Пользовательский поиск

Книга Билл — герой Галактики. Книга 1. Содержание - Глава 6

Кол-во голосов: 0

Ему быстро стало ясно, что цурихиане не находят ничего жестокого или неестественного в том, как они планировали с ним поступить.

– Мы, цурихиане, всегда возрождаемся в чужих телах, — сообщил Биллу врач. — Или не возрождаемся вообще.

– Замечательно, но как быть со мной? — проскулил потрясенный Билл. — Со мной-то что будет?

– Сгоришь как лампочка. — Цурихианин состроил гримасу; впрочем, выражение нарисованного лица если и изменилось, то совсем чуть-чуть. — Неужели в тебе нет ни крупицы духовности? Неужели ты, в глубине своей душонки, не хочешь послужить на благо всех разумных существ?

– Пожалуй, нет, — ответил Билл.

– Жаль, — сказал врач. — Тебе было бы гораздо легче, если бы ты научился воспринимать все правильно.

– Слушай, приятель, — проговорил Билл, — если от меня останется один мозг, значит, я исчезну, то бишь помру. Чему тут радоваться?

– Считай себя избранным.

– Чего?! — Билл сорвался на визг.

– Каждого из нас для чего-то избирают.

– Да ну? Тогда пускай тот тип переселится в тебя, а не в меня, и избранным станешь ты.

– О, — воскликнул врач, — я об этом как-то не подумал.

Даже Иллирия приходила теперь гораздо реже.

– Кажется, меня в чем-то подозревают, — сказала она, забежав на пять минут. — Поглядывают искоса, по-нашему. Ты понимаешь, о чем я?

– Нет. — В голосе Билла прозвучало отчаяние, которое пронизывало все его естество.

– Я все забываю, что ты родился на другой планете. Смотреть по-нашему значит то же самое, как если бы ты сказал: «Я знаю, что тут не все чисто, но буду молчать, потому что сам по уши в грязи».

– Там, откуда я родом, так не говорят.

– Да? Очень интересно. В общем, мне какое-то время придется держаться от тебя в стороне. Но не волнуйся, я помогу тебе.

– Поторопись, пока меня не выкинули из моей головы.

С тех пор как Иллирия навестила его последний раз, прошло несколько дней. Сколько точно, Билл не знал. Цурис двигался вокруг своего солнца по диковинной волнообразной орбите, в результате чего длина суток оказывалась все время разной. Одни дни назывались Тигровыми (или Частокольными? — перевести точно не представлялось возможным). В эти дни солнце вставало и заходило каждый час, раскрашивая планету то в желтый, то в черный цвет. Билл решил отмечать каждый световой период царапиной на стене. Правда, понятия не имел, каким образом, но разве не так поступали те парни, которых сажали в тюрьму и про которых рассказывалось в книжках, прочитанных в детстве на Фигеринадоне, на скирде, что стояла за кучей навоза во дворе родительской фермы? Короче, он попытался, но обнаружил, что его царапина — рядом с другой, которая была на стене раньше. Или же он сам — просто не отложилось в памяти — отметил два световых периода. Или один, но дважды. Чем глубже Билл размышлял, тем сильнее убеждался, что царапанию на тюремных стенах следует обучать в школе, а уж потом проверять навыки в полевых условиях. Поэтому большую часть времени он сидел сиднем. В палате не было ни книг, ни газет, ни телевизора. По счастью, на корпусе транслятора имелся рычажок, позволявший переключать прибор с «Перевода» на «Разговор». Берясь за рычажок, Билл почувствовал себя глупцом, но больше поговорить было не с кем.

– Привет, — сказал он.

– Здорово, — ответил транслятор. — Чаво тута творисся?

– Что за идиотский акцент? — удивился Билл.

– Я же транслятор, приятель, — раздраженно пробурчал прибор. — Если в моей речи не будет жаргона, позаимствованного из многих известных мне языков, я упаду в собственных глазах. Усек?

– Не слишком важная причина.

– Кому как, ты, вшивый органический недоносок! — горячо возразил транслятор.

– Зачем же оскорблять-то? — пробормотал Билл. Ответом ему было механическое фырканье. Наступила пауза. После долгого молчания Билл поинтересовался: — В киношку давно ходил?

– Куда?

– В киношку.

– Ты что, сдурел? Я же крохотный приборчик на транзисторах, помещаюсь у тебя под правой мышкой или в ухе. Повис, и все. Как я могу ходить в кино?

– Я пошутил.

– Тоже мне, шутник нашелся, — огрызнулся транслятор. — Хватит с тебя?

– Чего?

– Разговора.

– Конечно, нет! Мы же только начали.

– К твоему сведению, я почти израсходовал разговорную емкость. Как транслятор буду, разумеется, работать по-прежнему, а разговоры, к моему глубокому сожалению, пора заканчивать. Отбой. Конец связи.

– Транслятор, — позвал Билл какое-то время спустя.

Тишина.

– У тебя вообще никаких слов не осталось?

– Эти два, — ответил транслятор и замолк окончательно.

Вскоре Билл услышал новый голос — вечером, после того как поужинал осоложенной мякотью малины и съел тарелку чего-то, напоминавшего по вкусу жареную куриную печень, а по виду смахивавшего на апельсиновые леденцы. Поев, он принялся читать этикетки на рубашке при свете лампы, которую называли «Слепой обыватель» — из-за того, что она одинаково освещала все подносимые к ней предметы. Билл потянулся и собирался было зевнуть, когда голос за спиной произнес:

– Слушай.

Билл вздрогнул и ошалело завертел головой. В комнате, кроме него, никого не было.

– Нет, — продолжал голос, словно подтверждая сей факт, — я не в комнате.

– А где?

– Боюсь, объяснить будет трудновато.

– Попытайся.

– Не сегодня.

– Что тебе нужно?

– Я хочу помочь тебе, Билл.

Подобное Билл уже слыхал. Впрочем, всегда приятно, когда тебе хотят помочь. Герой Галактики сел на краешек ванны и вновь оглядел комнату. Никого.

– Помощь мне не помешает. Сможешь вытащить меня отсюда?

– Смогу, — ответил голос. — Если ты в точности исполнишь мои указания.

– Смотря что ты мне прикажешь.

– Возможно, ты решишь, что я спятил. Но для успеха крайне необходимо, чтобы ты верил мне и исполнил все в точности.

– Что же мне делать?

– Тебе, наверное, не понравится…

– Говори или заткнись! — взвизгнул Билл. — Пожалей мои нервы! Плевать, понравится или нет, главное — выбраться отсюда! Давай выкладывай!

– Ты можешь одновременно похлопать рукой себя по голове, а другой — потереть живот?

– Не думаю, — отозвался Билл. Он попробовал, но не преуспел. — Видишь? Я же говорил.

– Но если потренируешься, у тебя получится, верно?

– Зачем?

– Затем, что у тебя есть возможность бежать из тюрьмы. Твоя дальнейшая жизнь — останешься ты в собственном теле или нет — зависит от того, насколько точно ты будешь исполнять мои указания.

– Понятно. — На самом деле Билл ничего не понял, но делать все равно было нечего. — Может, представишься?

– Не теперь.

– Ясно. Почему?

– Объясню в другой раз. Тренируйся, Билл. Тренируйся. Я вернусь. — Голос умолк.

Глава 6

На следующее утро в камеру Билла пришла целая делегация цурихианских врачей. Двое имели привычную сферическую форму, третий помещался в теле крупной шотландской овчарки. Его замучили блохи, и он постоянно чесался задней лапой. Оставшиеся двое в своем прежнем существовании были, возможно, чинджерами: зеленые ящерицы с блестящими чешуйками.

– Пора принять старую добрую протоплазменную ванну, — весело сказал доктор Вескер. — Доктор Вескер, — представился он Биллу, которому было откровенно наплевать.

Эти цурихиане мужского пола были врачами, что подтверждалось длинными белыми халатами, из карманов которых ухарски торчали стетоскопы. Все они говорили на стандартном, классическом или цурихианском, так что транслятор Билла, по-прежнему находившийся у того под мышкой, справлялся с переводом безо всяких сложностей.

– Док, я в порядке? — таков был едва ли не первый из вопросов Билла.

– В полном, — уверил врач.

– Если так, почему меня не выпускают?

– О, торопиться не стоит, — отозвался врач и со смешком вышел из камеры.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org