Пользовательский поиск

Книга Любит, не любит…. Содержание - 7

Кол-во голосов: 0

Глаза Эдвина загорелись радостью.

— И об этом тоже. Если прислушаться, можно услышать, как шепчет песок.

Аманда бросила на него недоверчивый взгляд. Она прислушивалась несколько минут и почти услышала шорох мелких песчинок, шепчущихся друг с другом на ветру.

— Слышишь? — спросил Эдвин.

Аманда засмеялась.

— Это неразличимо для человеческого уха.

— Не надо слушать ушами.

— Тогда конечно, я слышу, — призналась она.

Что-то промчалось между ними — момент общения без слов. Соленый ветер пахнул ей в лицо и разрушил наваждение.

— Надо постричь волосы.

— Не надо, тебе так хорошо.

Эдвин посмотрел так, словно пожалел, что сказал это.

— Чепуха! Но все равно спасибо.

Похоже, он не слушал.

— Долго нам еще оставаться тут?

Глядя на нее, он спросил:

— Тебе скучно? Ты же хотела на побережье. Вот оно.

— Нет, мне не скучно, просто вода такая… расслабляющая.

Он недоверчиво взглянул на нее.

— А компания?

— А компания… забавная.

Эдвин наклонил голову.

— Если ты хочешь, чтобы я заткнулся или ушел, так и скажи. Это же твой выходной.

Аманда огляделась.

— И куда же ты пойдешь?

— Недалеко. А ты боишься остаться одна?

— Да, — сказала она, удивившись искренности своего ответа. Обычно самодостаточная, теперь она нуждалась, чтобы кто-то был рядом. Хотя бы на некоторое время. — Я еще не привыкла оставаться одна. — Николасу удалось заполнить пустоту внутри нее, но теперь он умер. Во второй раз в жизни она чувствовала себя покинутой, бродящей в темноте и одиночестве.

Лицо Эдвина изменилось, подобрело. Он протянул руку и дотронулся до ее плеча.

— Ты не одинока.

— И ты тоже, — невольно сказала она.

Эдвин смущенно улыбнулся. Он кивнул и взглянул на их соединенные руки.

Они сидели, разговаривая о чем-то, но больше молчали. Постепенно напряжение оставило Аманду, и ему на смену пришло долгожданное умиротворение. Ей было жаль, когда настал отлив и волны отошли достаточно далеко, освободив путь к машине.

Эдвин открыл багажник и достал оттуда огромный пластиковый пакет и скатерть.

— Давай поедим здесь, — предложил он.

Аманда расстелила скатерть на траве, а он открыл пакет и достал оттуда сандвичи, бутылку с соусом, кусочки ветчины и листья салата, фрукты, сок в консервных банках и печенье.

На пляж приехал семейный автобус, из которого вывалилась веселая компания. Позже появилась еще одна пара с двумя малышами, они немного поразмялись, поиграли в мяч и уселись обратно в автомобиль. Дети помахали Аманде и Эдвину на прощание, и те ответили им.

Эдвин лежал на траве, согнув ноги в коленях.

— Ты хочешь ехать куда-то еще?

— Нет, мне нравится здесь.

— Хорошо. — Он закрыл глаза и, казалось, уснул. Аманда смотрела на него. Сегодня он впервые раскрылся перед ней таким, каким она его никогда еще не знала.

Его веки дернулись, и Аманда отвела от него взгляд. Но он не шевелился, и она опять посмотрела на него: его глаза были закрыты. Назойливая муха кружилась рядом, потом опустилась ему на лоб, но Эдвин не стряхнул ее. Аманда прилегла рядом и помахала рукой, прогоняя надоедливое насекомое. Находясь так близко, она сумела заметить морщинки вокруг его глаз, а на щеках пробивающуюся щетину. И ей вдруг стало интересно, что она испытает, прикоснувшись к ней.

Аманда поняла, что думает не о том, и поднялась на ноги, выводя себя из состояния задумчивости.

Она подошла к воде, зачерпнула полную ладонь и плеснула на свое разгоряченное от солнца лицо. На ее губы упало несколько капель, и она ощутила их соленый вкус.

Ей никогда не приходило в голову считать себя слишком привязанной к сексу. Секс — не любовь, он не заменяет искренней привязанности и эмоциональной близости, и, хотя он ей нравился, опыт говорил ей, что это не главное.

Может быть, ее тело пыталось ей что-то сказать. Ведь она была еще молодой женщиной, познала любовь мужчины и уже овдовела, а природа требовала своего.

А пока Эдвин выказывал враждебность, думая о ней Бог весть что, о каких-либо чувствах не могло быть и речи. Сегодня она позволила себе отпустить свою защиту, поддавшись искушению при виде красивого мужчины.

Просто сейчас она была эмоционально уязвима, вот и все. Вот будет сцена, если она бросится к нему на грудь и разбудит жарким поцелуем! Пожалуй, он станет еще больше презирать ее. И правильно сделает.

Аманда подняла витую раковинку, но увидела, что она сломана, и выбросила ее в воду.

Когда она вернулась, Эдвин стоял, оперевшись о капот, и ждал ее.

— Извини, что задержала тебя, — сказала она, подходя к машине.

— Ничего. Ты в порядке?

— Да. — Она окинула его быстрым взглядом. — Подремал?

— Не хотел, но заснул.

— Что-то все-таки есть в этом морском воздухе, да?

— И в хорошей еде, — добавил Эдвин. — Садись.

Аманда села, а он подошел к ней, взял полотенце и стал обтирать ее ноги от песка.

— Спасибо, я бы и сама справилась.

Мужчина взглянул на нее, затем отдал ей полотенце, поднялся и отошел. Когда он вернулся, Аманда. протянула ему полотенце.

— Спасибо.

— Может, пообедаем где-нибудь?

— Я плохо одета для выхода в свет.

Ее брюки были вполне сносны для прогулки, но в хороший ресторан в таком виде ее бы вряд ли пустили.

Он осмотрел ее с ног до головы.

— Тогда нам придется поискать ресторан, в котором не беспокоятся о том, как выглядят посетители.

— А как насчет Чеда и Софи? Они будут ждать нас…

— Я просил их не беспокоиться, если мы не приедем к ужину.

Она молчала, и Эдвин продолжил:

— В общем, выбор за тобой.

Софи замечательно стряпала, но необходимость готовить для стольких человек сразу негативно влияла на разнообразие меню и вкусовые качества пиши. А в ресторане Аманда не была уже очень давно — со свадьбы.

— Ну… хорошо.

Эдвин въехал в город и некоторое время стоял, выбирая место, и решил наконец, что лучше пойти туда, где подают рыбу и другую морскую пищу. Такие рестораны, как правило, были небольшими частными заведениями, где никому не придет в голову рассматривать их одежду под микроскопом.

Было еще рано, и метрдотель предложил им выпить чего-нибудь в баре перед едой.

— Я заплачу за себя, — сказала Аманда.

Когда она достала кошелек, Эдвин положил на него руку и строго сказал:

— Убери это.

— Я не могу позволить…

— Это я не могу тебе позволить.

— Ты что, шовинист и гордишься этим?

— Нет, я знаю, что мужчины почитают за честь платить за женщину. Это галантность, знакомо словечко?

— Откуда, интересно, ты это взял?

— Прочитал в газете. А ты что, не читаешь газет?

— Да, но…

— Это правило хорошего тона — платить за даму, которую пригласил в ресторан, поскольку это свидетельствует о том, что тебе приятна ее компания.

— Я не уверена, что мне нравится твоя трактовка. И вообще это попахивает…

— А я бы не продолжал столь спорную мысль, окажись на твоем месте. — Морщинки вокруг глаз стали невидимыми, когда он сбросил улыбку с лица. — Что ты будешь пить?

7

Аманда сдалась.

— Ты открываешь дверь перед женщинами и отодвигаешь для них стулья. Это старомодно… но мило, — добавила она быстро.

— Помнишь, я рассказывал тебе о приемной матери. Она утверждала, что чем больше жизнь бьет человека, тем сильнее он должен придерживаться правил хорошего тона. Озлобиться и опуститься очень легко. Спасибо этой женщине, светлая ей память.

Его глаза потемнели, он поднял бокал и залпом осушил его.

— Память? Разве…

— Да, она умерла. Просто не хотел тебе говорить. Не тогда, позже. Я навещал ее несколько лет назад.

— Мне жаль. Ты был привязан к ней.

— Я уважал ее.

Эта поправка звучала прохладно.

— Ты не многих женщин уважаешь. — Она крутила ножку бокала между пальцев.

17

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org