Пользовательский поиск

Книга Кот, который ходил сквозь стены. Содержание - 18

Кол-во голосов: 0

— Не важно. Персонажи стали анемичными и сдохли. Без тебя сериал не был прежним.

— Мне пришлось бросить это дело: Вундер повзрослел. Я изобретала сюжетные повороты, а он — кровавые сцены. Порой я становилась чересчур мягкосердной, но Вундер — никогда.

— Хейзел, давай возродим сериал? Будем вместе придумывать сюжет. Ты станешь писать, а я займусь готовкой и домашним хозяйством. — Я замолчал, уставившись на нее. — Почему ты плачешь?

— Хочу и плачу! Ты зовешь меня Хейзел. Ты мне веришь!

— Пришлось поверить. Меня можно обмануть с группой крови или отпечатками пальцев, но не с коммерческой литературой. Старого писаку не проведешь. Ты настоящая, любовь моя, ты подлинный бич космоса. А еще — моя потная нимфоманочка. И мне все равно, что тебе пара веков от роду.

— Вовсе не пара веков! До этого еще далеко!

— Но все равно ты — моя потная нимфоманочка?

— Если позволишь, то да.

— Что я еще могу сказать? — улыбнулся я. — Скинь одежду, и давай что-нибудь сочинять.

— Сочинять?

— Лучшие произведения создаются с помощью гениталий, моя похотливая женушка Хейзел. Ты не знала? Всем боевым станциям! Приближается Властелин Галактики!

— О, Ричард!

18

Когда я встаю перед необходимостью выбора между добротой и честностью, я голосую за доброту, и только за нее — не важно, дарят ее или получают.

Айра Джонсон[60] (1854–1941)

— Хейзел, моя древняя любовь…

— Ричард, хочешь, чтобы я сломала тебе руку?

— Не думаю, что сейчас у тебя получится.

— Спорим?

— Ой! Хватит! Не надо больше… или я зашвырну тебя обратно в ручей и женюсь на Гретхен. Она уж точно не древняя.

— Дразнись, дразнись. Мой третий муж обожал дразниться. Все говорили о том, как хорошо он выглядел на своих похоронах… и как жаль, что он умер таким молодым, — улыбнулась Хейзел-Гвен, глядя на меня снизу вверх. — Но оказалось, что у него есть страховка на приличную сумму, и вдова утешилась. Жениться на Гретхен — неплохая идея, дорогой; я с удовольствием займусь ее воспитанием. Научу стрелять, помогу с первым ребенком, объясню, как пользоваться ножом, преподам основы боевых искусств… Я дам ей все навыки, какие нужны девушке в современном мире.

— Грррм! Дорогая моя, ты такая маленькая, симпатичная, красивая и безобидная, прямо как коралловая змея. Думаю, Джинкс уже обучил Гретхен всему, что нужно.

— Скорее Ингрид. Но я могу навести на нее лоск. Как ты сам заметил, опыта у меня хватает. Как ты сказал? Древняя?

— Ой!

— Да ну, это же не больно. Маменькин сынок.

— Черта с два не больно. Смотри, уйду в монастырь.

— Никуда ты не уйдешь, пока не овладеешь Гретхен. Ричард, я решила, что мы женимся на Гретхен.

Это нелепое заявление явно не заслуживало внимания. Я встал и попрыгал на одной ноге в кабинку освежителя. Вскоре туда вошла Хейзел. Я попятился.

— Помогите! Только не бей меня снова!

— Да брось. Я пока ни разу тебя не ударила.

— Сдаюсь. Ты не древняя, просто хорошо замаринована. Хейзел, любовь моя, отчего ты такая злая?

— Я вовсе не злая. Но если ты — маленькая женщина, неспособная за себя постоять, с тобой будут творить что угодно рослые волосатые вонючие мужики, мечтающие о мужском превосходстве. Не скули, дорогой, я ни разу не сделала тебе больно. Даже кровь не пошла.

— Боюсь взглянуть. Мама не говорила мне, что супружеская жизнь может выглядеть вот так! Милая, ты собиралась рассказать, почему должна была завербовать меня и с какой целью, но мы отвлеклись.

Она ответила не сразу:

— Ричард, ты с трудом поверил, что я более чем вдвое тебя старше.

— Ты меня убедила. Не понимаю, как это может быть, но принимаю как данность.

— Возможно, тебе будет еще сложнее поверить во все остальное. Намного сложнее!

— Ну, значит, не поверю. Милая моя Хейзел-Гвен, я крепкий орешек. Я не верю в столоверчение, астрологию, непорочное зачатие…

— Что сложного в непорочном зачатии?

— Я о богословском понятии, а не о генетических лабораториях. Непорочное зачатие, нумерология, ад в буквальном понимании, магия, колдовство, предвыборные обещания. Если ты хочешь поведать о том, что идет вразрез со здравым смыслом, мне будет так же трудно поверить в это, как и в твой преклонный возраст. Тебе придется призвать в свидетели Властелина Галактики.

— Ладно. Все-таки попробуем. С определенной точки зрения я еще более древняя, чем ты думаешь. Мне двести с лишним лет.

— Погоди. Тебе исполнится двести только на Рождество две тысячи двести шестьдесят третьего. Как ты сама сказала, еще не скоро.

— Верно. Я не рассказывала тебе о лишних годах, хотя и прожила их… поскольку прожила их перпендикулярно.

— Дорогая, у меня внезапно отключился звук, — ответил я.

— Ричард, в это как раз легко поверить. Где я только не бросала свои трусики!

— Судя по твоим воспоминаниям, почти во всей Солнечной системе.

— Это лишь малая часть. Не только в Системе и за ее пределами, но даже за пределами этой Вселенной… и каких только грехов я не совершала! Кстати, где я бросила их сегодня?

— Думаю, в ногах кровати. Милая, зачем тебе трусики, если ты так часто их снимаешь?

— Затем. Одни только шлюхи бегают с голой задницей… и спасибо, что следишь за языком.

— Я ни слова не сказал.

— Я слышала, что ты подумал.

— В телепатию я тоже не верю.

— Не веришь, да? Мой внук, доктор Лоуэлл Стоун, он же Вундер, часто мухлевал в шахматах, читая мои мысли. К счастью, он лишился этой способности лет в десять.

— Будем считать это слухами о крайне невероятном событии, идущими от информатора, чья правдивость вызывает сильные сомнения, — ответил я. — Соответственно, надежность заявленных данных не превосходит уровня С-пять по классификации военной разведки.

— Ты за это заплатишь!

— Сама оцени, — сказал я. — Ты же служила в военной разведке. ЦРУ, да?

— Откуда ты это взял?

— Из твоего рассказа. Вычислил по обрывочным фразам.

— Вовсе не в ЦРУ, и я никогда не заезжала в Маклейн[61], а если и заезжала, то в полной маскировке, и вообще это была не я, а Властелин Галактики.

— А я — капитан Джон Стерлинг.

Гвен-Хейзел уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Вот это да! Капитан, можно ваш автограф? Лучше дайте два — обменяю их на один автограф Рози Робот. Ричард, мы не будем проходить мимо главпочтамта?

— Нам в любом случае придется туда зайти. Мне нужно завести абонементный ящик для отца Шульца. А что, дорогая?

— Если по дороге попадется «Мэйси»[62], я упакую одежду и парик Наоми, а потом отправлю их по почте. Меня мучает совесть.

— Что-что тебя мучает?

— Бухгалтерская система, которая заменяет мне совесть. Ричард, ты все больше напоминаешь моего третьего мужа. Он был прекрасным мужчиной, как и ты, тщательно заботился о себе и умер в добром здравии.

— Когда он умер? И отчего?

— Во вторник, насколько я помню. Или в среду? В любом случае меня там не было — я была далеко, в постели с отличным самцом. Мы так и не узнали, что его погубило. Судя по всему, ему стало плохо в ванне, и его голова погрузилась под воду. Что ты бормочешь. Ричард? Какая еще Шарлотта?[63]

— Нет-нет, ничего. Хейзел… моя жизнь не застрахована.

— Значит, придется вести себя очень осторожно, чтобы с тобой ничего не случилось. Перестань принимать ванну!

— Если я перестану, через три-четыре недели ты об этом пожалеешь.

— Ничего, я тоже перестану, и мы будем на равных. Ричард, у нас сегодня найдется время, чтобы сходить в Административный комплекс?

— Может быть. А зачем?

— Чтобы отыскать Адама Селена.

— Он там похоронен?

— Именно это и нужно выяснить. Ричард, ты еще способен мне верить?

— С большим трудом. Вот уж действительно — несколько лет жила перпендикулярно! Не хочешь купить искривитель пространства?

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org