Пользовательский поиск

Книга Молодость без страховки. Страница 28

Кол-во голосов: 0

Не спросив разрешения войти, Аврора ворвалась в кабинет Ибн Заде – в горле у неё пересохло, и она замахала руками, пытаясь изобразить взрыв. Эмин Хосе смотрел на неё восторженно-изумлённым взглядом.

– Авророчка, что случилось? Что случилось? Вас кто-то обидел? Вот, выпейте воды! – и он поднёс ей стакан газировки.

– Там! Там! В моём кабинете! На столе! – выпучив глаза от колючих пузырьков минералки, воскликнула она. – Бомба!

– Что?! Авророчка! Что вы такое говорите?! Какая бомба? Откуда она там у вас взялась? – поразился заместитель посла, и паника подчинённой, подобно вирусу, перекинулась на него.

– Откуда взялась – не знаю. Стоит на столе, в коробке, – задыхаясь от страха и волнения, наконец выпалила она.

– Аврора Владимировна, а с чего вы взяли, что это бомба? – тут же успокоившись и давясь от смеха, спросил Ибн Заде.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, – уверенно заявила наша героиня и не преминула рассказать заместителю посла страшную историю о заморской шпионке Эвелине с подкладными грудями и туфлями сорок третьего размера, которую автору нет смысла пересказывать во второй раз.

– О! Авророчка! Какой опасности вы подвергались! Я даже представить себе не могу, что бы было, если б вы вовремя не сказали об этом охраннику! Страшно предположить! – и Эмину Хосе стало действительно страшно – теперь он не мог вообразить свою жизнь без Авроры Метёлкиной!

– Так что ж мы тут с вами разговариваем – только время теряем. Ждём, когда посольство на воздух взлетит?! – возбуждённо воскликнула Аврора. Но Эмин Хосе подошёл к ней и, взяв её за руку, прошептал:

– Авророчка! Вы только не волнуйтесь! В вашем кабинете нет никакой бомбы. Понимаете?

– А вам-то откуда знать? – поразилась Аврора и уставилась на зампреда.

– Потому что это я вам небольшую посылочку собрал и утром, до вашего прихода, поставил на стол, – краснея, объяснял он.

– Зачем? – ещё больше удивилась Аврора.

– Ну как зачем? Вы хороший, перспективный работник, мы на вас возлагаем большие надежды... Это... Так сказать, в знак поощрения...

– Вы что, всем своим сотрудникам в знак поощрения взятки даёте?! – довольно резко спросила Метёлкина.

– Там, Авророчка, детские книги и фрукты. Всего-то, всего-то... Ничего особенного. Я прочёл вашу анкету в отделе кадров... Узнал, что у вас дочь шести лет... И подумал... – Эмин Хосе краснел, заикался, запинался, теребя длинным, непонятно для какой цели отрощенным ногтем мизинца шнур зелёной настольной лампы. – Короче, книги сейчас в большом дефиците, и я подумал, что ваша девочка будет им рада.

– Нет, я не приму ваш подарок, – отчеканила Аврора. – Ни к чему это.

– Не надо, не надо отказываться! Это всего лишь книги... Фрукты...

– Но почему мне? Мне-то почему? Я что, какая-нибудь особенная?

– Да, да, особенная! – с болью в голосе прошептал Ибн Заде. – Не вынуждайте меня, Аврора Владимировна, говорить то, чего нельзя! Что непозволительно говорить мне, старику! И тем более в этих стенах!

– Что говорить?! В каких стенах?! – изумилась Аврора, и брови её вскинулись от негодования.

Эти брови, а в особенности нитевидная вмятинка, образовавшаяся между ними, подействовали на Эмина Ибн Хосе самым неожиданным образом – он не выдержал и плюхнулся перед Авророй на колени.

– Плевать! На всё плевать! На эти стены, что имеют уши, на моё положение в обществе, на семью... На всё начхать! Авророчка, не отталкивайте меня! Милая, драгоценная, недосягаемая, прекрасная! Выслушайте меня! – молил он, ползая вокруг Метёлкиной – та пятилась назад, к двери, проклиная себя за то, что пришла к заместителю посла, что вообще согласилась тут работать. – Я понимаю! О великолепная! Эта отвратительная разница в возрасте! Сплетни пойдут... Слухи... Возможно, они уже пошли...

– Какие сплетни? О чём вы говорите?! Я вас не понимаю!

– Я скажу вам, Авророчка, я вам признаюсь! Только, прошу вас, не отталкивайте несчастного старика!

– Господи! Я ничего не понимаю! И потом, какой вы старик?! – Аврориному изумлению не было предела – до неё никак не могло дойти, отчего этот с виду здравомыслящий, солидный мужчина в самом расцвете лет, к тому же заместитель посла и депутат Верховного Совета, протирает коленками ковёр, ползая вокруг её юбки.

– Я люблю вас, Авророчка! Как только вы вошли ко мне в кабинет, я сразу же, поймите, с первого взгляда полюбил вас!

– Да что с вами?! Встаньте, поднимитесь немедленно! Вы бредите, что ли?! Нужно немедленно вызвать «Скорую», – нашлась Аврора.

– Ах! Нет лекарства от любви! Укол пирамидона не излечит меня от огромного, чистого, бессознательного чувства к вам! Именно бессознательного, потому что я, как только вас увидел, перестал сознавать, правильно оценивать окружающее. Всё, что до встречи с вами, Авророчка, мне казалось непреложным, правильным и незыблемым, теперь представляется глупым и ничтожным. Ничего не значащим в жизни! Подумать только, на что я потратил впустую так много времени! Да что там время! Всю жизнь я израсходовал, перевел на ерунду. На пустое. На то, чего на самом-то деле не существует, оказывается! Не из-за того я расстраивался, переживал, волновался! Жизнь моя, вся мною сделанная, мной самим выкованная, размеренная! Где главное – это покой, достаток, положение в обществе и страх, чтобы кто-нибудь чего-нибудь дурного не сказал ни обо мне, ни о моей семье ненароком. Вот! Вот на что была потрачена вся моя энергия, лучшие годы... Да, да! В те годы, когда я был полон сил и здоровья, ты мне, как назло, не встретилась. Представляешь, какая насмешка судьбы! Я жил подобно свече с отсыревшим фитилём – плавился, но не горел. Ты явилась как огонь, мгновенно высушив меня, воспламенив... Но от меня остался лишь огарок! Ты понимаешь, как мне горько, как обидно! Так мало времени осталось! – воскликнул Ибн Заде и посмотрел на Аврору своими прекрасными глазами, напоминающими чёрные оливки в консервной банке – сейчас «оливки плакали», в них застыли искренние, а потому драгоценные слёзы, переливающиеся, словно огранённые в бриллианты алмазы. – Увы, немного дней нам здесь побыть дано, – несколько патетично выкрикнул он. – Прожить их без любви и без вина – грешно. Не стоит размышлять, мир этот – стар иль молод: коль суждено уйти – не всё ли нам равно?

– Как красиво вы всё это говорите, – молвила Аврора и снова попросила Эмина Хосе подняться с колен, на что тот слишком уж эмоционально замотал головой в знак протеста.

– Н-да... – задумчиво пробормотал он и вновь принялся декламировать – вдохновенно, горячо, с чувством. – О судьба! Ты насилье во всём утверждаешь сама, беспределен твой гнёт, как тебя породившая тьма, благо подлым даришь ты, а горе – сердцам благородным. Или ты не способна к добру, иль сошла ты с ума?

– Как красиво, – повторилась Аврора. – Это вы сами написали?

– Если бы! Нет, – засмеялся Ибн Заде. – Это великий Омар Хайям!

– Но встаньте, встаньте с колен! Нехорошо человеку вашего положения ползать на четвереньках всё утро!

– Ах, Авророчка! Я не на четвереньках ползаю – я на коленях перед вами стою! И мне это приятно! Я б всю оставшуюся жизнь вот так бы простоял, только б вы были рядом! На горохе бы голыми коленками стоял сколько угодно! Но... – Эмин Заде наконец поднялся с пола и произнёс с невыразимой печалью, что исходила из самого его, раненного стрелой Амура, сердца: – Да и потом... Я понимаю, конечно... Должен понимать, по крайней мере, что не может быть ничего общего между ослепительно красивой молодой девушкой и лысым стариком, – с безнадежностью в голосе заключил свою тираду Эмин Ибн Хосе и тут же спросил: – А кто, Авророчка, вас провожал сегодня до посольства? Не бывший ли муж? Нет? Вы с ним случайно сходиться не собираетесь?

– Что? – словно просыпаясь после продолжительного сна, спросила Аврора. – Ах нет! Я не знаю этого человека...

– Не знаете того самого мужчину, который схватил вас за руку, когда вы открывали дверь посольства? – недоверчиво спросил Ибн Заде.

28

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org