Пользовательский поиск

Книга Видящий. Лестница в небо. Содержание - ГЛАВА 12

Кол-во голосов: 0

Помочь отцу было уже нельзя, это было очевидно с первого взгляда. Мать еще тормошила, пыталась вливать в остывающее тело жизнь, плача и крича, чтобы ей кто-нибудь помог, а Павел подошел к телу жены. Убийца меньше чем на минуту пережила несостоявшегося палача: удар виском о выступ на стене стал для истощенной женщины фатальным.

Ворвавшийся в кабинет начальник охраны прервал всеобщее оцепенение. В единый миг оценив обстановку, он запер двери, а двух незадачливых охранников, стоявших на коленях у тела князя, оглушил со спины. После чего уставился на Павла Александровича преданным взором:

— Какие будут указания?

Дальнейшее запомнилось Павлу урывками.

Вот он усыпляет мать и относит ее в личные покои, доверенная служанка из тех, что проверены-перепроверены, кивает в знак того, что позаботится о хозяйке.

Вот он усаживает остывающее тело отца в кресло вертолета, зачем-то стараясь, чтобы тому было удобно. Переодетое и избавленное от браслетов с блокираторами тело Елизаветы на площадку принес Упилков, он же зафиксировал его в салоне — касаться мертвой жены Павел физически не мог: начинало трясти.

Один из охранников имел корочки пилота вертолета и даже изредка использовался в этом качестве, что окончательно решило его судьбу. Второго устроили в салоне. Не желая парням дополнительных мучений, Павел лично остановил сердца обоих.

Вот начальник СБ приводит на площадку еще двоих ни о чем не подозревающих подчиненных — они тоже составляют последний эскорт мертвому главе.

Когда и как Упилков переоделся в личный доспех и сел за штурвал, Павел уже не помнил. Зато зачем-то еще некоторое время стоял у ограды, махая рукой вслед улетевшему вертолету. Потом кто-то, вроде бы его же собственный слуга, завел в дом, избавил от одежды, испачканной кровью отца, и отправил в спасительный сон.

Спектакль удался, позор не вышел за пределы дома. Следственная бригада была своя же, и против Упилкова пикнуть не смела. Император, появившийся на прощании, за закрытыми дверями долго уточнял обстоятельства, гоняя Павла по одним и тем же вопросам, но в итоге дал согласие утвердить его главой. Условия были даже более лояльные, чем давались отцу: по крайней мере, квоту на алексиум император обещал оставить в прежних размерах. Он же благосклонно отмежевал детей Павла от Гордеевых, дав понять, что за грехи матери с них не спросят.

А пока приходилось кивать, благодарить и мечтать о моменте, когда можно будет скинуть траурный костюм и остаться в одиночестве.

ГЛАВА 12

На похороны, несмотря на внутреннее неприятие, я сходил. Потолкался среди народа, послушал речи, плач, перебросился парой слов со знакомыми, которыми постепенно оброс. Еще повстречал кучу одноклассников и соучеников из параллельных потоков, пришедших с родителями, но к тому же Сереге пробиваться не стал — он, в отличие от нас, вместе с семьей держался в ВИП-тусовке. Пожалуй, именно здесь я впервые оценил, в какой круг стал вхож: простых людей на похоронах хватало, но если между титулованными и простыми прослеживалась незримая черта, то между клановыми и остальными зияла пропасть.

Особой печали не заметил (не только за собой), но тоску кладбищенская атмосфера навеяла. И вроде бы не первое такое мероприятие с абсолютно неприятными мне лицами в главных ролях, а все равно как испачкался, лучше бы был честным с собой и не пошел. Смылся, как только стало возможно без потери лица. А потом на достаточно долгое время выкинул Потемкиных и иже с ними из головы, потому что наступала беда пострашнее — сессия.

Гимназическая система обучения напоминала скорее вузовскую, чем школьную, и по итогам зимнего контроля знаний можно было запросто вылететь. Отодвинув почти все дела, засели с Черным за учебники. Борис-то еще часто выезжал на старых знаниях, на его домашнем обучении Лев Романович не экономил, а вот для меня открывалось много нового. Выученное ранее в объеме школьной программы здесь не котировалось от слова совсем: считалось, что это мы знаем по определению. На той же истории, которую вел классный наставник, мы каждый конфликт разбирали со всех сторон, выясняя, кто и что получил в результате, давая оценку действиям противоборствующих сторон. На основах права могли опять-таки вернуться к пройденному материалу, но рассмотреть уже в ином ключе. Точные науки давались в прикладном варианте, что было по-своему интересно, но сложно. Отдыхал только на нелюбимой ранее литературе — читать я любил, а уж порассуждать на отвлеченные темы для взрослого сознания не составляло труда. Так что литераторша была единственным учителем, который неожиданно выставил мне «автомат» по своему предмету. От остальных, помнящих мои прогулы, так легко отделаться не удалось. Но в итоге вытянул все на «хорошо» и «отлично», в троечники не скатился. Борис сдался чуть получше, но тоже к концу года напоминал выжатый лимон.

Единственное, для чего сделал исключение в марафоне непрерывной учебы и сдачи «хвостов» и экзаменов — это для поисков грамотного китаеведа.

Я нормальный мужчина и, разумеется, в глубине души считаю себя неотразимым мачо. Но при этом я еще и старый циник, который отлично понимает, что умения у меня по этой части весьма среднестатистические, размеры тоже. Зеркало отражает симпатичного мальчишку, но именно что мальчишку — еще угловатого и непомерно длинного. Со временем заматерею и стану выглядеть вполне приемлемо — пример отца подтверждает, но до этого еще лет пять как минимум. Мысль о том, что «нефритовые» девушки-аристократки за неполный месяц общения разглядели мой «невероятно богатый духовный мир», смешна изначально, а в свете языкового барьера — просто абсурдна.

Так что вопрос, что нашли во мне три двадцатипятилетние красавицы, весьма занимателен. И как с этим связаны цепочки-браслеты. И чем это мне в будущем грозит.

Но при всех опасениях отказаться от того, что предлагали сестрички, я был не в силах. Подкатывать к одноклассницам можно было только с серьезными намерениями. Ходить по веселым домам — брезгливо. Искать себе содержанку — задумывался я над этим, но воплотить в жизнь не успел. А теперь вроде как и незачем. Но при этом все время ощущал, что это не я, а меня… А это, знаете ли… неприятное чувство.

Первые знакомства на кафедрах востоковедения (и близких к ним) завел не напрягаясь, но дальше забуксовал. Дело было не в деньгах или нежелании помочь, а в каких-то особых тонкостях, которыми опрашиваемые мною люди не владели. Зато надыбал адресок специалиста, который, точнее — которая считалась признанным авторитетом в этой среде. Вот только беда — мадам была стара, уже несколько лет вела затворнический образ жизни и не торопилась отвечать на мои письма и звонки. Ученые степени и всемирное признание имел ее покойный муж, но, со слов знающих людей, компетентна вдова была ничуть не хуже, а может, и лучше усопшего супруга.

Заинтересовать даму ничем, кроме собственной истории, я не мог, а поскольку ни в деньгах, ни в услугах она не нуждалась — стал искать людей, которые могли бы на нее вывести. И опять в который раз убедился, что никакие знакомства лишними не бывают.

После Нового года, как и обещал, приехал Лев Романович. На семейные посиделки отца с сыновьями меня не звали, да я и сам не рвался, наслаждаясь первыми днями каникул.

Наступление заветной полуночи отметили дома в своем узком кругу, жаль только без Олега — была его очередь сопровождать груз. Спокойствие и уют быстро надоели, так что, дождавшись двенадцатого удара, отправились в город. Погуляв с толпами таких же празднующих, каким-то волшебным образом очутились в общаге Ваниной академии. Он сам хоть там и не жил, но друзей-приятелей имел много. Гуляющая студенческая братва вовлекла нас в безудержное веселье, так что к утру мы потеряли друг друга из виду, осев в разных компаниях. День отсыпались, хотя я еще успел огородами сбегать к маме с подарком. Митьку ждали примерно пятого-шестого, как раз к Рождеству, так что особо засиживаться не стал, да ей и некогда было — как самую молодую, ее взяли в оборот и поставили в самые неудобные смены. Что поделать, это армия, а значит — дедовщина. Второго сходили с визитами к знакомым, обменялись символическими подарками, а третье января, отправив Борьку к отцу, я посвятил лени…

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org