Пользовательский поиск

Книга Снова домой. Переводчик: Новиков К. В.. Страница 95

Кол-во голосов: 0

Лина мысленно представила себе мать совсем еще молоденькой девушкой, одиноко стоящей в уголке огромного разукрашенного спортивного зала. Представила ее и в большом доме на вершине холма. Лине вспомнились сейчас решетки, которые она однажды видела на окнах материнской комнаты. И еще в памяти всплыли слова Мадлен: «Видишь? У тебя еще не самая плохая мать. Бывают родители и похуже». И сразу как будто что-то объединило Лину с матерью. Словно после рассказа матери у них вдруг появилось много общего, и Мадлен теперь сможет понимать свою дочь.

– Как знать, может быть, ты не подошла бы той компании? Тебя ведь там никто не знал. Они могли бы посмеяться над тобой.

– Тоже верно, – сказала мать, смотря в глаза дочери. – Всегда найдутся такие компании, которым ты не слишком-то подходишь. Но все равно, нужно идти и отвоевывать себе место под солнцем. Это как раз и называется: становиться взрослой. Это значит быть сильной и верить в себя. Даже когда все внутри тебя сжимается от страха.

Лина прикусила губу.

– Приятелям Захария я наверняка не понравлюсь. У меня... паршивая репутация, а он такой щепетильный, ты ведь знаешь.

Мать понимающе смотрела на нее.

– Хотела бы дать тебе волшебные таблетки, чтобы все было так, как тебе хочется. Может, одна из моих ошибок была как раз в том, что я невольно давала тебе понять, будто жизнь легка и приятна. Но в действительности она часто бывает тяжелой и несправедливой. Ведь на земле немало жестоких и эгоистичных людей. – взяла Лину за руку. – Но одно я знаю точно: ты умненькая, красивая девочка, за которой ухаживает очень хороший парень. Сегодня он хочет потанцевать с тобой вечером, и если ты не пойдешь только из-за своего страха, это будет означать, что потом ты покатишься все дальше вниз по однажды выбранной дорожке. Поверь мне на слово, я отлично знаю, какая у страха жесткая хватка. Но как только страх захватит твою душу, он один станет управлять всеми твоими поступками. Нельзя, чтобы такое случилось, деточка.

Лина задумалась над словами матери. И неожиданно к ней пришло ощущение уверенности и силы. Она понимала: мать, безусловно, права. Лина прежде никогда не позволяла страху брать над собой верх. А уж сегодня тем более нельзя было давать воли этому чувству. Лина улыбнулась матери быстрой, лукавой улыбкой.

– Слушай, а ты могла бы, как в тот раз, сделать меня симпатичной?

Мадлен широко с облегчением улыбнулась.

– О девочка, это ведь совсем не сложно.

В дверь позвонили точно в 7.45. Мадлен, вскочив от неожиданного звука, неловко уронила чайник на плиту. Чайник упал с грохотом, и часть воды из него выплеснулась, окатив металлическую поверхность плиты. Она улыбнулась собственному волнению и вытерла руки полотенцем. Затем поспешила открыть дверь, ожидая увидеть на пороге Захария во взятом напрокат смокинге.

Однако за дверью стоял Энджел. Он был одет в какой-то синий комбинезон сплошь на молниях: в такие обычно одеваются автомобильные механики.

Мадлен улыбнулась:

– Пришел починить трубы в ванной?

Он улыбнулся в ответ так сексуально, что у Мадлен перехватило дыхание. Из-за спины он вытащил огромный букет розовых роз.

Она перестала улыбаться.

– Это мне?

Он отрицательно покачал головой.

– Ты не единственная женщина в этом доме. И не единственная в моей жизни.

В этот момент Мадлен любила его сильнее, чем когда-либо. Улыбаясь, она отступила, пропуская Энджела внутрь. Войдя, он положил букет на стол.

– Ну как, Лина уже готова?

Мадлен по глазам видела, что он тоже волнуется. Энджел быстро глянул в сторону двери, ведущей в комнату Лины.

– Почти. А ты как?

Вопрос, казалось, удивил его. Видимо, он думал, что его собственное волнение никому не заметно. Встретившись с Мадлен взглядом, Энджел улыбнулся.

– Я вот только о чем думаю... Ты уверена, что она уже достаточно взрослая, чтобы бегать на свидания?

– Мне тоже было шестнадцать лет, когда я встретила тебя, и мы...

– Не напоминай даже... – Энджел выдавил на губах неуверенную улыбку и нервно заходил по комнате, посматривая то в сторону Лининой комнаты, то в сторону входной двери. С каждой минутой он становился все более серьезным.

Мадлен, сидевшая на диване, похлопала по месту рядом с собой:

– Присядь.

Энджел подошел и плюхнулся рядом. Обняв Мадлен за плечи, он притянул ее к себе.

– Я что-то так нервничаю, даже неловко. Как будто кот на горячей крыше. Я ведь абсолютно ничего не знаю о том, как должен в такой ситуации вести себя отец. И совсем не уверен, что сумею когда-нибудь этому научиться.

Она теснее прижалась к Энджелу, чувствуя исходящее от него приятное тепло и комфорт. Как хорошо ей было чувствовать руку Энджела на своих плечах.

– Добро пожаловать в мир родительских переживаний. Если хочешь знать, быть родителем – это даже не работа, а сплошное приключение.

Возникла тишина, в которой как-то особенно отчетливо было слышно потрескивание поленьев в камине. Мадлен и сама все еще волновалась по поводу танцев, на которые отправлялась дочь, но оттого, что Энджел был рядом и тоже волновался за Лину, ее тревога превращалась в нечто вроде шутки.

– Наверное, именно так большинство родителей реагируют на первый школьный вечер, куда отправляется дочь с молодым человеком.

Энджел обернулся к Мадлен, лицо его было серьезным.

– Меня пугает то, что я не знаю, как вести себя. Она погладила его по щеке.

– Тебя это пугает, потому что отцовство – это навсегда и потому что ты давно уже не безответственный подросток. – Она говорила, и у Энджела становилось все грустней на душе. – Но пока ты все делаешь отлично, ведешь себя, как надо.

Прежде чем Энджел успел что-нибудь ответить, раздался звонок в дверь.

Они отпрянули друг от друга, причем это вышло у них как-то инстинктивно, словно у парочки подростков, застуканной родителями. Посмотрев друг на друга, они громко рассмеялись.

Потом Энджел со вздохом поднялся со своего места, подошел к двери и впустил Захария.

– Захарий Оуэн, – с расстановкой произнес Энджел, критически разглядывая молодого человека.

– 3-здравствуйте, мистер Демарко.

В ответ Энджел и не подумал улыбнуться. Он повернулся к Мадлен.

– Дай-ка мне фотоаппарат, хочу снять этого парня – на тот случай, если потом придется устанавливать его личность.

– Я... я...

– Энджел! – со смехом воскликнула Мадлен, поднимаясь со своего места.

Энджел неожиданно расплылся в улыбке и хлопнул Захария по спине.

– Это такая невинная родительская шутка, не бойся. Зак немного расслабился, смущенно кашлянул и выдавил на лице бледную улыбку.

– Ага...

– К полуночи ты доставишь ее домой? – внезапно строго спросил Энджел.

Зак кивнул, показав свои наручные часы:

– Обязательно.

– Батарейки в часах хорошие? Если нет... – И Энджел начал было снимать с руки «Ролекс».

Мадлен схватила Энджела за запястье и так сжала, что тот сморщился от боли.

– Не волнуйся, Захарий, – сказала она, глядя на Энджела выразительными глазами. – Мы тебе вполне доверяем.

Но на лице обернувшегося к ней Энджела не было заметно и следа доверия. Его густые темные брови совсем сошлись у переносицы, губы были плотно сжаты. Он открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но Мадлен отрицательно покачала головой: не надо.

Энджел глянул сначала на Захария, затем на Мадлен.

– Схожу потороплю Лину, – сказал он.

У него был такой угрюмый вид, что Мадлен даже рассмеялась.

– Да, уж будь так добр.

Энджел взял букет роз и направился к комнате Лины. И нужно отдать ему должное – он ни разу не оглянулся. Мадлен ободряюще улыбнулась Захарию.

– Он еще только учится быть отцом. Захарий смущенно теребил воротничок рубашки.

– У него все отлична получается.

После этого повисло неловкое молчание. Мадлен исподтишка разглядывала молодого человека. Во взятом напрокат темно-синем смокинге он казался долговязым и каким-то очень уж худеньким, песочного цвета челка падала на лоб. Щеки его выглядели так, словно он долго тер их наждачной бумагой.

95

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.org