволь потренировавшийся на спутниках-тенях.

Было тихо, сюда редко заглядывали любопытные, а служители храма никогда не показывались на глаза посетителям, если их не призывали. Все-таки зачастую приходившие к Илту предпочитали провести время в храме наедине с божественным присутствием и собственными мыслями о последнем прощании. За ненавязчивость жрецов повелителя Последнего Предела заслуженно уважали. К чему спешка и лишняя суета? Они, как и их бог, рано или поздно все равно получали свое. Ведь последний путь, как и рождение, случался в жизни каждого. Сейчас храм пустовал. За прощанием и прощением с уходящими к Пределу традиционно приходили на вечерней заре.

Гулд, как и было условлено, осталась ждать у лаза. Плотная повариха все равно не смогла бы пролезть в узкую щель даже ради любимого внука. Тиэль и призрак графа проскользнули внутрь с легкостью и сошли во тьму, куда более плотную, чем сумрак храма, нарочито скверно освещенного редкими лампадами. Язычки пламени в них больше походили на чьи-то сверкающие во тьме глаза, чем на свет. Возможно, к дизайну лампад приложил руку тот же безумец, изваявший статуи.

Узкая лестница между каменных стен со странными ступеньками разной высоты – истинное испытание для ног. Почти сразу Адрис выругался сквозь зубы и сказал:

– Не зря тут жрецы три века молились. Не знаю, как тут раньше было, но и сейчас чую – стоит отойти от тебя на пять мер, утянет меня по пути к Последнему Пределу, не дожидаясь явления спутников-теней и не спросив напоследок о завещании.

– Значит, не отходи далеко, – согласилась Тиэль, не показывая всей глубины разочарования. Шансы выяснить силами призрачной разведки, куда запропал мальчик, а самой обождать результата в сторонке сошли на нет.

Глава 6

Прогулка во тьме

Прохладная тьма обняла незваных гостей катакомб. Если на уровне головы и торса Тиэль острым эльфийским зрением еще могла что-то разглядеть, то ниже колен мрак становился густым и плотным, как ночная река поздней осенью, и, кажется, столь же холодным. Куда бы ни ушел малыш-гоблин, если он вообще спускался в катакомбы, он прошел куда больше трех шагов на спор. Зачем? Поманил ли его призрак тайны и богатств подземелья, или просто Шим решил показать великую храбрость друзьям, Тиэль не знала. Ответ нашел Адрис, для которого в подземелье было почти светло.

– Тут немного крови на второй ступеньке. Похоже, пацан оступился впотьмах и кубарем вниз скатился, – поделился соображениями дух и спросил: – Идем искать?

Вместо ответа Тиэль достала из сумочки маленький шарик-светлячок, зажгла его прикосновением. Осмотрела пятнышки крови на камнях и спустилась еще на одну ступеньку ниже, потом еще на одну и еще… Лестница кончилась маленьким круглым залом с низким потолком, затянутым плотным серым покрывалом, чуть колышущимся от легкого сквозняка.

– Вот и ответ, почему заброшены катакомбы и куда запропал Шим, – мрачно констатировал граф и объяснил недоумевающей спутнице: – Шеилд – гигантские ядовитые пауки Кавилана, живущие лишь в подземельях и никогда, даже ночью, не выходящие наружу. Жрецы отсюда ушли, а вот их ручные зверушки остались и, думается мне, малость одичали без пригляда.

Тиэль поежилась. Мелкие и даже крупные пауки Дивнолесья, усердные труженики-ткачи, в чьих кружевах сверкали капли росы и танцевали радуги, нравились эльфийке, как и любое животное. Но местные восьмилапые… Почему-то она чувствовала, что безобидными немного крупноватыми милашками они не окажутся. Тем не менее, внимательно оглядев гигантскую паутину, эльфийка решилась.

– Пройдем немного вперед, порванных нитей нет. Возможно, Шиму повезло не угодить в сеть и мальчик всего-навсего заблудился.

– К «заблудиться в подземелье Илта» слово «всего-навсего» мало подходит, – хмыкнул Адрис.

– Все относительно, – повела плечом эльфийка.

Очень осторожно она двинулась к переходу в соседний зал, прислушиваясь к каждому шороху и звуку. Хорошенькие ушки подергивались. Когда светлячок озарил зал – увеличенную копию предыдущего, со старинными барельефами на тему испытаний души, Проводника и трех его спутников-теней, первым желанием Тиэль было кинуться прочь, не разбирая дороги. И вовсе не из-за впечатлений от работ безымянного мастера, выглядевших творением рук еще большего безумца, нежели скульптуры храма.

Мощная волна безотчетно-инстинктивной паники затопила сознание при виде громадного тела в нижнем углу зала. Оно висело, расставив когтистые мохнатые лапы в толстых жгутах паутины. Лишь через три заполошных удара сердца Тиэль осознала главное: нити под пауком не дрожали в напряжении и не провисали так, как должны были. Шеилд в зале не было, осталась лишь шкура, сброшенная гигантским, в две трети человеческого роста созданием после линьки.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org