Пользовательский поиск

Книга Темное обольщение. Переводчик: Бушуев А. В.. Страница 89

Кол-во голосов: 0

– Да, твой долг – защитить своих родных. Но, Клэр, ты не отнимаешь у Малкольма силу, сегодня ты наделила его ею, – сказал старый горец и улыбнулся. – Если я понадоблюсь тебе, зови. Я непременно откликнусь на твой зов.

* * *

Клэр вернулась в зал, но никого там не застала. Отец ее вышел подышать свежим воздухом – побыть наедине с самим собой, предаться воспоминаниям. Клэр застыла в нерешительности. В эти минуты ей хотелось, чтобы Малкольм был рядом. Ей была неприятна сама мысль о том, что он страдает, причем страдает из-за нее! Чего только стоили его хмурый взгляд, печальное выражение лица! Нет, она не хотела причинять ему боль, но был ли у нее выбор?

Она поспешила вверх по ступеням. Дверь в спальню была открыта. Малкольм сидел перед камином, задумчиво глядя, как пляшут языки пламени. Как только она вошла, он поднял на нее взгляд и с печальной улыбкой встал.

– Ну как, ты довольна, что поговорила с отцом? Клэр кивнула.

– Мне больно видеть, как ты страдаешь, – прошептала она.

– Тогда оставайся со мной.

Клэр едва не расплакалась. Если ты его любишь, любишь по-настоящему, ты оставишь его, когда придет время уйти.

– У меня, как и у тебя, есть долг, и я должна его выполнить, – произнесла она вслух.

– Тогда останься хотя бы на год, Клэр, – я научу тебя боевому искусству. Тебе ведь оно не помешает. – В его голосе слышалась мольба.

Если она останется на год, она останется навсегда.

– Тогда, на Айоне, у меня был разговор с МакНейлом. Я спросила у него про мое будущее, и он ответил, что я добьюсь своего.

Малкольм пристально посмотрел на нее, пораженный ее словами. Клэр слышала, как стучит в его груди сердце – ритм был медленный, но сильный.

– Я хочу тебя, Клэр, мне нужна ночь любви.

Клэр негромко вскрикнула. Боже, он только что сказал, что любит ее! Сейчас, когда она готова покинуть его.

– Так нечестно!

Он шагнул к ней. В его серых глазах она прочла душевные муки.

– Ты ведь уже давно ждешь от меня этих слов. И я хочу провести с тобой ночь любви, чтобы в постели доказать тебе эту любовь.

От волнения Клэр лишилась дара речи. Малкольм любит ее!Тем временем его сильные руки сомкнулись вокруг нее. Она положила ладони ему на плечи и прильнула щекой к широкой, мускулистой груди. Его губы медленно и нежно скользили по ее волосам, уху, виску. Клэр вздрогнула. Печаль незаметно куда-то отхлынула, уступив место совершенно иным чувствам. Малкольм взял ее лицо в свои ладони и приподнял, чтобы заглянуть ей в глаза. Его взгляд лучился нежностью.

Клэр почувствовала, что вот-вот расплачется. Малкольм нагнулся к ней и легонько поцеловал в губы. Сколько любви было в этом мимолетном поцелуе! А затем его губы сделались требовательнее.

– Впусти меня! – прошептал он, отрываясь на мгновение от ее губ. – Дай я войду в тебя!

Боже, это ведь то, о чем мечтала она сама. Губы ее приоткрылись, впуская его язык. Одновременно он, согнув ногу в коленях, раздвинул ей бедра, и она ощутила его мощный член.

Затем он расстегнул застежку и сбросил на пол с ее плеч плащ. За плащом последовала рубашка. На Клэр остались лишь панталоны XV века. Глядя ей в глаза, он просунул в разрез руку, сжал ее разгоряченную, влажную плоть.

В его взгляде все еще затаилась печаль, но Клэр уже узнала в его глазах так хорошо знакомый блеск расплавленного серебра. Малкольм медленно стащил с нее панталоны, и, когда те упали на пол, она сбросила с ног башмаки. Взгляд ее скользнул от его сильной, в шрамах руки к лицу. В его прекрасных серых глазах она прочла желание, страсть и любовь.

Он опустился на колени и, раздвинув ей ноги, начал ласкать ее языком. Клэр ахнула, и в следующий миг вся ее боль, все душевные муки и даже мысли о том, что будет с ней дальше, куда-то исчезли, зато по телу разлился приятный огонь, желание дарить и получать наслаждение. Осталась лишь любовь. Правда, она не могла с уверенностью сказать, чья эта любовь – ее или его.

Ни разу в жизни он не изведал такого напряжения и удивительного сплава чувств – тут была и радость, и отчаяние, и желание, и преданность, и любовь – и вряд ли когда-нибудь изведает. Он взял Клэр на руки и, обуреваемый желанием и нежностью одновременно, отнес ее на кровать. Скованный оковами зверь, что когда-то жил в его груди, исчез. Похоже даже, что навсегда. Но разве не сказал кто-то мудрый, что любовь способна исцелить любые раны.

– Быстрее! – выдохнула Клэр. Глаза ее сверкали желанием.

Малкольм снял пояс и стащил с себя тунику.

– Но ведь ты говорила, что не хочешь, чтобы я торопился. Я хочу взять тебя медленно, Клэр.

И так оно и было.

Хотя Малкольм был возбужден так, что казалось, одно мгновение – и он изольется фонтаном семени, ему хотелось наслаждаться ее телом, даря ласку за лаской, как можно дольше, лишь бы только она не покидала его.

– Я солгала, – дрожащим голосом ответила она и, не в силах больше сдерживать себя, подалась ему навстречу. – Я хочу тебя, хочу прямо сейчас!

Ей показалось, будто она парит в воздухе. Он же наклонился над ней и убрал волосы.

– Ты такая сильная и красивая… и ты моя, Клэр, – добавил он. – Так что не вздумай спорить со мной.

Ее ответ слегка удивил его.

– Я всегда буду твоей, – прошептала Клэр, чувствуя, как слезы наполняют ей глаза.

Он заглянул в ее мысли и остался доволен. Она не солгала. Так оно и было.

– Я так рада, что ты такой сильный.

– Ты рада, что я такой сильный, – повторил он.

Слова были больше не нужны. Он медленно вошел в нее, и при каждом новом толчке она как бешеная извивалась в невообразимом экстазе. Он же не торопился погружаться на всю глубину. В конечном итоге Клэр достигла пика наслаждения раньше, чем он сам.

Он держал ее в объятиях, что-то ласково нашептывая ей на ухо и в неторопливом ритме погружаясь в нее. Постепенно возбуждение в нем нарастало. Слившись с ней воедино телом, он попытался слиться воедино и с ее душой и – о радость! – понял: черный зверь, что когда-то обитал в нем, действительно куда-то исчез. Он мог, ничего не боясь, заглянуть ей в душу, познать ее внутреннюю суть, ее самые сокровенные мечты и желания. Боже, как прекрасна она была, и телом и душой. Тревоги и печали оставили его. В этот миг им владела одна только мысль. Я люблю тебя, Клэр, я люблю тебя!Ответом на его признания стали слезы и всхлипы, звуки наслаждения и радости!

Спустя несколько часов Малкольм наконец откинулся на спину и лег рядом. Клэр, удовлетворенная и сонная, лежала подле него, разглядывая дрожащие на потолке тени. Ее переполняла любовь, она купалась в ее лучах, невесомая, парила в них. Но затем постепенно вновь начали наползать тучи. Печальные мысли вернулись, и сердце словно покрылось трещинами. Боже, сначала море любви, и вот теперь снова боль.

Ты все-таки покинешь меня?

К Клэр, наконец, вернулась способность мыслить, а вместе с ней и осознание того, что только что произошло. Они только что соединились в акте любви. Но никакого темного желания у него не возникло.

Клэр повернулась на бок и положила голову ему на грудь. Рука ее нежно поглаживала ему живот, спускаясь все ниже и ниже – туда, где отдыхал после трудов его восхитительный член. Они с Малкольмом только что соединились в акте любви.В этом не было никаких сомнений. Каждое его прикосновение, каждый его поцелуй были наполнены любовью и нежностью. Но было и нечто другое. Ощущение было такое, будто они слились с ним в единое целое не только физически, но и на более высоком, духовном уровне. Она нежно поцеловала его, ощущая губами его гладкую кожу. Увы, при мысли о скором расставании сердце ее было готово расколоться пополам.

Неожиданно Малкольм сел. Клэр последовала его примеру. Он посмотрел на нее – в глазах его застыло страдание – и встал с постели. И в этот момент Клэр ощутила, как он замкнулся, отгородил от нее свою душу. Ее тотчас охватил страх. Малкольм же подошел к очагу и тяжело облокотился на каминную полку. Клэр прислушалась к его мыслям, но ничего не услышала. Лишь тишину.

89

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org