Пользовательский поиск

Книга Планета звезды Эпсилон (сборник). Страница 24

Кол-во голосов: 0

— Знай мы все это раньше, — горячо сказал Оун, — мы могли бы сразу разобраться, разоблачить и предотвратить наступивший кошмар.

— Увы, — задумчиво проговорил Крауф, — сделанного не вернешь. Подумайте к тому же, как я могу доносить на людей, с которыми недавно был тесно связан?

— Стало быть, — нахмурился Оун, — вы отказываетесь нам помогать?

— Вы столько перенесли в этот день! Подумайте, Элдар! Отдохните и подумайте. Отвлекитесь от личных переживаний, и верное решение придет само собой. Иначе страшно подумать… Резня может принять катастрофические масштабы, мы окажемся бессильны.

Домой или к сестре Крауфу ехать не хотелось. Когда он вышел на улицу, то понял, что единственный человек, к которому его тянет, — это Бэкки.

Крауф шел по пустынным улицам. Точно все попрятались. Или вымерли. Или перебиты его бывшими приятелями. Кто знает? И чем ближе подходил Крауф к дому Бэкки, тем сильнее ему казалось, что все пережитое — кошмарный сон.

Дверь квартиры оказалась опять открытой. Но на этот раз хозяйки дома не было. В растерянности Крауф прошел в гостиную — следы недавнего разгрома были тщательно убраны, стена заделана. Видимо, Бэкки в редакции, решил Крауф. Он уже хотел развернуться и отправиться в редакцию «Вечернего Эпсилона», но его остановил голос Эллиса.

— Что, пришел за документацией? Беглянка, судя по всему, утащила ее с собой. — Крауф похолодел.

Чувствуя, что севший голос выдает его, он с натужной легкостью ответил:

— Что за документация? Эллис отозвался из полумрака:

— Иди сюда. Я уже кое-что нашел. Раз ты здесь, поговорим. Думаю, ты расскажешь мне многое, если не все.

— За кого ты меня принимаешь?

— За натуру сильную, хотя не лишенную романтического начала, словом, за того, кто ты есть. Оружие на стол!

Крауф невольно повиновался.

— Видишь, насколько я оказался прав! Итак, ты категорически отказался от своей деятельности?

— Да.

— Тогда будь логичен до конца. Если ты не с ними, то против них. Не так ли? Да ты сядь.

— Возможно, да.

— Значит, ты с нами. Поскольку мы против них.

— Нет. Я не предатель.

— Это лозунги. Они хороши для других случаев. Итак, имена и адреса твоих коллег. Я жду. Что ты рассказал землянину о перелете? Что тебе рассказывал твой отец — ведь он был врачом первой экспедиции? — без всякого перехода вдруг спросил Эллис. Крауф подавил внутренний трепет:

— Ничего. Да и мне известно не больше, чем всем.

— Что сейчас на Аркосе? Что знает землянин? Зачем он летал туда?

— Спросите у него. Как я понимаю, это его профессия.

— Ну что ж, я приглашал тебя к деятельности гуманной. И гуманным образом. Теперь я заставлю тебя и, прости, негуманными методами. — Эллис оглянулся. — А квартирка неплохая… Да, ты не знаешь, где хозяйка? Не летит ли с землянином? Откуда он узнал об Аркосе?

Крауфа передернуло. Эллис встал с кресла, толкнул дверь в спальню, вошли трое. Один из них шагнул к Крауфу и заломил руки за спину. Пытка продолжалась около четверти часа. Эллис молча рылся в бумагах на столе Бэкки. Крауф терпел, все время поражаясь себе, что такое можно вытерпеть…

Потом трое отошли, смотрели на Крауфа, словно любуясь своей работой.

— Уходите, — тихо сказал им Эллис.

Он сел на тахту, держа в руках несколько листков. Палачи вышли, притворив за собой дверь.

— И теперь ты не хочешь помочь справедливости, брат мой?

Крауф вздрогнул.

— Я правильно назвал ваш пароль? Не сопротивляйся, все равно твои «братья» в моих руках. Я даже знаю, когда пароль семнадцати произносится: если один просит другого оказать чисто техническую помощь. Так?

Крауф обессилено застонал.

— Меня интересует землянин и Аркос. Что задумал землянин? Зачем он туда полетел? Зачем радировал на Землю о нашем новом законе? Что он хочет? Денег? Власти? Говори, или никто не узнает, кто убил тебя и за что.

— Откуда тебе известен пароль? — спросил Крауф. Эллис засмеялся:

— Предпочитаешь поменять тему? Ну, хорошо… Ни за что не отгадаешь. Я тут разбирал бумажки этой милой дамы… Неплохой репортер. Так стремилась к эффекту присутствия в одном из своих репортажей, что невзначай выболтала государственную тайну.

— Не клевещи.

— И в мыслях нет. Правда, опубликовать этот репортаж она при старом режиме не успела, иначе по головке ее не погладили бы. Жаль, что так же легко она отнеслась и к другой государственной тайне. Мне не пришлось бы сейчас развлекаться с тобой. Имей в виду, я эту куклу держу за волосы. Она близка с землянином? Она в курсе его дел? Так вот, если ты сейчас не выложишь мне все как есть, я разыщу репортершу и на твоих глазах мои ребятишки поиграют ее ребрышками…

— Ты изверг!

— Я?! Ну же… Я ведь никогда не называл тебя палачом.

— Прекрати или…

— «Или» не будет. Я уважаю твои чувства. Крауф проскрипел зубами:

— Это что, продолжение пытки?

— Да нет. Давай вернемся к нашей теме. Значит, говоришь, нужно спросить у землянина? Что ж, обязательно спросим. И все же для начала все вопросы — к тебе. Ты, увы, упрям, но мы не дети, мы сломим твое упрямство. Тебя будут пытать долго и страшно, пока ты не заговоришь или не умрешь. А умрешь ты не скоро, здоровье у тебя отменное — слабых в комиссию не брали. Но если вы с землянином разговоритесь, я приглашу врача, и, может быть, ты поправишься. Когда вернется землянин?

— Не знаю.

— Ну, что ж, поедем в госпиталь, брат мой. Мои ребята что-то перестарались сегодня, а мне нужно узнать многое. И что тебе говорил твой отец, и что знает Гек, и что привез землянин с Аркоса, все-таки интересно, какие там новости.

В госпитале Эллис приказал сиделке доносить ему обо всех, кто придет навестить Крауфа. Эллис прекрасно помнил, что тот человек, о котором говорил министр, занимается не только комиссией, но и им самим, персонально.

* * *

Гоночная неслась на огромной скорости. В ней трое. Среди них женщина. Кто же из них тот самый?… Когда вышли на межконтинентальное шоссе, Эллис подумал: а вдруг в комиссии стало известно об отступничестве Крауфа? О том, что он попал в переделку с новыми властями и, возможно, пойдет на сговор с ними? Тогда вряд ли эти люди пришли бы в госпиталь к Крауфу. Или они не имеют отношения к комиссии.

По межконтинентальному ехали долго. Эллиса уже начала утомлять серая лента дороги между редкими белыми зданиями сельскохозяйственных комбинатов. Потом начались леса — зона отдыха. Вероятно, все-таки не то — эти трое едут развлекаться. Эллис совсем приуныл и чуть было не потерял из вида гоночную машину, когда она неожиданно для него свернула на боковую трассу.

Он остановился. Посмотрел, как гоночная ушла за кустарник. «Другой дороги здесь нет», — подумал он и повернул в сторону города.

Порой Эллис до боли отчетливо понимал, что обида, которой, по сути, и не было, завела его слишком далеко. На дорогу, где все зыбко и неясно. Уж не перехитрил ли он свою судьбу, исковеркав дорогу, по которой было так уверенно, легко и надежно идти? К тому же дела принимали оборот еще более неприятный, чем предрекал министр. В рискованные планы Эллиса вмешался еще и землянин. Чем он опасен? Комиссия семнадцати была нужна Эллису лишь затем, чтобы, опираясь на нее, прибрать власть к своим рукам, а не делить ее с Оуном и его соратниками. Но привези землянин на Беану правду об Аркосе и Великом перелете, расскажи он всему этому сиротскому, выросшему в интернатах поколению, которое составляет основное население Беаны, что такое деморфин, который сначала обратил людей в рабов, а потом убил их, какую роль во всем этом сыграли Верховные, поток гнева сметет и самого Эллиса, и порождение Верховных — комиссию семнадцати, на которую Эллис сейчас делал свою ставку. Справиться с этим потоком не помогут ни самый жестокий террор, ни самая извращенная демагогия о защите морали, нравственности, прав человека. Эллису самому было жутко, когда он читал отчет о так называемом перелете.

24

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org