Пользовательский поиск

Книга Благородный Дом. Роман о Гонконге. Книга 2. Рискованная игра. Содержание - Понедельник

Кол-во голосов: 0

Внимание снова привлек отблеск света на плите. «Если она рядом, значит я по-прежнему в кухне. Ну и где там стояла плита?» Сев, он попытался восстановить в памяти планировку квартиры. «Плита была встроена в стену напротив большого разделочного стола, напротив окна и около двери, а еще возле двери стоял большой холодильник, и за сто… Черт, если я на кухне, здесь должна быть еда и пиво, и я легко могу протянуть целую неделю! Господи, еще бы немного света. Был ли на кухне фонарик? Или спички? Спички и свеча? Постой, минуточку… Точно, на стене рядом с холодильником висел фонарик! Орланда еще говорила, что у них вечно вышибает пробки, а иногда отключают электричество и… и, точно, спички были в ящике стола на кухне, много спичек, когда она зажигала газ. Газ…»

Бартлетт остановился и потянул носом воздух. Нос был ушиблен и заложен, он попытался прочистить его. Потом снова принюхался. Запаха газа не ощущалось. «Хорошо, хорошо», – приободрился он. Ориентируясь по плите, он обшарил все вокруг дюйм за дюймом, но ничего не нашел. Еще через полчаса поисков пальцы наткнулись на какие-то консервные банки, а потом на банки с пивом. Вскоре он обнаружил их целых четыре. Они еще были холодные. Он открыл одну, попивая понемногу, из экономии – возможно, придется ждать не один день, – и ему стало намного лучше, потому что, откровенно говоря, сидеть здесь внизу во мраке было жутковато: развалины поскрипывают, ты замурован черт-те где, то и дело падают обломки, время от времени доносится вой сирен, капает вода, и отовсюду слышатся странные, леденящие душу звуки. Рядом вдруг заскрипела балка, на которую сверху давили тысячи тонн. Она опустилась на дюйм. Бартлетт затаил дыхание. Движение прекратилось. Он снова прихлебнул пива.

«Ну и что делать – ждать или пытаться выбраться? – заволновался он. – Помнишь, старик Спэрджэн всегда уходил от этого вопроса. „Смотря по обстоятельствам, дружище, – говорил он. – Смотря по обстоятельствам“».

Сверху снова донесся скрежет. Изнутри поднимался панический страх, но Бартлетт загнал его обратно.

– Давай подведем небольшой итог, – начал он вслух, чтобы почувствовать себя увереннее. – Провизии у меня дня на два-три точно хватит. Я в хорошей форме и могу спокойно продержаться дня три-четыре, но вот вы, сволочи, – обратился он к нависшим над головой обломкам, – что собираетесь делать вы?

Гробница молчала.

Снова скрежет, от которого по спине пробежал холодок. Потом слабый голос, далеко наверху, справа. Бартлетт лег на спину и сложил ладони рупором.

– Помоги-ите! – осторожно крикнул он и прислушался: опять голоса, там же. – Помоги-ите!

Он подождал, но теперь ответом была всеобъемлющая пустота. Он подождал еще. Ничего. Его охватило разочарование. «Наберись терпения и жди!» Минута тянулась за минутой. Вода закапала чаще, гораздо чаще, чем раньше. «Должно быть, снова дождь. Боже! Могу поспорить, это был оползень. Точно, помнишь трещины на дорогах? Проклятый оползень, сукин ты сын! Кого еще могло завалить? Господи, ну и влип же я, черт возьми!»

Оторвав полосу ткани от рубашки, он завязал на ней узел. Теперь можно отмечать дни. Один узел – один день. Когда голова впервые прояснилась, на часах было 23:41. Сейчас – 23:58.

Внимание вновь сосредоточилось. Еле слышные голоса, но теперь ближе. Китайцы.

– Помоги-ите!

Голоса умолкли. Потом донеслось еле слышное:

– Где вы, хейя?

– Здесь, внизу! Вы меня слышите-е-е?

Тишина, потом еще тише:

– Где вы-ы-ы?

Выругавшись, Бартлетт поднял пустую банку из-под пива и стал колотить ею по балке. Остановился и прислушался. Ничего.

Он откинулся назад.

– Может, пошли звать на помощь? – Пальцы потянулись и нащупали еще одну банку пива. Пришлось побороть неодолимое желание открыть ее. «Не паникуй и сохраняй терпение. Помощь близка. Лучшее, что можно сделать, это ждать и…»

В этот момент под оглушительную какофонию звуков вся земля напряженно вывернулась и вздыбилась. Защищавшие его балки над головой со скрежетом сошли с безопасных опор, сверху посыпалась лавина обломков. Защищая голову руками, он сжался в комок, изо всех сил стараясь прикрыться. Скрежет и подвижка, казалось, длились целую вечность. Потом все прекратилось. Более или менее. Сердце бешено колотилось, грудь сжало, во рту было полно желчи и пыли. Сплюнув, он поискал банку с пивом. Она куда-то делась. Как и все остальные. Он выругался, потом осторожно поднял голову и чуть не ударился о сдвинувшийся потолок своей гробницы. Теперь до свода и стен можно было дотронуться, не садясь и не вставая. Запросто.

Тут Бартлетт различил какой-то шипящий звук. Внутри все похолодело. Протянув руку, он почувствовал легкий сквозняк. Теперь ощущался запах газа.

– Давай-ка лучше сматываться к черту отсюда, дружище, – в ужасе пробормотал он.

Сориентировавшись, насколько было возможно, он выполз из тесного пространства. Двигаясь, действуя, Бартлетт почувствовал себя лучше.

Темнота нервировала, и двигаться вверх было очень тяжело. По прямой так просто невозможно. Иногда, чтобы обойти препятствие, приходилось снова спускаться вниз, сворачивать налево, потом направо, немного вверх, снова вниз под остатки ванной, по чьему-то телу или части тела. Откуда-то издалека доносились стоны, а один раз послышались голоса.

– Где вы-ы? – крикнул он, подождал и пополз дальше, дюйм за дюймом, спокойно, без паники.

Через некоторое время он добрался до пространства, где можно было стоять. Но вставать Бартлетт не стал, а лишь полежал там некоторое время, набираясь сил и переводя дыхание. Здесь света было больше. Когда дыхание подуспокоилось, он взглянул на часы. Собравшись с силами, полез дальше, но путь наверх был закрыт. Попробовал с другого конца – снова завал. Протиснулся под высоким разбитым трюмо и, выбравшись из-под него, пополз. Снова тупик. Бартлетт с трудом вернулся назад и попробовал ткнуться в другую сторону. Потом еще в одну. Нигде не выпрямиться, ориентиры потеряны, и неизвестно, не залез ли он еще глубже под развалины. Тут он остановился передохнуть и улегся в сырость своей гробницы – грудь разрывалась, голова раскалывалась, пальцы в крови, голени в крови, локти в крови.

– Ничего, старина, – громко проговорил он. – Отдохни, а потом начнешь снова…

Понедельник
Глава 86
00:45

Солдаты-гуркхи с фонариками осторожно продвигались по опасной, покатой, неровной поверхности, выкрикивая: «Есть тут кто-нибудь?» – и прислушиваясь. За ними и вокруг них по всему склону холма бродили другие солдаты, полицейские, пожарные и обезумевшие родственники жертв катастрофы.

Было очень темно: свет установленных внизу прожекторов не доходил до этой зоны, расположенной примерно на середине развалин.

– Есть тут кто-нибудь? – позвал солдат, весь обратился в слух и сделал несколько шагов.

Слева в цепи его товарищ оступился и упал в какую-то щель. Он очень устал, но только посмеялся над своей неуклюжестью и, полежав секунду, крикнул вниз, в землю:

– Есть кто-нибудь? – Он уже начал вставать, но вдруг замер, насторожась. Снова лег и крикнул в развалины: – Вы меня слышите? – и напряг слух.

– Да-а-а! – донесся слабый, еле слышный ответ.

Солдат взволнованно вскочил:

– Сержант! Сержант, сэр!

В пятидесяти ярдах от него на краю развалин стоял Горнт вместе с молодым лейтенантом, который руководил спасательными операциями в этом секторе. Они слушали по маленькому транзисторному приемнику выпуск новостей:

«…оползни по всей территории колонии. А сейчас еще одно прямое включение с Коутуолл-роуд. – Короткая тишина, а потом послышался хорошо знакомый голос, и молодой человек улыбнулся про себя. – Добрый вечер. Это Венера Пань, и я веду прямой репортаж об одном из самых ужасных несчастий, обрушившихся на колонию. – Ее голос так прелестно дрожал, и лейтенанту вспомнился превосходный, душераздирающий репортаж про жуткий пожар в Абердине, в котором она едва не пострадала, и его возбуждение усилилось. – Здания Роуз-Корт на Коутуолл-роуд больше нет. Высокая двенадцатиэтажная башня, которую видно было из любой точки Гонконга, стала ужасной грудой развалин. Моего дома больше нет. Сегодня вечером перстом Всемогущего эта башня повержена вместе с теми, кто жил там, и среди них моя преданная ганьсунь, которая растила меня с детства…»

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2019 Электронная библиотека booklot.org