Пользовательский поиск

Книга К истории экономического развитие Голландии в XVI-XVIII веках. Страница 27

Кол-во голосов: 0

Новым было появление крупных предпринимателей в торговле сукном и в суконной промышленности{300}. Они сумели предоставлением материалов и денег сделать зависимыми от себя бывших до того самостоятельными мелких производителей. Постепенно крупные предприниматели стали стремиться к тому, чтобы еще более прибрать производство в свои руки. Они перешли к найму ткачей и размещению их в более крупных мастерских. Этим достигалось улучшение контроля над производством, которым они руководили или сами, или же при посредстве мастеров[97]. Эти крупные предприятия принадлежали обычно не одному предпринимателю, а целой группе. Постепенно такие, вначале лишь немногочисленные, предприятия все более укрупнялись по размерам и капиталу. Тем не менее численно все еще преобладали отдельные мастера, работавшие с ограниченным числом рабочих. Они находились преимущественно в зависимости от амстердамского торгового капитала — зависимость, которую де ла Курт{301} так порицал в лейденской текстильной промышленности.

Нерешенным остается вопрос, удалось ли этим крупным предпринимателям стать независимыми от амстердамской торговли.

Для того духа, который господствовал в лейденской текстильной промышленности, показательно, что подмастерья суконной промышленности уже очень рано стали проявлять стремление к объединению и к совместному выступлению для защиты своих интересов. В 1637 г. имели даже место многократные забастовки. В связи с этим предприниматели-суконщики различных голландских городов со своей стороны объединились в так называемый «Droogs-cheerders-Synode» — «Съезд суконщиков»{302}.[98] Подмастерья-ткачи также объединились в 1643 г., вначале лишь для оказания помощи своим нуждающимся товарищам.

Подъем лейденской текстильной промышленности продолжался до второй половины XVII в.{303}. Расцвет ее стоял в тесной связи с развитием международной торговли в XVII в. Лейденская промышленность сбывала свою продукцию в Польшу, Пруссию, Померанию, Италию, Испанию, в обе Индии и в Левант{304},[99]

В конце столетия голландские производители сукна пытались импортировать свои товары в Венецию, но встретили отпор со стороны мануфактуристов Тревизо{305}. В середине XVII в. конкуренция усилилась, причем высокое налоговое обложение, вызванное войнами, которые вела республика, очень ощутительно давило на промышленность. В 1663 г. по инициативе лейденских предпринимателей был изучен вопрос о вреде, который приносило налоговое обложение промышленности, и о мерах, необходимых для устранения этого вреда. Однако дело ограничилось одним лишь обсуждением.

В это время протекционистские взгляды еще не преобладали среди предпринимателей текстильной промышленности, наоборот, Дордрехт высказался против репрессивного обложения заграничных сукон, так как это противоречило принципам свободной торговли. Он рекомендовал освободить импортную шерсть от всякого обложения, снизить лицентный сбор, а также налоги на предметы потребления и добиться по возможности свободного ввоза голландских изделий в чужие страны. Таких же взглядов придерживался и Амстердам. Амстердамское адмиралтейство высказалось против запрещения ввоза заграничных сукон и их слишком высокого обложения, а также против очень высокого обложения вывозной шерсти{306}. В Лейдене, однако, относились отрицательно к таким взглядам на свободную торговлю: здесь заботились лишь о развитии своего собственного производства[100].

В этом отношении Лейден имел прекрасные перспективы. В 1664 г. лейденская текстильная индустрия достигла высшего уровня по объему производства. В 1651 г. через различные контрольные палаты прошло 103 тыс. кусков сукна, в 1662 г. — 133 тыс., в 1664 г. — 144 тыс. кусков. Затем продукция снизилась, и в 1671 г. было произведено всего лишь 139 тыс. кусков сукна{307}.[101] Это совпало с разными протекционистскими мероприятиями со стороны Франции, которая увеличила пошлины на голландские сукна с 3 до 6 гульд. в 1632 г., до 30 — в 1654 г., до 40 — в 1664 и до 100 гульд. — в 1667. Последний удар, от которого лейденская текстильная промышленность так и не смогла оправиться, она получила в несчастном 1672 г.[102] С этого времени продукция отдельных ее отраслей начала быстро снижаться. Лучше всего обстояло дело с производством сукна, полукамвольное же производство, а также производство плотного шелка в конце столетия пришло в упадок. Тем не менее лейденская текстильная промышленность все еще была ведущей; но зависимость ее от амстердамской оптовой торговли тем не менее сохранялась. Большое влияние и силу в суконной промышленности и производстве плотного шелка Лейдена приобрели крупные предприятия. Они стремились, насколько возможно, держать рабочих в подневольном положении. В результате в 1672 г. произошли волнения, которые городским властям лишь с трудом удалось подавить. Избегнуть в будущем подобных волнений власти пытались путем установления шкалы заработной платы{308}.

Сказывалась также и внутренняя конкуренция. Так, в Кампене, в ущерб Лейдену, большое развитие получило производство одеял; в Амстердаме старались развивать крашение, а на занландских сукновалках производилось валяние большей части лейденского сукна. Наплыв в Лейден гугенотов в 1685 г. доставил городу большое число неимущих рабочих, но относительно мало крупных предпринимателей. Последние организовали производство чулок, но это не вдохнуло новой жизни в лейденскую промышленность{309}.

В техническом и организационном отношениях XVIII в. был временем полнейшего застоя в этой промышленности. Продукция все более и более сокращалась и составляла к концу столетия 27–28 тыс. кусков. В совершенный упадок пришло производство сукна, полукамвольных тканей и плотного шелка; сохранилась лишь фабрикация менее ценных тканей: подкладочных и бумазеи. Этот упадок частично объяснялся усиливавшейся протекционистской политикой других стран, а также тем, что французская суконная промышленность успешно конкурировала с лейденской также и вне Франции. К старым конкурентам шерстяной промышленности: Лимбургу, Ахену, Вервье, Льежу прибавились новые, а именно шерстяная промышленность в генералитетной земле — в Тилбурге и Остергауте. Своей низкой заработной платой они уменьшали конкурентоспособность лейденской промышленности. В Лейдене стал даже ощущаться недостаток рабочих рук{310}. Однако лейденские предприниматели быстро приспособились к создавшимся условиям и перенесли некоторые производственные процессы, такие, как прядение, ткачество, частично даже валяние, в Брабант, где эти процессы производились за их счет. Аппретура продолжала производиться в Лейдене[103]. Когда же предприниматели стали переносить производство в Брабант и стали использовать там весь накопленный опыт более усовершенствованной техники и торговли, брабантская промышленность получила большие преимущества перед лейденской и начала вытеснять последнюю с рынков[104]. Надо еще учесть то влияние, которое оказывал ввоз английского сукна, в больших масштабах производившийся в XVIII в. при посредстве английских купцов-контрабандистов, не входивших в компании (interlopers); сукно это раскупалось коммерсантами портовых городов{311}. Ввоз английского сукна много способствовал упадку голландской суконной промышленности. Наконец, в середине XVIII в. изменилась также и мода: уменьшился спрос на тяжелые материи; кроме того, новый класс потребителей не в состоянии был приобретать дорогие сукна для одежды и дорогие драпировочные материалы для обивки мебели: сбыт более дешевых и грубых материй расширился{312}.

Были сделаны попытки искусственными средствами задержать этот упадок, например регулированием заработной платы. Но это столь же мало послужило делу, как и попытки помочь промышленности, оказавшейся в тяжелом положении, при посредстве протекционистских мер, изданием, например, в 1736 г. запрещения вывозить мытую и крашеную шерсть{313}.[105] Так же мало помогали и попытки увеличить внутреннее потребление. В 1701, 1704, 1706, 1707 гг. штаты Голландии выносили постановления об изготовлении одежды для милиции только из отечественных материй{314}, а в 1749 г. штатгальтер Вильгельм IV издал такое же распоряжение в отношении всего населения. В 1753 г. это распоряжение было даже усилено{315}. Тем не менее путешественник, посетивший в 1759 г. Лейден, констатировал, что размеры продукции суконной промышленности города составляют лишь одну треть прежнего{316}, а по другому сообщению, от 1783 г., оказывается, что лейденское сукно — хорошего качества, но слишком дорогое и что сукна Ахена, Лимбурга, Юлиха, Вервье на 8–10% дешевле{317}. Так, к концу XVIII в. некогда цветущий город оказался в состоянии полного — застоя вследствие упадка главной отрасли его промышленности.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org