Пользовательский поиск

Книга Завтра нас похоронят. Содержание - 2. Влюблённый

Кол-во голосов: 0

— Вы сдурели? Я плачу вам за живых, а не за мёртвых! И точно не за то, чтобы вы швыряли трупы на машины полиции. Особенно Рихарда Ланна!

— Никто не просил его соваться в чужие дела! — огрызнулась девушка. — А ту девчонку всё равно было не спасти, Леон не рассчитал силы и, кажется, у неё лопнула селезёнка или ещё что-нибудь. Она харкала кровью.

Сильва почувствовала лёгкую тошноту и отступила на шаг. Отец сжал кулаки:

— Их не нужно было убивать. И вообще бить. Вы что не могли устроить засаду и выкрасть двух или трёх человек? Теперь на месте базы шляется ублюдок Байерс со своими людьми! Не говоря уже о Ланне.

Джина фыркнула и пожала плечами:

— Они нас никогда не найдут. По крайней мере… — улыбка снова тронула губы, — в ваших интересах, чтобы так было, иначе…

Отец раздражённо махнул рукой:

— Знаю. И всё же впредь я настоятельно требую осторожности. Никакой полиции. И никаких лишних смертей. Залечь на дно, пока я снова вам не позвоню.

Девушка дурашливо надула губы:

— А я только вошла во вкус… — протянув руку, она погладила по щеке стоящего рядом молодого человека, — и Леон тоже.

— Фройляйн Кац! — отец повысил голос. — Я думаю, мне не нужно напоминать вам…

— А может, нужно? — девушка подмигнула. — Я люблю с вами говорить. Вообще со всеми, кому я противна… — Отец молчал. Сильва ждала, ничего не понимая. Наконец девушка пожала плечами: — Ну ладно. Когда они все передохнут от ваших экспериментов, звоните нам… а мы пока поищем другие развлечения. Леон, идём.

Она развернулась, чтобы уйти, и тут отец вдруг схватил её за руку и резким движением повернул к себе:

— Никаких развлечений. Поняли? Сидеть тихо. Иначе я зайду в подвал и поверну пару ручек на той машине. Я могу оборвать любую связывающую вас линию силы… — теперь уже он улыбался отразившемуся на лице девушки неподдельному ужасу, — а вы даже не поймёте, почему умираете. Так что лучше сидите тихо и не злите меня.

Девушка прищурилась:

— Как скажете…

И, не прощаясь, решительно вышла за дверь. Молодой человек по имени Леон исчез следом. Отец, тяжело дыша, смотрел на бушевавшую за окном грозу. Вскоре рёв мотора возвестил о том, что ночные посетители уехали.

Сильва вернулась в комнату и легла. Сердце её учащённо билось, она ничего не понимала. Кто это был? Почему они так резко говорили с отцом, и чем он им угрожал? Они ведь боялись его… Но и он боялся их? Кого они убили? И что если они убьют отца?

2. Влюблённый

Гертруда Шённ всегда и всё делала сама, несмотря на то, что была президентом. Кроме одного… она иногда разрешала ему расчёсывать свои длинные волосы светло-рыжего оттенка. И он любил такие дни.

Сегодня, когда молчаливая девушка — личный секретарь Гертруды — провела Вильгельма Байерса через несколько просто обставленных комнат в личный будуар президента, начальник Управления по особо важным делам увидел, что женщина всё ещё одета в халат и прячет волосы под сеткой.

Без косметики, недавно проснувшаяся, она была очень красива, несмотря на свой возраст. Байерс не видел этих сорока девяти лет. Нет… Гертруда Шённ выглядела на тридцать… может, чуть больше. И Вильгельм любовался ею, чувствуя себя мальчишкой. Рука, пожавшая его руку, была такой нежной на ощупь, и её не хотелось выпускать.

— Доброе утро, — она улыбнулась. — Как обстановка в моей стране?

Привычное приветствие, привычный вопрос. Байерс ответил:

— Страна спала спокойно. Почти… — Байерс погладил своего попугая, как обычно сидящего в одном из карманов пиджака. Машинальное движение, помогающее взять себя в руки, даже несмотря на то, что Поли тут же тяпнул его клювом за палец.

Гертруда засмеялась и указала на стул:

— Подождите немного. И выпустите вашего чудного попугая.

Она вышла в соседнюю комнату. Вильгельм Байерс помог Поли выбраться из кармана. Попугай тут же начал носиться по комнате — начальник управления видел, как блестит в воздухе механическое крыло, сконструированное из самого лёгкого из возможных сплавов. Поли уже вылупился однокрылым, таким Байерс его и купил на рынке в каком-то убогом пригороде. И ему стоило большого труда и больших денег найти сначала нужного инженера, а потом и нужного хирурга. Но попугай напоминал Вильгельму его самого. И был надёжным другом. Намного надёжнее, чем люди.

В ожидании президента Вильгельм стоял, невольно оглядывая комнату. Насколько он знал, это было единственное место в доме, где Гертруда Шённ позволила себе роскошь — мягкую мебель с ножками из красного дерева, огромное, в полстены, зеркало, резные шкафы и бархатные занавески на окне… истинная женщина. Вильгельм улыбнулся. И, наверно, ни в одной другой стране президент не принимает министров и других подчинённых в личном будуаре.

— Вы не заснули?

Она, одетая в простое светло-бежевое платье с глухим воротником, появилась на пороге. Волосы были распущены, но не расчёсаны. Госпожа Президент протянула Байерсу деревянный гребень:

— Поможете мне? Вам я доверяю как никому, у вас самые длинные волосы в министерстве, и вы знаете, как с ними обращаться.

Он невольно рассмеялся и кивнул. Женщина опустилась на обитый бархатом пуфик, спиной к начальнику управления. Коснувшись длинных прядей, он спросил:

— Хотите узнать подробнее о вчерашнем инциденте с базой крысят?

— А вам есть что рассказать?

— Только одно. Судя по всему, за этим стоят Коты.

Она вздрогнула. Вильгельм продолжил:

— Они всё разнесли и увели детей, оставив трёх убитых. А один труп бросили на капот машины Рихарда Ланна.

— Ричи, боже мой… — прошептала она. Байерс ощутил укол ревности.

Старый полицейский не вызывал у начальника управления неприязни… но за один тон, которым Гертруда Шённ произносила это имя, хотелось пустить пулю ему в лоб.

— Вы с ним договорились о сотрудничестве?

— Да, фрау, — он осторожно расчесал ещё несколько прядей. — Будем ловить Котов вместе.

— А придумали что-нибудь для защиты… детей?

— Увы. Пока нет такой возможности. Я просто не знаю, как… — он запнулся. — Люди их боятся. Даже Рихард Ланн.

— У Рихарда есть для этого причины… — она чуть повернула голову. — Он слышал, как умирала его жена. Правда, я до сих пор иногда задаю себе вопрос, почему он не умер сам и почему не умер Леонгард…. Ведь теоретически… у них у обоих были дети.

— Я знаю, фрау. А… — поколебавшись, он всё же спросил. — Вы знаете, где они сейчас?

Она вздохнула:

— Аннет, дочка Ричи, убежала в ночь Рождества. А что касается дочери Леонгарда… — голос дрогнул, — нет, я не знаю, где она. Я её никогда не видела. Может, умерла, может, тоже сбежала.

После этого они надолго замолчали. Гертруда слегка опустила голову и закрыла глаза. Вильгельм продолжал расчёсывать её волосы. В очередной раз у него мелькнула странная мысль — Госпожа Президент была очень похожа на прекрасную императрицу, чьи портреты до сих пор украшали многие музеи этой страны. Та женщина тоже появилась на престоле словно из ниоткуда… чтобы спасти страну от краха. Он незаметно взял одну прядь и поднёс к губам. Как нежный шёлк.

— Вильгельм… — прервав молчание, позвала Гертруда.

— Да, Госпожа Президент? — откликнулся он, выпрямляясь. И тут же услышал смешок: она не очень любила, когда её так называли.

— Я ведь помню, что у тебя остались ещё какие-то связи в той стране, откуда ты приехал и где учился, верно? — как нередко и бывало, она сбилась на «ты». — Ты работал…

— В штабе начальника службы разведки, — кивнул он. — Совсем недолго, проходил стажировку до того, как… родители погибли. Но там остались другие люди из моего военного колледжа. Возможно, они уже получили более высокие звания.

— Не сомневаюсь… — по голосу он знал, что она улыбается. — Если они такие же умные, как ты, Вильгельм.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org