Пользовательский поиск

Книга Благородный Дом. Роман о Гонконге. Книга 2. Рискованная игра. Содержание - Глава 63

Кол-во голосов: 0

Кросс улыбнулся без тени юмора:

– А как же… Что скажешь о тайном финансировании революции в Индонезии?

– О боже…

– Да-да. А как насчет копий распоряжений о переводе денег в один из французских банков, на счет весьма важной вьетнамской четы – за особые услуги?

Лицо Роузмонта покрылось бледностью.

– Что еще?

– Разве этого недостаточно?

– А есть еще?

– Боже мой, Стэнли, конечно есть. Ты же понимаешь, и мы понимаем. Что-то еще будет всегда.

– Мы можем получить это сейчас?

– А что получим мы? – вмешался Синдерс.

Роузмонт пристально посмотрел на них:

– За ланчем мы…

Приемник затрещал и ожил.

– Объект получил багаж и выходит из зоны таможенного досмотра, направляется к стоянке такси… Теперь он… Теперь он… а-а, его встречают, китаец, хорошо выглядит, дорогая одежда, не узнаю, кто это… Они идут к «роллс-ройсу», номера гонконгские… а-а, это лимузин отеля. Садятся в машину.

– Оставайтесь на этой частоте, – проговорил Кросс в микрофон и перешел на другую. Послышались статические помехи, приглушенный шум движения.

Роузмонт просиял:

– Вы установили «жучки» в лимузине?

Кросс кивнул.

– Великолепно, Родж. Я бы про это и не вспомнил!

Они прислушались, и до них ясно донеслось:

– …любезно встретить меня, Ви Си, – говорил Банастасио. – Черт, зачем нужно было тащиться в такую да…

– О, мне это ничего не стоит, – отвечал вежливый голос. – Можем поговорить в машине, тогда тебе, возможно, не придется заходить в офис, а потом в Ma…

– Конечно, конечно, – перебил его американец. – Слушай, Ви Си, у меня есть тут кое-что для тебя…

Что-то зашуршало, а потом всю частоту забила высокая ноющая помеха, заглушившая и звуки, и голоса. Кросс тут же переключился на другую частоту, но там все было в порядке.

– Черт, он заблокировал нас с помощью портативной бритвы, – сплюнул Роузмонт. – Этот ублюдок – профи! Пятьдесят баксов против выщербленного цента, что плакали все наши «жучки», и сотня, что, когда мы снова услышим их, это будет, черт побери, пустая болтовня. Я говорил тебе, Банастасио из крутых.

Глава 63
10:52

– Тайбань, звонит доктор Сэмсон из Лондона. Он на линии три.

– О, спасибо, Клаудиа. – Данросс нажал на клавишу. – Приветствую, доктор! Поздно же вы ложитесь.

– Только что вернулся из больницы – извините, что не позвонил раньше. Вы звонили насчет вашей сестры, миссис Гэваллан?

– Да, как она?

– Как вам сказать, сэр… Мы начали еще одну обязательную серию исследований. Должен отметить, что ее душевное здоровье не вызывает тревоги. А вот физическое состояние, боюсь, не такое хорошее…

Сердце Данросса упало. Он выслушал подробные объяснения доктора о рассеянном склерозе, о том, что никто, вообще-то, толком не знает природы этого недуга, что способа лечения еще не найдено и что течение болезни необратимо: в случае ухудшения вернуть больного в прежнее состояние с помощью известных на сегодняшний день медикаментов уже невозможно.

– Я взял на себя смелость обратиться за консультацией к профессору Клинбергу из клиники Лос-Анджелесского университета – он всемирно известный специалист по этому заболеванию. Поверьте, мы сделаем для миссис Гэваллан все, что в наших силах.

– У меня сложилось впечатление, что вы ничего с этим поделать не можете.

– Ну, не все так уж плохо, сэр. Если миссис Гэваллан будет осмотрительна и благоразумна, она сможет вести нормальную жизнь еще много лет.

– А сколько это – «много лет»?

Последовало долгое молчание.

«Ох, Кэти, бедная Кэти!»

– Не знаю. Все в руках Господа, мистер Данросс. Разное бывает. В случае миссис Гэваллан я смогу дать вам более конкретный ответ месяцев через шесть, вероятно к Рождеству. А пока я оформил ее как пациента системы общенационального здравоохранения, так что…

– Нет, доктор Сэмсон. Она должна быть частным пациентом. Прошу вас высылать все счета мне в офис.

– Мистер Данросс, это никак не повлияет на качество предоставляемых мною услуг. Ей лишь придется немного подождать у меня в приемной, а в больнице лежать в общей палате, а не в отдельной.

– Прошу вас, оформите ее как частного пациента. Я настаиваю, и ее муж, уверен, поддержит мою просьбу.

В трубке послышался вздох, и Данросса это взбесило.

– Очень хорошо, – сдался врач, – у меня есть все номера ваших телефонов, так что, как только профессор Клинберг проведет осмотр и обследование будет завершено, я тут же позвоню.

Данросс поблагодарил и положил трубку. «Ох, Кэти, бедная милая Кэти!»

Сегодня с утра пораньше он поговорил с ней и с Пенелопой. Кэти сказала, что чувствует себя значительно лучше и что Сэмсон оказывает ей большую поддержку. А Пенн отметила, что Кэти выглядит очень усталой.

– Что-то не нравится мне это, Иэн. Есть ли надежда, что ты сможешь вырваться сюда на недельку-другую до десятого октября?

– Пока нет, Пенн, но кто его знает.

– Как только Кэти выйдет из больницы, я отвезу ее в Эвисъярд. Крайний срок – будущая неделя. Там ей станет лучше. Не волнуйся, Иэн, ты же знаешь: дóма и стены помогают.

– Пенн, будешь в Эвисъярде, сходи за меня к Душеотводному Дереву.

– Что-то случилось? – В ее голосе зазвучала озабоченность.

– Ничего, дорогая, – успокоил он, думая о Жаке и Филлипе Чэне: разве ей скажешь про них? – Ничего особенного, все то же самое. Просто передай привет настоящему Душеотводному Дереву.

– А что, наш палисандр уже ни на что не годится?

– О нет, с ней все в порядке, но это разные вещи. Может, привезешь черенок сюда, в Гонконг?

– Нет. Пусть лучше растет на родной земле. Тогда тебе придется приезжать домой, верно, Иэн?

– Можно сделать за тебя ставку сегодня?

Снова пауза.

– Десять долларов на любую лошадь. В твоем выборе я уверена. Я всегда в нем уверена. Позвони завтра. Я люблю тебя… Пока.

Он вспомнил, как она в первый раз сказала «люблю» и как отказывалась выйти за него, пока он не вытянул из нее правду.

«О господи, Иэн, я тебе не пара. Ты – из высшего класса, а я нет. Раньше я даже говорила иначе. Пока в начале войны меня не эвакуировали в сельскую местность. Боже мой, до этого я только два раза выезжала из Лондона, да и то к морю. Меня поселили в дивном старом поместье в Хэмпшире вместе с девушками из Байкуллы, чудесной частной школы с пансионом для девочек. Тогда царила такая неразбериха, Иэн. Всю мою школу вывезли неизвестно куда, одна я попала к девочкам из Байкуллы и только там обнаружила, что говорю не как они, по-другому. Видишь, иногда я даже об этом забываю! Боже, ты представить не можешь, как ужасно в столь юном возрасте осознать, что… что ты простолюдинка и говоришь как простолюдины, что в Англии существуют такие безмерные различия и даже наша речь пролагает между нами пропасть!

О, как я старалась подражать остальным! Они мне помогали, а одна учительница относилась ко мне просто чудесно. Я с головой ушла в новую жизнь, их жизнь, и поклялась совершенствовать себя, чтобы никогда не возвращаться к прошлому, никогда, никогда, никогда… И не вернулась. Но за тебя, мой дорогой, я выйти не могу. Давай останемся любовниками. Мне никогда не стать ровней тебе».

Но прошло время – необходимое для нее время, – и они поженились. Ее убедила бабка Данросс. Пенелопа согласилась, но лишь после того, как сходила к Душеотводному Дереву, одна. Он так никогда и не узнал, что она там говорила.

«Повезло мне, – думал Данросс. – Лучшей жены не найти никому».

Вернувшись с ипподрома на рассвете, он работал не поднимая головы. Полсотни телеграмм. Десятки звонков из разных стран. Бесчисленные местные звонки. В половине десятого он позвонил губернатору, чтобы сообщить о предложении Типтопа.

– Мне нужно проконсультироваться с министром, – сказал сэр Джеффри. – Самое раннее, когда я смогу это сделать, – четыре часа пополудни. Нужно сохранить все в абсолютной тайне, Иэн. Господи, надо думать, Брайан Квок для них очень важен!

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org