Пользовательский поиск

Книга Волчье время. Страница 198

Кол-во голосов: 0

Крикс против воли улыбнулся, хотя в душе он был уверен в том, что коадъютор ошибается. То есть, вполне возможно, Римкин в самом деле ненавидел всех аристократов скопом, но дан-Энрикса он, несомненно, выделял в отдельную графу.

* * *

Несмотря на поздний час, людей на улицах толпилось столько, что, как говорится, яблоку некуда было упасть. Известный на всю Адель трактир «Веселая вдова» был переполнен посетителями, как на годовщину коронации. Счастливчики, сумевшие протиснуться в трактир, пристраивались со стаканами или пивными кружками даже на подоконниках второго этажа. Через распахнутые настежь окна лился свет и доносились звуки скрипок, но смотревший на трактир с балкона ратуши Юлиус Хорн сильно сомневался, что в подобной давке можно танцевать.

— Хозяин! Эй, хозяин! Позовите мне трактирщика! — кричал высокий, хорошо одетый человек, торжественно воздев над головой туго набитый кошелек. Пару минут спустя трактирщик в самом деле показался на пороге. — Прикажи вынести вина!.. Плачу за всех, кто пьет за Эвеллира!

Толпа ответила на это заявление апполодисментами и хохотом.

— Выкатывайте бочки!

— Ein dan-EnriГлава X!

Юлиус на мгновение прикрыл глаза. Картины, мелькавшие у советника перед глазами, не имели ничего общего с праздничным возбуждением людей, собравшихся внизу.

Дан-Энрикс…

«Распрягайте лошадей!». Зеленые глаза в прорези маски. Хмельной, веселый, дерзкий взгляд — взгляд человека, убежденного в собственной безнаказанности и привыкшего считать, что ему все позволено.

— Вы только посмотрите на этих людей, — в голосе опирающегося на баллюстраду Римкина звучало нескрываемое отвращение. — Готов поспорить, они все уже забыли, кто элвиенист, кто унитарий. Теперь у них один бог — дан-Энрикс.

Юлиус Хорн повел плечом.

— Что вы хотите, — сухо сказал он. — Толпа обожает все блестящее и необычное. Сегодня он ее герой. Что может поразить воображение людей сильнее, чем история о воскрешении из мертвых?.. Само собой, они будут ходить за ним, разинув рот, и ожидать других чудес. По крайней мере, поначалу.

Римкин стиснул зубы.

— Вся эта история с «убийством» Кэлринна — что-то неслыханное. Я всегда считал, что Ирем — исключительно амбициозный и опасный человек. Ему наплевать на справедливость и закон, он служит исключительно себе и собственному самолюбию. Но, Альды мне свидетели, такого я не ожидал даже от него.

— Лорд Ирем — практик. Думаю, он полагает, что любые средства хороши, чтобы восстановить авторитет Династии. Признайте, что провозгласить Крикса Эвеллиром — это сильный ход. Хотя, конечно, чересчур рискованный.

— С такими дураками?.. — Римкин дернул подбородком в сторону людей, столпившихся у винных бочек и передававших из рук в руки мокрые стаканы. — В чем тут риск?

Хорн усмехнулся.

— С чудесами — как с люцером… Стоит людям один раз поверить в то, что чудеса возможны, и они уже не смогут обойтись без них. Если дан-Энрикс собирается и дальше оставаться «Эвеллиром», то ему придется каждый день оправдывать их ожидания. А если вспомнить, чего именно от него ждут, подобная задача начинает выглядеть невыполнимой. Честно говоря, мне даже интересно, понимает ли он сам, во что ввязался? Если да, то он — отчаянный игрок, — Хорн помолчал. — Вы говорите, что он был сегодня в Адельстане?.. Что вы о нем скажете?

— Клеймо ему к лицу… в отличие от вежливых манер.

Юлиус вскинул бровь. По правде говоря, непримиримость Римкина время от времени выглядела почти пугающе.

— Я вижу, он вам не понравился, — сдержанно сказал Хорн.

— Он выглядит, как волк, который вздумал бы ходить на задних лапах и есть мясо вилкой и ножом.

Сердце у Юлиуса неприятно сжалось.

— Любопытно, — сказал он. — Когда я встретил Крикса в первый раз, мне тоже пришло в голову, что он похож на волка. Наверное, в таком сравнении и правда что-то есть.

Римкин удивленно покосился на него.

— Не знал, что вы уже встречались с Меченым.

— Только однажды. Но тогда он еще не был «Меченым», а я не знал, кто он такой и как его зовут. Они с друзьями напали на мои носилки в Волчью ночь. Связали слуг, распрягли лошадей, украли погребец с вином — короче говоря, повеселились от души. Все остальные были в масках, но дан-Энрикс свою снял — наверное, хотел мне доказать, что ему все нипочем. Когда они решили бросить моего слугу в фонтан, я сказал Криксу, что он сумасшедший. Это его сильно разозлило. Он потребовал, чтобы я снял с себя одежду. «Что может быть забавнее, чем член Большого Капитула, который расхаживает по столице нагишом?..» — сказал он мне. Я отказался. Он пригрозил, что меня разденут силой. Но потом они, должно быть, испугались, что нарвутся на дозор, и бросили меня, забрав с собой вино. Думаю, Меченый давно забыл про этот случай.

В темных, совиных глазах Римкина загорелись злые огоньки.

— Само собой… Такие, как дан-Энрикс, никогда не помнят тех, кому когда-то причинили зло. Они считают, что другие люди существуют исключительно для их забавы. Но скажите, разве вы не попытались наказать виновника?

— Пытался, — согласился Хорн. — В городской страже мне сказали, что подобные истории случаются каждую Волчью ночь, и что, судя по возрасту и по манере поведения, виновников надо искать в Лаконской Академии. На следующий день я встретился с главой Лакона и подробно описал ему того, кто на меня напал. Услышав про зеленые глаза и шрам на лбу, Вардос сказал, что это был оруженосец коадъютора. Я пошел в Адельстан и еще двое суток добивался встречи с Иремом. Должен признаться, что к тому моменту, когда мне все-таки удалось с ним встретиться, я уже совершенно потерял терпение.

— Еще бы!..

— …В общем, я сказал, что я пришел, чтобы поговорить с его оруженосцем, и настаиваю, чтобы этот разговор происходил в присутствии самого Ирема. Тот посмотрел на меня своим неприятным взглядом и спросил, что мне за дело до его оруженосца. Я рассказал о нападении и кончил тем, что не желаю тратить ни одной минуты больше не пустые разговоры, а хочу немедленно увидеть Крикса. Тогда Ирем заявил, что это невозможно, потому что Крикс пропал два дня назад, и до сих пор никто не знает, где он может быть. На мой вопрос, считает ли сэр Ирем, что его оруженосец поучаствовал в том нападении, он отвечал, что разобраться в этом деле без дан-Энрикса нельзя, но, раз я обвиняю Крикса, он заплатит за ущерб. Я, разумеется, сказал, что обойдусь без его денег, и ушел.

— Обычная история! Он просто покрывал дан-Энрикса!.. — со злостью сказал Римкин, стукнув по широкому каменному парапету кулаком.

— Да, тогда я тоже так подумал. Но потом я пришел к выводу, что Ирем сказал правду. Как-никак, примерно в то же время Крикс сбежал в Бейн-Арилль, чтобы поступить в Серую сотню. Думаю, после того, как он вернулся из Каларии, мирная жизнь казалась ему слишком пресной. То, что он устроил в Волчью ночь — поступок человека, который не уважает никого, кроме себя, и бесится от скуки и переизбытка сил. Не знаю, где он пропадал последние шесть лет, но думаю, что Меченому очень скоро надоест носить ту маску, которую на него совместными усилиями нацепили Отт и Ирем… Этот волк еще покажет нам свои клыки.

* * *

Ночной туман почти рассеялся, но еще завивался над водой в причудливые белые узоры. Из-за морского ветра серые октябрьские сумерки казались особенно промозглыми. Теперь, когда они спустились в гавань, Меченый порадовался, что они надели теплые плащи, казавшиеся лишними на улицах Нижнего города.

— Письма у тебя? — спросил дан-Энрикс, поравнявшись с Кэлринном.

Отт закатил глаза и выразительно похлопал по кожаной сумке на боку.

— По-вашему, я мог бы их забыть?..

Идущий первым Ирем покосился на него через плечо.

— По мне, так ты забыл бы даже собственную голову, если бы она не крепилась к шее… Будь так добр, ускорь шаг. Чем быстрее вы подниметесь на борт, тем меньше шансов, что нас кто-нибудь увидит.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org