Пользовательский поиск

Книга Рим. Роман о древнем городе. Содержание - Глава V. Двенадцать Таблиц

Кол-во голосов: 0

Воины беспокойно переглядывались, но дисциплина была такова, что ни возражений, ни вопросов не прозвучало.

– Мы поворачиваем назад. Просто проедем сквозь войско вольсков и двинемся дальше.

– А вольски? – спросил Тит.

– Если они захотят напасть на Рим, то пусть нападают.

– Сами они никогда этого не сделают! Ты их талисман. Только Кориолан может привести их к победе.

– Тогда, наверное, они повернут назад.

Гней щелкнул поводьями и поехал вперед. Римский авангард последовал за ним, Тит пристроился рядом с Гнеем. Пешие солдаты вольсков расступились, давая путь всадникам, на которых взирали в удивлении и растерянности.

– Это все та старуха! Она настроила своего сына против нас!

– Кориолан покидает нас!

– Невозможно!

– Посмотри сам!

– Но зачем он нас сюда привел?

– Это ловушка! Кориолан заманил нас сюда, чтобы отдать в руки римлян! Здесь, должно быть, засада!

Ужас и ярость стремительно распространялись по рядам солдат. Титу показалось, что они едут над морем гневных лиц. Рев этого моря становился все громче и громче, волнение его делалось все более бурным.

– Поворачивай назад, Кориолан! – кричали вольски. – Поворачивай назад! Веди нас! Или…

Камень ударился о шлем Тита, в ушах зазвенело. Ему снова вспомнился тот день, когда после попадания дубинки он едва не свалился с Тарпейской скалы и Гней спас ему жизнь. Как и тогда, мир вокруг него стал каким-то странным, похожим на сон и отдаленным.

Новые камни забарабанили по его доспехам, но Тит почти не ощущал ударов. Между тем вольски, начав с камней, выхватили мечи. Конные римляне поступили так же, но и лязг железа звучал в ушах Тита как-то приглушенно. Потом, с отстраненным удивлением, он увидел чужую кровь на собственном мече и почти сразу же ощутил жгучую боль в боку. Мир завертелся вокруг него и повернулся вверх тормашками. Тит смутно понял, что, должно быть, падает с коня, но удара о землю так и не почувствовал.

* * *

По прошествии недолгого времени сенат Рима издал указ об объявлении дня спасения города от Кориолана Днем благодарения. В этот день особые почести должны воздаваться отважным женщинам Рима, которые добились того, что оказалось не по силам ни оружию, ни дипломатии.

Это решение далось легко. Зато потом разразились споры.

Яростная дискуссия развернулась вокруг судьбы Ара Максима. Испокон веку алтарь Геркулеса находился на попечении семей Пинариев и Потициев, наследственных жрецов, которые проводили совместную службу в его праздник. Но после бесчестия, которое навлек на свою семью Тит Потиций, допустимо ли было позволить этой семье остаться хранителями алтаря, или надлежало передать эти обязанности кому-то другому, скорее всего жрецам, назначаемым государством?

Аппий Клавдий был среди тех, кто заявлял, что государство не имеет права вмешиваться в религиозные традиции, которые возникли задолго до государства. Сам Геркулес избрал эти две семьи хранителями его святилища, и никакие указы или законы не могут отменить ясно выраженное желание бога. Так, во всяком случае, он заявлял публично. В частных беседах Клавдий говорил своим собратьям, что зять навлек на него невыносимый позор: отрекся от дочери и внука. Клавдий объявил, что, пока он или любой потомок, носящий его имя, имеет какое-то влияние на государство, ни один человек с именем Потиций никогда не будет избран на высокий пост.

Аргументы Клавдия убедили сенат, и за Потициями сохранили права наследственных жрецов. Однако новоизбранный консул Публий Пинарий при этом заявил, что его семья не станет служить вместе с опозоренными Потициями.

– После стольких поколений служения мы отказываемся от своего права быть хранителями алтаря. Пусть Потиции занимаются этим сами.

В высших кругах Рима много говорили об этих двух патрицианских семьях и о причудах Фортуны, которая вознесла Пинариев, в лице консула Публия, к вершинам республиканской власти и низвергла Потициев из-за навлекшего на семью бесчестье Тита.

* * *

Прошли годы, и как-то раз в нескольких милях к югу от Рима случайно оказался один бродяга. То был человек без гражданства, без роду и племени, обреченный вечно скитаться, полагаясь на милосердие незнакомцев. То был сломленный человек, без надежд и мечтаний. В этих краях он не бывал много лет.

Кажется, здешние места были ему смутно знакомы. Однако на его памяти маленького, незатейливого, но со вкусом построенного и отделанного храма возле дороги не было. На ступени крыльца присел отдохнуть мальчишка-пастух.

– Скажи, – обратился к нему бродяга, – что это за храм? Какому богу он посвящен?

Сперва мальчик посмотрел на странника с опаской, но потом понял, что седой незнакомец безобиден.

– Не богу, а богине. Фортуне, первой дочери Юпитера. Это ведь она определяет, кому в жизни повезет, а кому нет.

– Я, кажется, припоминаю, в Риме много таких храмов, – заметил бродяга с неясной тоской в голосе.

– Но этот храм особенный, не такой, как другие. Его называют храмом Фортуны Малиебрис, Фортуны женщин.

– А почему так?

– Уж не знаю, поверишь ли, но его строительство оплачено женщинами Рима. Видишь ли, это то самое место, где они остановили и заставили повернуть назад изменника Кориолана.

– Правда? – произнес бродяга с дрожью в голосе.

– Воистину так. А потом женщины решили, что в ознаменование такого события здесь следует воздвигнуть храм. Сенаторы и жрецы одобрили их решение, и женщины сами собрали деньги на его строительство. Красивое здание, правда?

– Правда! – Бродяга смотрел на строение с восхищением. – Знаешь, я ведь сам был раньше строителем.

– Ты? Строителем? – Пастух с недоверием посмотрел на его лохмотья, потом хлопнул себя по бедру и рассмеялся. – А я раньше был сенатором! Но мне это надоело и вот теперь, как видишь, пасу паршивых овец.

Значит, это то самое место. На Тита нахлынули так долго подавляемые воспоминания. Смутно вспомнилось, как он был свидетелем кровавого конца Гнея: даже величайший воин Италии не мог выстоять против всей армии, которую сам обучил бою. По крайней мере, Гней погиб, сражаясь. Смутно – хвала богам, только смутно! – Тит помнил пытки, которым вольски подвергли его, прежде чем отпустить. Все это казалось очень далеким, как почти забытый сон. Все дни его жизни казались такими, даже вчерашний день, даже сегодняшний.

– Если хочешь посмотреть на храмы, – сказал пастух, – пройди немного к вершине холма. Оттуда можно увидеть город. Самое высокое сооружение, которое увидишь, – это храм Юпитера. Вот уж это – всем храмам храм! Он венчает Капитолий, как корона голову царя. Даже отсюда можно увидеть, какой он величественный. Идем, посмотришь.

Сердце Тита взволнованно забилось, и он по привычке, оставшейся даже по прошествии стольких лет, потянулся к груди, к амулету Фасцина, которого, конечно, там не было и быть не могло, ведь он оставил его спящему сыну в ту ночь, когда покинул Рим. Как, интересно, сложилась его судьба? Жив ли он? Процветает ли? Исполняет ли древние обряды у алтаря Геркулеса, как его предки?

– Иди вперед, – молвил пастух. – Поднимись на возвышенность и полюбуйся городом.

Бродяга ничего не сказал, но вдруг повернулся и зашагал в противоположном направлении.

Глава V

Двенадцать Таблиц

450 год до Р. Х

– Еще тост! – объявил Луций Ицилий.

– Что? Еще один?

Луций Виргиний от души рассмеялся.

Этот широкоплечий мужчина, сущий медведь, обожал вино и испуг изображал ради забавы.

– Поскольку вы мои гости, я по праву хозяина настаиваю, – промолвил Ицилий и взмахом длинной, костистой руки велел служанке снова наполнить чаши.

Повод был радостный – обед в честь предстоящего бракосочетания сына Ицилия, молодого Луция, с Виргинией, дочерью Виргиния. Этот брак был задуман как союз двух самых видных плебейских фамилий Рима. Виргинии были заметны в истории города почти так же долго, как иные патрицианские семьи, а представители ветви Луция, хоть и не могли похвастаться богатством, проявили доблесть и стяжали немалую славу в недавних войнах с сабинянами и эквами. Луций Виргиний не посрамил своих предков. Ицилии являлись семьей состоятельной, политически активной, полной энергии и честолюбия. Мужчины из обеих фамилий исполняли должности народных трибунов.

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org