Пользовательский поиск

Книга Седьмая пятница. Страница 42

Кол-во голосов: 0

Мопс покачал головой.

— И думать боюсь…

— Вчера Изенгрим вздул меня за мнимое покушение на честь его сестры. Он, конечно, ошибался, но до того как Талула обработала его зонтиком, успел пропустить через меня два хороших злектроразряда. И я уверен, что именно они что-то сдвинули во мне… в лучшую сторону!

— Сдвинули точно, — сказал Квирсел. — Но ты уверен…

— Абсолютно! Я изменился и буду при каждом удобном случае садиться на белого коня и вооружаться мечом. В старые времена Невергоры были героями. Я хочу продолжить семейную традицию и восстановить былую славу нашей фамилии!..

Я набивал желудок, наблюдая за реакцией Квирсела. Новость должна была ошарашить его. И ошарашила, сомнений нет. Но вот рад ли мопс? Разделяет ли он счастье, которое испытываю я, открыв горизонты новой жизни? Что-то сомневаюсь. Я успел изучить почти весь спектр его гримас, и, подозреваю, эта не говорит о безудержном восторге.

Наверное, нужно дать Квирселу время привыкнуть. Понимаю — не каждый день создания из отряда беспозвоночных вмиг превращаются в рыцарей на белом коне. У меня и самого эта метаморфоза еще не уложилась в голове целиком.

Дав мопсу пять минут на то, чтобы перестроить свое мировоззрение, я спросил:

— Ты, надеюсь, поддержишь меня в моем начинании?

— Каком? Бегать с тобой вокруг дома?

— Например…

— Нет.

— А кто твердил ту же самую белиберду, что и Гермиона? Мне, дескать, надо измениться, иначе я плохо кончу…

— Браул, погоди! Я говорил, да. Но имел в виду тебя, а не себя. Ты… ступил на новый путь, который, возможно, приведет тебя в светлое будущее, но я — увольте, мое дело сторона!

— А еще друг!

— Я зубодер! В своем измерении я скромная личность, полжизни проведшая за книгами! Волшебником сделался вопреки воле отца и по его же воле стал зубодером!

— Ужас! — сказал я. — Тебе нужно было подобно мне бросить вызов року! Открыть забрало, рассмеяться судьбе в лицо. Сказать, что твое предназначение вовсе не в том, чтобы копаться в чужих пастях! — Для подтверждения своих слов я прочертил в воздухе вилкой загогулину.

Мопс поперхнулся.

— Не будем спорить. Ты принял решение — судьбоносное — и с любой точки зрения это хорошо… Пожелаю тебе успехов.

— Да-а, герои всегда в одиночестве, но, видно, такова их участь! — сказал я.

Квирсел сокрушенно покачал головой и выразил надежду, что, когда закончится его миссия в моем мире, ничего подобного ему больше испытать не доведется.

Наивный.

— Так почему ты все-таки кричал? — спросил чародей. — Неужели это был способ выразить свой восторг? Селина вот предположила, что ты попал в медвежий капкан.

— Спорим, ты даже не догадываешься!

— Нет.

— Я изобрел машину, волшебную. Пока не знаю, как ее назвать, но у нее, думаю, большое будущее.

— В чем ее суть? Тренировка вокальных данных?

— Это лишь побочный эффект. На самом деле она помогает взбадриваться. Просыпается утром, например, такой чародей, как я. Жизнь не кажется ему милой в такие минуты, наоборот, — вселенная в его воображении предстает местом, предназначенным исключительно для страданий. Улавливаешь, Квирсел?

— Не очень.

— Чародей из последних сил подползает к машине и включает ее. И что же происходит?

— Что?

— Могучий разряд Силы пронзает его! Он издает вопль-другой, и после этого волей-неволей становится бодр и свеж. Как я.

— Невероятно! Похоже… Зубастик слишком сильно тебя обработал.

— Да я должен быть ему благодарен! Старый дьявольский шутник Поттер! Он и сам не знает, какую услугу оказал мирозданию!

Мопс отодвинулся на самый край стула, рискуя свалиться.

— Теперь каждое утро я буду пропускать через себя два-три разряда и поддерживать героическую форму. Когда закончатся полевые испытания, я, пожалуй, порекомендую эту машину своим приятелям. А дальше, кто знает, может быть, она станет самым популярным изобретением в Эртилане. А еще дальше… Вероятно, настанет золотой век.

— Почему?

— Все станут героями, будут совершать поступки исключительно доброй направленности.

— Утопия! — сказал Квирсел.

— Посмотрим! Время покажет!

Я допил кофе, осмотрел пустые тарелки. Ох и зверский аппетит просыпается после героической терапии. И вообще — многие годы я не чувствовал себя так бодро. Просто чудеса.

— Ну-с, — сказал ваш покорный, потирая руки, — займемся делом. Скоро приедет Гермиона. Пока мы должны провести совещание. Идем в библиотеку!

Квирсел шмякнулся на пол, словно большой кусок сала, встал и с обреченным видом поплелся за мной. Как и в тот самый день, четырнадцатого сентября, я весело напевал по дороге и продолжал это делать, когда плюхнулся в библиотечное кресло.

— Вижу, у тебя есть что сказать, Квирсел. — Я раскурил трубку. — Говори.

Мопс забрался на свое место, напялил очки и колпачок. Перед ним на столе лежали бумаги с нашим планом мероприятий. Первое на повестке дня — поход в Музей магической истории.

— Все это никуда не годится, — сказал чародей. — Никуда. Если бы я занимался планированием…

— Что плохого?

— А то, что этот тип, Джулс Клакевит, полный идиот. Блокнот он прятал у себя, не поленился зашифровать эту гадость и отдать шифр богам. Ну это ладно. Но вот с тремя элементами напортачил. Почему боги не взяли их с собой? Почему спрятали здесь?

— Ну потому что это место должно было стать следующим.

— Не вижу логики, — проворчал мопс. — Сам посуди, скольких проблем мы могли бы избежать, если бы Слезы Звезды не лежали где-то под Музеем, Смех Леопарда — в статуе какого-то кретина по имени Грокесс Багровый, а Спокойствие Стрекозы не стало достопримечательностью Мигонии.

— В общем и целом ты прав, — кивнул я, окутанный облаками табачного дыма. — Но разве не должны герои преодолевать опасности и решать труднейшие задачи? Чего стоит подвиг, который и совершить-то толком нельзя — приходи и бери?! Нет, по-моему, это замечательно. И Гермиона одобрила.

— Не одобряла! Не помню такого!

— Значит, одобрила Талула. Она тоже личность героическая, поэтому я ее отлично понимаю!..

Мопс испустил тяжкий вздох, словно надутая и проткнутая иголкой грелка.

— Ладно, Талула одобрила, а ты… который еще вчера пугался одной мысли о прочных любовных узах, кажется, сдался!

— Может, такова моя судьба…

— Проклятие! Не верю, что разговариваю с тобой. Не иначе, Тузмес тебя подменил.

— Успокойся, о мудрейший. Сейчас мы обсуждаем не меня.

Квирсел сверкнул стеклами очков и надулся.

— Итак, мы входим в Музей. Как предполагается, в это время суток там мало посетителей. После того как входим мы, то же самое делают Зубастик и его сестра. Они замаскированы. В их задачу входит отвлекать внимание смотрителей. Пока они занимаются этим, мы проникаем в тайник. Я ничего не упустил?

— Скажи, а зубодеры в вашем мире все такие…

— Да! — Пауза призвана была показать, насколько Квирсел возмущен. Понимаю. — Я хотел поговорить о рисках, — добавил чародей. — Тайник находится в Музее магической истории. А сколько лет Музею?

— Каждый дурак знает. Тысяча. В этом был мудрый расчет Джулса Клакевита. Когда закончилась вся эта катавасия с Пожирателем, он вернулся домой и увидел, что чародеи закладывают здание, могучее и красивое. И спрятал Слезы Звезды там.

— Вы с ним два сапога пара!

— Почему?

— Потому что Музей за десять веков мог перестраиваться неизвестно сколько раз.

— Три, — подсказал я.

— Допустим! Допустим, три. Но какие именно его части подверглись реконструкции?

— Думаю, не самые важные.

— И Слезы Звезды давным-давно могли оттуда исчезнуть!

— Видишь ли, Квирсел, наша мигонская архитектурная магия очень сильна. Наши здания, тем более такие, не разваливаются спустя какие-то паршивые десять веков. Уверен, перестройки были незначительны. Учитывая могучий запас прочности, заложенный при строительстве, мы можем ничего не опасаться. Я много раз был в Музее — и когда ходил в коротких штанишках, и когда они стали длиннее, — но ни разу не замечал ветхости, которая свойственна постройкам такого возраста. Строительные чары постоянно обновляются, над ними работают самые опытные и влиятельные маги Мигонии.

42

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org